Зазеркалье

Глава 8

- Наследники… - Стас вздохнул и достал из ниоткуда бутылку пива. Того самого, цветочного. Помедлив, достал такую и мне. – Ну, я – наследник. И Ной. А Кейт – сеструха наследника, её старший брат сейчас торчит в долине. И есть ещё Гай, он вообще – не пришей кобыле хвост. Ладно, давай начнём сначала.

В долине Ветров испокон веков правили пятнадцать почтенных семейств. Сильнейшие оборотни, они одновременно были и сильнейшими магами. Сменяя друг друга, они правили волчьими землями на протяжении многих веков. А в каком из домов задержится корона вождя решалось на Поединке. Поединок это был непростой. В нём было два раунда, для каждой из ипостасей оборотня. В первом раунде сражались волки, а во втором, обрушивая на соперников каскады чар, – маги. Первый шёл до первой крови, а во втором, с помощью ритуала, известного лишь в пятнадцати домах, претендент на звание вирро должен был отобрать у соперника его магическую силу. Таким образом, вирро всегда становился сильнейший маг в долине, ведь на пути к короне он нередко отбирал силы у пять-шести других претендентов.

Каждый из домов был готов на всё, чтобы привести к победе собственную кровь и на пути к цели не гнушался ничем. Трижды из-за нечестных состязаний вспыхивали восстания, и дважды они приводили к гражданской войне. Кроме того, подобное жонглирование дарами привело к непредсказуемым последствиям. В пятнадцати семействах начали рождаться мутанты, во время обращения приобретавшие столь причудливые и гротескные формы, что им стали запрещать охотиться со стаей. Сначала они рождались изредка, потом всё чаще и…

И тут-то на сцену и выходит «новое время». Это общество было основано лет тридцать назад, вольнодумцем Ситаром, мутантом и сыном одного из вирро. Идея была проста – оставить в прошлом дикарские поединки и выбирать нового вождя из числа детей пятнадцати честным голосованием. Сперва, адепты Ситаро казались лишь бесполезными болтунами, но постепенно «новое время» начало обрастать поддержкой среди пятнадцати. От тех семей, что из-за мутаций едва не лишились возможности продлить свой род. И от тех, чьи дети из-за магической слабости не имели шансов выиграть Поединок. И конфликт по чудной волчьей традиции завершился большой резней, в которой ретрограды потерпели сокрушительное поражение.

И совет пятнадцати, называемый Горном, назначил первые выборы. Победил на них Олег Сагар, отец Ноя. В долине ходили упорные слухи, что поста он добился исключительно угрозами, подкупом и шантажом. Так или иначе, в народе он, жестокий и жадный, популярности не сыскал. Особенный гнев у стаи вызывало появление в долине королевского наместника, насаждающего чуждые оборотням законы и правила. И не прошло и трёх лет, как по долине прокатилась волна митингов с требованием досрочных выборов. Сагары утверждали, что волнения организованы семейством Далей, их старыми противниками. Совет колебался, и не вставал ни на чью сторону. Но когда митинги переросли в свирепые погромы, Горн сдался и был вынужден уступить. Следующим избранным вирро естественно стал Даль. Сето Даль, отец Гая. Он отменил реформу Сагара, передающую привилегии долины в пользу королевской короны, выгнал наместника, снизил налоги и возродил волчью академию, закрытую предшественником. Но, увы, правление Даля было недолгим. Всего год спустя он вместе с женой и двумя сыновьями погиб в автокатастрофе, возвращаясь из столицы по заснеженной трассе. Гай стал последним из Далей. И одна из пятнадцати семей практически прекратила своё существование. Самого Гая усыновил Винс Лакин, отец Кейт. Он же и стал следующим вирро.

- Значит, Кейт Гаю ненастоящая сестрёнка, - усмехнулась я.

- К счастью для него. Кейт - та ещё штучка.

- А Гай ненавидит Ноя, потому что думает, что его отец шлёпнул всю его семью… - осенило меня. Автокатастрофы не всегда происходят случайно…

- Я этого не говорил, - холодновато ответил Стас. – Но многие в долине думают так же. Но, несмотря на слухи, следующим вирро мудрый Горн выбрал именно Ноя. Он умостит свою задницу на трон через восемь лет.

- А Кейт планирует стать его королевишной. Ясненько, - пробормотала я. – Но всё это не объясняет, почему напали на тебя. Может, перепутали с Ноем?

- Естественно, - с ехидной рожей закивал Стас. – В стае же тьма грозовых волков.

- А, ну да… Тогда кто? У кого есть мотив? Думай давай.

- Если бы Поединки ещё проводились, то у Гая. Для него Поединок – единственный способ заполучить вирру. Семьи за спиной у него больше нет, и Горн никогда не поддержит его кандидатуру - ему нечего предложить этим алчным жопам. Но и на Поединке ему тоже ничего не светит. Из-за меня.

- Ты – сильнее.

- Именно так, - без лишнего бахвальства кивнул Стас. – Его магия ещё не проснулась, но у него в роду сплошные древесники. Ему ни за что не забороть грозу.

- Оки. Заика. Ещё кто-нибудь?

Стас покачал головой.

- Я всю жизнь живу в столице, и даже со стаей-то толком не знаком, - с досадой произнёс он. – Да, я – один из наследников, но есть ещё семеро претендентов. Плюс сиротка Гай, ноющий о Поединке.

- Но долина же не вернётся к Поединкам?

- Не знаю, - внезапно ответил оборотень. - Вообще-то, в стае многие бы это поддержали. Мы не только люди, Лика, но ещё и звери. И зверь в нас считает, что вождём должен стать сильнейший, а не тот, кто подмазал больше семейств, - Стас помолчал и развёл, усмехаясь, руками: – Я всё тебе рассказал. И меня уже достала эта тема. Пойдём-ка на тусу, красотка?

- Пошли, - улыбнулась я.

А за аркой грохотала музыка и разбрызгивали свет по траве шары колдовского огня. Справа от входа виднелся деревянный помост, который облизывал алый бархат ещё закрытого занавеса. Вокруг суетились студенты в цветастых маскарадных костюмах и, будто страж, расхаживала туда-сюда Ипполита Гор.

Поляна была полна народу. Колыхались на лёгком ветру разноцветные шатры, а сцену окружали накрытые скатертями столы, ломящиеся от яств и подсвеченные мириадами свечей.

За столом перед входом сидела женщина лет тридцати с лицом столь брезгливым и высокомерным, что я невольно задалась вопросом, не приходится ли она Ипполите близкой родственницей.

- Станислав Кажеказ, - отчеканила женщина, сверившись со списком. – Сектор оборотней, стол номер два. Анжелика Васильева, сектор стихии, стол номер…

- Мы хотели бы сесть вместе, - перебил даму оборотень, сверля её своими синими глазами.

- Не положено, - отрезала противная тётка. – Сегодня каждый сидит со своим народом.

- Я думала, это – объединительный пир, а не разъединительный, - фыркнула я.

- Я слышал, ректор опять отказал вам в вашем прошении об устройстве магического зверинца… - без выражения заметил Стас.

- А вы откуда…

- Да так, слушок ходит. Знаете, Влад мог бы прислушаться к мнению личного ученика, да к тому же, сына посла, - тем же индифферентным тоном продолжил Стас. – Если бы вы пошли мне на встречу…

Вахтёрша, не моргая, уставилась на оборотня. Не знаю, что заставило её поверить словам этого поганца. Панибратское Влад? Выражение холодной уверенности на его наглом лице?

- Анжелика Васильева, сектор оборотней, стол номер два, - помолчав, произнесла женщина. И мы ступили на «объединительную» поляну.

- А ты собираешься выполнять обещание? – поинтересовалась я, не забывая глазеть по сторонам.

- А мне не придётся, - хмыкнул оборотень. – Кассандра уже всё сделала за меня - она обожает зверушек. А наш Влад обожает рыжулю…

- Ты знаешь, сколько этой «рыжуле» лет? – не выдержала я. Голос у Стаса, когда он говорил о Кассандре, так и вибрировал. И я не собиралась отдавать этой старушенции ещё и Стаса.

- Она – героиня Второй Индантской компании. Говорят, некромантов жарила, только в путь! А, значит, лет восемьдесят, не меньше, - с мальчишеским восторгом в голосе ответил оборотень и я мысленно вздохнула. – Пойдём, нам туда.

Он потащил меня в сектор стаи, а я с любопытством смотрела по сторонам.

Теперь, когда каждый (кроме меня) сидел со своим народом, я увидела, как непохожи меж собой студенты академии. И как непохожи некоторые из них на… людей.

Пустынные фурии с кожей текучей, словно зыбучие красные пески. Бледные юноши и девушки с глазами алыми, словно гранатовое вино. Любопытно, кто они? Неужели, вампиры? Хотя, Стас же ясно сказал - их не бывает. А за соседним столом сидели юноши и девушки в странных одеждах древесных цветов, зелёные их кудри были украшены цветочными венками, а глаза отливали янтарной желтизной. А мимо нас пробежала стайка девушек с волосами, словно сотканными из голубого ветра, пересыпанного всполохами колдовского огня.

Но мы пришли. Стая поприветствовала нас нестройными выкриками, и нам тут же выделили два местечка за общим столом. Мы уселись. Сидящая напротив Кейт смерила меня неприязненным взглядом и проговорила, растягивая губы в манерной улыбке:

- Разве каждый сегодня не сидит со своими?

- А она со своими, - спокойно парировал Стас. – Ты разве не слышала Ноя?

- Как пожелаешь, Стасик, - красотка поджала губы, но спорить не стала.

А над поляной вдруг закружили оркестровые трели, и прожекторы, спрятанные в траве, скрестили на сцене лучи густого света. Алый занавес стал медленно подниматься.

- Что будет? – заинтересованно спросил один из оборотней, симпатичный сероглазый паренёк с раздвоенным подбородком.

- Цирк, - со знанием дела ответила Кейт. – Мне братец рассказывал. Сейчас нам про нашу культуру вещать будут. Только громко не ржите – они всё же старались. Мы же – культурные оборотни, не говно какое…

- Культурные? Мы? – вскинул брови мой сосед по правую руку, тот самый Вася, успевший в ушлых руках Кассандры побыть лохматым монстром.

- А ты не выпендривайся… - принцесса сделала паузу, - Васёна. А то вдруг Кассандра неподалёку.

Оркестр взревел громче, заглушая все разговоры, и на сцену, купаясь в свете софитов, выбежал моложавый мужчина в чёрном дорогом костюме.

- Добрый вечер! – закричал он в микрофон. – Меня зовут Канис Вал. Я прибыл из самого дворца передать вам привет от самого короля! – студенты радостно взревели. – Его Величество желает вам прекраснейшего вечера и надеется, что этот чудесный праздник послужит укреплению связей между народами нашего великого королевства! А теперь – шоу!

Под бурные аплодисменты королевский посол спустился со сцены, и на неё выбежали первые действующие лица. Свет прожекторов поугас, высвечивая лишь шагающие через колдовской лес человеческие силуэты с волчьими головами.

- На заре времён, - замогильным голосом начал невидимый диктор, - из горных лесов Аргая вышли они… - чтец сделал долгую паузу и наконец патетично воскликнул: - Оборотни!

За моим столом кто-то громко фыркнул, а Ной, усмехаясь, показал кому-то кулак.

- Божественная воля объединила в одном теле звериную отвагу и человеческую мудрость, и воле получившегося народа покорились и горные вершины, и густые леса, и долина Ветров…

Я с интересом смотрела на сцену. Актёры и декорации, оживлённые при помощи магии, рассказывали историю оборотней долетописных времён. Полыхали громадные костры, кипели магические сражения, царской поступью ступала по нехоженым землям Охота.

- Но вот долина была отстроена, - говорил диктор, - и пришло время привнести в неё новый порядок. Так наступила эра Поединков.

На сцене появились дуэлянты. И, одетые в шапки в виде волчьих голов, они развязали скоморошью драку на кулачках, потешая публику театральными выкриками. Они долго скакали по помосту, обмениваясь колкостями и ударами. Но вот, один из драчунов, корчась, упал, а второй, нелепо размахивая бутафорскими лапами, бросился его добивать. Выглядело это всё нарочито нелепо, не оставляя сомнений, что таким и был замысел режиссёра.

А над нашим столом всё нарастал недовольный рокот. Оборотни больше не улыбались, нет. Они смотрели на сцену, подавшись вперёд и гневно скаля зубы. Глаза их полыхали болотным огнём, а зрачки слиплись в хищные веретёнца. Поединок даже для тех, кто был согласен с его отменой, был священной традицией. Это понимала даже я. Но почему-то не понимал сценарист дурацкого шоу.

- Вот идиоты… - с досадой бросил Стас.

- Раньше с-стая сочла б-бы эт-то оскорб-блением! – резко бросил Гай.

- Раньше? А что изменилось-то?!

- Это оскорбление, и точка! – выкрикнул кто-то. Многие повскакивали с мест, с железным скрежетом складывались стулья.

- Тихо! – рявкнул Ной. – Сядьте все!

- Оп-пять утрёшься, лжев-вирро? Слизняк под-дколод-дный!

- Предлагаешь поубивать кого попало, сиротка?! – гневно воскликнул Ной.

- Сирот-тка?! Да т-т-ты...

- К счастью, - перебил всех разом диктор, - сейчас эта дикарская традиция волей короля осталась в прошлом!

- Волей короля?! – взревел кто-то.

- Ну всё! Они доигрались! – Ной встал и гневным жестом отшвырнул от себя складной железный стул.

- Ну наконец-т-то. Д-давай-д-давай, лжев-виро! Сд-делай то, что д-должен!

- Сценарий утверждён королём! – внезапно разнесся над поляной голос диктора, внезапно обогатившийся визгливыми интонациями. Транслированный мощным микрофоном, ему ответил другой голос, сочный и вкрадчивый баритон, знакомый мне до мурашек:

- А массовая драка тоже утверждена королём?! – и чуть тише ректор Влад добавил куда-то в сторону: - Уведите его. Сейчас же. Кхм-кхм. Дорогие студенты, на этом историческая часть нашего вечера завершена. Сейчас фурии станцуют вам свой приветственный танец, а потом вы наконец-то сможете поесть. Приятного аппетита. Девочки, прошу на сцену.

Ужин был отменный. Из огромного разнообразия блюд я выбрала себе телячьи рёбрышки в медовом соусе, запечённую картошку и овощной салат с сыром бри. Поуспокоившись, оборотни, чавкая, ели и громко болтали, а Стас то обменивался с Ноем горячими сплетнями из долины, то развлекал меня занимательными рассказами о Кантасе. Мой сосед Вася травил весёлые байки об историях, в которые он то и дело влипал, а противная принцесса куда-то свалила вместе с подругами. В общем, после бокала вина так паршиво начавшийся вечер становился всё лучше. Платье сидело на мне отлично и притягивало восхищённые взгляды, оборотни казались компанейскими ребятами с прекрасным чувством юмора, а поляна, залитая светом колдовских шаров, будто сошла со страниц старинной саги. И даже слова Ани повыветрились из моей памяти. Как говорила героиня моего любимого романа: «я обязательно подумаю об этом, но потом».

Я отложила в сторону последнее рёбрышко и обтёрла пальцы бумажной салфеткой, раскрашенной голубыми снежинками.

- Пойду вымою руки, - улыбнулась я Стасу. Ещё не хватало испачкать новое платье телячьим жиром.

Я вспомнила, что видела домик с туалетами за зелёным шатром администрации, и именно туда и направилась, рассекая разряженную и оживлённую толпу. На утоптанной площадке перед столами отплясывали фурии. Видимо, им не хватило кратких мгновений славы на сцене, и они решили продолжить выступление. Краснокожий парень-фурия задорно отбивал ритм на выставленных перед ним тамтамах, обтянутых мягкой кожей, а три девчонки перед ним кружились в бешенном танце. Цветастые ленты струились в воздухе, будто причудливые пёстрые хлысты, а красноватые гибкие тела окружали вихри песка, пересыпанные огненными искрами и будто принесённые колдовским ветром из далёкой пустыни. Я остановилась, завороженно любуясь танцами. И тут кто-то резко схватил меня за локоть, и шепнул на ухо знакомым баритоном:

- Лика…

Я оглянулась. Ректор Влад. В варенных джинсах и белой рубашке, туго облегающей торс. Ворот расстёгнут, открывает волосатую грудь.

- Что вы здесь делаете? – удивлённо спросила я. Имея ввиду – рядом со мной, а не вообще.

- На празднике в моей собственной академии? – он вскинул брови и, ухмыльнувшись, заметил: - Вам идёт это платье. Именно такой я вас в нём и представлял.

Он протянул руку к моим волосам, но вовремя отдёрнул. Опустил медленно вниз.

- То есть, это вы его прислали? – я почувствовала, как щёки мои полыхнули румянцем. То ли от смущения, то ли от стыда, то ли от злости. Что он себе позволяет, этот Влад… И вообще, где его рыжая ведьма? Надеюсь, это не она выбирала платье? Моё воспалённое воображение тут же подкинуло мне картинку. Эти двое, обнаженные, валяются на шелковых простынях и со смехом листают каталог, выбирая платье для сиротинушки из Старки.

- Я подумал, что на вечеринке вам будет очень неуютно в джинсе. Это - просто подарок, Лика, безо всякого заднего умысла.

- Спасибо, - буркнула я. Ну не сдирать же с себя платье под взглядами восхищённой небывалым зрелищем толпы.

- Я смотрю, вы сели за стол к оборотням? Любите запах шерсти? – с сарказмом поинтересовался ректор и посоветовал: - Лучше, держитесь от них подальше, Лика. Это – не ваш уровень.

- Где-то я уже это слышала, - язвительно улыбнулась я. – А, ну да, от вашей подруги, престарелой ведьмы. Никак не соображу, вы оба - шовинисты или ксенофобы?

- Мы - реалисты, Лика. Не нравится – меняй, - он подмигнул, никак не отреагировав на мой намёк на возраст Кассандры. – Неужели, вы запали на моего ученика? – шутливо нахмурил брови он. – Сначала вы, рискуя жизнью, спасли его драгоценную тушку, а теперь и вовсе пришли с ним на вечеринку… У вас всё так серьёзно?

- Это что, ревность? – нахально усмехнувшись, спросила я и запальчиво объяснила: - Между прочим, Стас - единственный, кто был добр ко мне в вашем «замечательном» мире! И единственный, кто хоть что-то мне объяснил...

- Естественно. Это же я ему приказал, - индифферентно сообщил ректор.

- Что?! – мне показалось, что я ослышалась.

- Что «что»? – передразнил меня этот поганец и пожал плечами. – Кто-то же должен был вам хоть что-то объяснить. Вы же сами сказали. А Стас попался мне под руку. Кстати, вы куда-то спешили, Лика?