Вот такие загадки жизни

Я, сидевшая рядом с Гришей в глубоком кожаном кресле, не удержалась и тихо, ехидно фыркнула под нос. Перед глазами мгновенно проплыла картина, как Крис, педант до мозга костей, будет по ночам зубрить французские глаголы под строгим надзором марсельского принца.

Крис громко вздохнула и сказала:

— Я поняла, что ж если надо, то хорошо буду изучать.

Себастьян улыбнулся тепло Кристине и сказал:

— Отлично, с этим разобрались, теперь перейдем к законам.

Гриша и Кристина почти одновременно открыли блокноты, щелкнули ручками и приготовились записывать, а Басти продолжил:

— Первай закон нашего картеля Де Руа - Высшая власть и право вето (Иерархия Клана) а именно Абсолютная власть Патриархов. Высшим судом и хранителями вековых устоев синдиката являются дедушка Луи и Бабушка Мари. Они обладают абсолютным правом вето на любые решения действующего Дона нашего отца. Если дед Луи на совете клана опускает палец вниз — приговор окончателен, и человека не спасет никто в этом мире. Так же не мнение важно Власть действующего Дона. Наш отец железной рукой управляет международным синдикатом, координируя наркотрафик, порты и контрабанду. Его приказы внутри клана обязательны к исполнению всеми ветвями семьи.

Гриша быстро, четко заносил строки в блокнот своей здоровой правой рукой, даже не поморщившись от боли в недавно пробитом плече. Настоящий монолит.

— Потом еще один из законов это Разделение суверенных территорий и направлений: у каждого в нашей семье есть свои территории и обязанности за которые он отвечает например у Дея это Легальный фасад и Юридическая броня: Наш Дей это мозг империи, теневой политик и правая рука министра. Обеспечивает дипломатическую неприкосновенность портовых грузов и легализацию сотен миллионов через международные фонды. Его суверенная территория — Париж. Потом есть Силовой блок и Портовая логистика: это собственно моя территория и мои обязанности. Я заправляю делами в Марселе, полностью контролирую порты, теневую логистику, распределение контрабанды, у меня есть моя личная гвардия и я имеет собственную подпольную сеть нарколабораторий под прикрытием спа-центров. Но одно из важных правил это то что производится у меня в лаборатории ни я не мои люди никогда не употребляют. Это табу отца и это правило не оспоримо.

После этих слов Даниэль немного усмехнулся себе под нос. Эта его холодная, ироничная усмешка прозвучала в тишине кабинета как сухой щелчок затвора.

Басти сразу обратил на это внимание и посмотрел на Дея. Они встретились взглядами, Басти закатил глаза и сделал потом такой взгляд как будто бы говорящий «опять ты за свое, да было дело, но ты же знаешь что теперь это дело прошлое».

Я едва удержалась, чтобы не рассмеяться в голос от этой безмолвной мимической перепалки старшего и младшего братьев. Какими бы суровыми капо и теневыми гроссмейстерами они ни были на публике, внутри этого кабинета они по-прежнему оставались моими несносными братьями. Обучение нашей русской Скуби команды продолжалось.

Лирическая пауза закончилась и потом Себастьян продолжил, хитро подмигнув в мою сторону:

— Также у нас есть наш штатный махинатор и специалист по связям с Южной Америкой — это наша дорогая Ариан.

После этих слов я чинно кивнула, откинувшись на спинку глубокого кресла, и Себастьян продолжил:

— Сестренка — гениальный гроссмейстер контрабанды. Она разработала в шестнадцать лет схему поставок и импорта наркотиков в Мексику через цистерны с парфюмерными маслами тёти Беатрис и мелкие рыбацкие кооперативы, и Мексика является её неприкосновенной собственностью. Все колоссальные деньги от этого оборота до последнего цента копились на её закрытых счетах в Швейцарии. Тут я немного вступила в разговор сказав: ну об этом мой дорогой братик можно было не уточнять. Басти рассеялся и сказал: Ари у нас застенчивая мадмуазель. Так же у нас есть Прачечная Бордо: дядя Анри маскирует контрабанду через элитные легальные поставки коллекционных вин, отмывая миллионы в своих винных погребах. И конечно же, в каждом картеле нельзя обойтись без Шантажа и Сбора Компромата: этим занимается тётя Клодин. Через свои элитные женские благотворительные клубы она аккуратно собирает компромат на судей, министров и высокопоставленных чиновников Франции, гарантируя безопасность нашего семейного бизнеса. Еще у каждого уважающего себя картеля должна быть идеальная логистика и транспортировка моего «Жидкого кокаина»: за это отвечает наша тётя Беатрис. На своих парфюмерных фабриках в Грасе она растворяет мой чистейший кокаин в легальном растительном сырье из Колумбии и Мексики, проходящем без сучка и задоринки через таможенные коридоры Даниэля. Еще не обойтись и без дополнительного бизнеса, а именно — Казино, и так же Финансовая Безопасность: кузен Люк контролирует легальные казино в Ницце и подпольные букмекерские конторы, жестко карая должников и отслеживая все финансовые потоки картеля. Из пакон веков повелось что все девочки и девушки любят украшения и бриллианты, и на этом тоже можно заработать, и этим у нас занимаются: кузина Хлоя через свои ювелирные заводы в Париже и Милане и поставки неограненных алмазов из Африки разрабатывает тайники в украшениях и конвертирует грязные деньги в легальные драгоценности. Ну и, конечно, в нашем картеле есть Силовой блок: за него отвечает дядя Марсель. Он руководит вооруженными всеми нашими наемниками и обеспечивает беспрепятственную ночную разгрузку судов в европейских портах, жестко и безжалостно ликвидируя любые проверки или забастовки портовых рабочих. Что ж, это я вкратце рассказал про нашу иерархию и кто за что отвечает. Конечно, если все сложится хорошо и Гриша пройдет через совет, то тебе, Гриша, тоже дадут обязанности и ответственные территории .

Гриша посмотрел на Себатьяна своим жестким, оценивающим взглядом, ни на секунду не выдав внутреннего напряжения, и молча кивнул. Он держался как абсолютный монолит. Кристина в этот момент с тихим шоком переваривала услышанное, ее глаза округлились, а пальцы крепче сжали ручку . Настоящая мафиозная изнанка открывалась перед ними во всей своей пугающей и респектабельной красе.

Дальше Дей взял слово, и его леденящий, глубокий голос зазвучал строго под высокими сводами кабинета:

— Также у нас есть законы Омерты, безопасности и Конспирации. В них входят: Секретный шифр-код Синдиката. Каждый личный агент, капо и боец охраны обязан знать наизусть тайный шифр-код посвящения — стихотворение Альфреда де Мюссе «Путями любви идут...». Начальные буквы или строки этого стиха набиваются татуировкой между лопатками бойцов при принесении Клятвы на Крови. За пробалтывание шифра чужакам кара следует незамедлительно — ликвидируется не только предатель, но и вся его семья, включая женщин и детей.

Дей сделал короткую, театральную паузу, и его янтарные глаза, казавшиеся высеченными из льда, сканирующим движением остановились на притихшей Кристине:

— Так же у нас есть Конспирация внутренних дел . Обсуждение любых разведданных, внутренних дел, финансовых сделок или новостей о врагах в присутствии посторонних или на незащищенной территории строжайше запрещено. Все совещания проводятся только за закрытыми дверями кабинетов, сейфовых комнат или на изолированных террасах .Не менее важный закон — это Защита объектов по ДНК. Все стратегически важные помещения, такие как серверные, архивы марсельского порта и личные кабинеты, заблокированы биометрическими титановыми дверями, реагирующими исключительно на ДНК членов семьи де Руа.

Крис сглотнула, чувствуя, как липкий страх перед этой мафиозной бездной снова напоминает о себе. Наша «изысканная игра» продолжалась, затягивая моих московских друзей в зыбучие пески семейных тайн всё глубже и глубже.

— Еще один важный закон, — продолжил Даниэль, и его голос сделался тише, отчего в огромном кабинете стало совсем холодно, — это Закон невозврата для свидетелей. Обычный человек, чужак или представитель иностранных ведомств, который проник за кулисы картеля, много видел, много слышал в лазарете и узнал тайны де Руа, ради безопасности синдиката больше никогда не может быть отпущен на свободу. Само собой, по всем вековым устоям, его ждет ликвидация.

Даниэль медленно перевел свой леденящий янтарный взгляд на Кристину, которая от этих слов заметно побледнела и буквально вжалась в кожаный диван. Уголок его тонких губ едва заметно дрогнул, и он спокойно добавил:

— Поэтому у меня есть план, как нам спасти тебе жизнь, Кристина. Я никогда не бросаю слов на ветер. Так что за это не беспокойся, доверься мне.

Крис прерывисто вздохнула, но, встретив его уверенный взгляд, понемногу расслабилась и послушно кивнула, продолжая что-то быстро конспектировать в своем блокноте.

Пока мои братья по очереди раскладывали по полочкам иерархию клана, я сидела, глубоко откинувшись на мягкую спинку кресла, и думала. Все мои шпионские и мафиозные шестерёнки в голове крутились на бешеной скорости, я полностью ушла в себя, пытаясь проанализировать и сопоставить всё, что мы узнали насчет этого загадочного кукловода с никнеймом «М.О.». Я неотрывно смотрела в одну точку на полированном дубовом столе и пыталась сообразить: кто это вообще мог быть? Что это за человек, обладающий столь колоссальными, общинными связями как в международной разведке, так и в высших эшелонах власти ? Как давно этот гроссмейстер заинтересовался нашей семьей и, главное, почему именно нашей ? В Европе полно картелей, таких же крупных, могущественных и опасных, как наш синдикат де Руа, но удар направлен именно на нас. Может быть, когда-то в прошлом мы имели общие деловые или теневые связи с этим человеком, но как теперь это узнать? Зачем ему так изощренно придумывать сложнейшие шахматные партии, нанимать подставных людей вроде безумного доктора или отморозков «Бездушных», устраивать на нас акты внезапных нападений, а потом просто уходить в тень ? Он ведь не требует не чего, не выставляет никаких конкретных условий. Он просто играет с нами, как будто бы дразнит хищника, наступая на хвост. Что-то тут явно было не чисто, и от этой ломающейся геометрии логики у меня внутри всё болезненно сжималось.

Выплыв из своих раздумий, я заставила себя встряхнуть головой, расправила плечи и решила включиться в разговор. Посмотрев прямо на Гришу, который сидел с идеально прямой армейской спиной, я заговорила своим строгим, уверенным тоном дочери Дона:

— Раз уж мы заговорили о законах, то в нашей семье и в картеле есть незыблемые Традиции Легального Представления и Мафиозной Инициации, а именно — Двойной протокол для чужаков. Первая его часть — это Аристократическая ширма, или Светский Раут. Если претендент на руку дочери Дона или любой мадемуазель из нашего клана решает заявить о себе, то он обязан предстать перед всей семьей на официальном званом обеде в главном поместье Прованса. Это строгий, непоколебимый протокол высшего света Франции: пышный раут, фамильное серебро и старинный фарфор, где наша бабуля Мари лично оценивает кандидата через свой бриллиантовый лорнет. Она будет дотошно проверять твоё знание светского этикета, умение изящно вести беседу, танцевать вальс волосок к волоску и играть на фортепиано. Только после официального, единогласного одобрения главы рода пара может легально появляться в высшем европейском обществе.

Я сделала глоток воды, заметив, как Гриша понимающе приподнял бровь, и продолжила, сделав голос чуть жестче:

— Но сразу после раута, конечно, свято идет вторая часть — Мафиозная изнанка, или Совет Капо . За наглухо закрытыми дубовыми дверями кабинета Дона проводится жесткая, тотальная проверка биографии жениха до седьмого колена — его корни, доходы, тайные связи и скрытые счета. Кандидат садится за стол переговоров один на один напротив нашего отца Эдуарда и дедушки Луи. Также на этом совете обязательно присутствуют старшие Капо действующего Дона — в нашем случае это Даниэль и Себастьян. Запомни, Гриша: малейшая секундная слабость, дрожь в голосе, неверный взгляд или попытка соврать и выкрутиться будут стоить кандидату пули в лоб. Капо расстреляет его на месте без малейших колебаний.

Кристина тихонько ахнула, переводя ошарашенный взгляд с меня на ухмыляющегося Басти, а я чеканила слова дальше :

— Следом за советом идет Обряд Посвящения, известный как «Клятва на крови» . После успешного прохождения совета капо жених обязан пройти древний ритуал инициации: встать в охранный круг из старших капо и других мужчин из семьи де Руа, сделать глубокие надрезы на ладонях, скрепляющие верность клану, и принести священную присягу на нашем фамильном гербе — соколе с кинжалом и лозами винограда. Только после этого его официально признают равным другие союзные семьи мафии на Сицилии, в Италии и по всей Европе, и он перестает быть для них живой мишенью. И также есть еще одно важное уточнение — это Обязанность подлинного имени. На совете клана и личном разговоре с Доном строго запрещено использовать фальшивые маски, ширмы или ведомственные псевдонимы. Кандидат обязан полностью снять маску и открыто заявить своё настоящее, данное при рождении имя, чтобы доказать отцу свою истинную силу и стержень матерого волка.

Я закончила говорить и перевела дыхание, чувствуя, как внутри снова разгорается шпионский азарт. Тут Басти с готовностью подхватил эстафетную палочку, вальяжно откинулся на спинку командирского кресла и с привычным мажорным пижонством продолжил рассказ:

— Всё верно, сестрёнка! И у нас в картеле есть еще законы, а именно — Законы «Изысканной Игры» и Поведения на Публике. В них первостепенно входит Запрет на демонстрацию слабости. На людях, перед лицом врагов или конкурентов ,мы обязаны держать лицо статусная и непоколебимое. Любые твои истинные эмоции, страхи или, не дай бог, импульсивные проявления чувств на публике — это мишень, которую враг использует, чтобы уничтожить весь наш синдикат де Руа.Еще один закон важнейший это:

— Безупречная актерская игра. Весь мир мафии — это шахматная доска, где каждый шаг либо повышает статус в синдикате, либо понижает, либо вышибает с доски вперед ногами. Члены семьи обязаны быть чертовски хорошими актерами и играть свою роль без единой помарки.

Себастьян стряхнул длинный столбик пепла в хрустальную пепельницу. Его серо-жёлтые глаза блеснули заговорщическим, чисто мажорным азартом:

— И отсюда плавно вытекает следующее правило — Внешний лоск. Одежда, личные автомобили должны веять оглушительным изыском, колоссальным богатством и статусностью для безоговорочного подавления воли конкурентов. Это чистая психология: если ты выглядишь на миллиард, враг подсознательно начинает сомневаться в собственных силах. Особенно это касается нашей прекрасной половины. Женщины клана де Руа быть всегда укомплектованными по последнему слову моды — с безупречными укладками, макияжем и в дорогих нарядах. У нас в Провансе даже на разборки и подпольные сделки наши дамы всегда являлись при полном параде, волосок к волоску. Так что, Крис, готовься — твои уютные армейские тельняшки и толстовки в этом доме под строжайшим эстетическим запретом.

Кристина от такого пафосного заявления марсельского принца кокетливо фыркнула, поправляя свое безупречное темное каре, но спорить не стала и лишь быстро сделала пометку в блокноте. Гриша тихо, хрипло рассмеялся, облокотившись здоровой рукой о дубовый стол. Судя по его весёлому взгляду, перспектива увидеть свою боевую подругу в вечерних платьях от мишленовских стилистов его скорее забавляла.

Далее Дей подключился, плавно отпив глоток ледяной воды из своего бокала. Он сидел напротив нас, безупречный, холодный, словно высеченная из тёмного мрамора статуя, и его глубокий, бархатный голос зазвучал со стальной, непреклонной силой:

— И последнее важный закон это — Правила Ведения Войны и Вендетты, или Закон Крови. В них входят — Объявление Тотальной Войны. Нападение на суверенные территории де Руа перечеркивает любые прошлые мирные договоренности. В ответ объявляется беспощадная, тотальная война и кровная вендетта, не подлежащая обсуждению. Но войну открытую может объявить только Дон картеля, и если он это делает, то ни у кого нет права оспорить его решение, и все до единого обязаны пойти на войну за картель и семью. В нашем синдикате приказы лидера не обсуждаются — они выполняются беспрекословно.

Даниэль на секунду замолчал, и его янтарные глаза превратились в две ледяные щели, сканирующие Гришу на предмет выдержки:

— Так же — Никакой пощады врагам. В состоянии объявленной вендетты приказы звучат максимально жестко: зачищать все наши территории и объекты, ликвидировать по максимуму всех, кого встретим, никого не жалеть, никого не щадить, пленных не брать. Если последними словами вражеского клана будут слова мольбы о пощаде — картель не пощадит никого. Мы стираем противника с лица земли под корень.

Дей перевёл дыхание, и на его бледном, точеном лице на мгновение скользнула та самая тонкая, пугающая улыбка шахматного гроссмейстера мафии:

— Еще не менее важное правило это — Тактика уничтожения изнутри. Месть синдиката де Руа должна быть не просто кровавой, но и тактически красивой. Сначала я — через свои политические, правительственные и банковские рычаги полностью уничтожает легальный бизнес и финансовую подушку врагов, заставляя их партнеров в ту же секунду разорвать контракты. А затем наш силовой блок полностью зажимает их теневой бизнес по всему побережью и наносит финальный, сокрушительный смертельный удар. Враг должен быть обескровлен экономически ещё до того, как на его территории ступят наши наёмники.

Я внимательно слушала старшего брата, и внутри меня снова лавиной поднималась та самая леденящая, фамильная гордость за то что я выросла в этой семье они сделали меня сильной, бесстрашной. За это я люблю я люблю свою семью и да это была моя ошибка импульсивное желание убежать и больше не иметь связей с картелем, но на самом деле я Ариан Де Руа дочь Дона Эдуарда Де Руа и я горжусь этим. Такое осознание конечно меня пугало, но все же я та кем была рождена войном и лидером. А Дей тем временим продолжал:

— И еще одно правило, — Даниэль слегка наклонился вперед, и его янтарные глаза блеснули холодным, хирургическим расчетом, — это Изоляция предателей и допрос. Любая «крыса», слившая конфиденциальную информацию врагам, мгновенно объявляется главной и первостепенной мишенью клана. Его нора оцепляется нашими наемниками, предатель берется живым, берется в плен и незамедлительно доставляется в поместье, где право на его жесткий допрос безоговорочно предоставляется пострадавшему члену семьи или изъявившему такое желание. Свидетели-враги подробно дожимаются в подвалах, после чего их убирают без малейших следов, пуская на корм акулам.

После Дея я вступила в разговор,посмотрела на Гришу с Крис и сказала:

— И так же у нас есть законы о Взаимоотношениях с другими картелями и «Зоны Отчуждения», а именно — Отношения с другими картелями, умение выстраивать качественные деловые отношения по всей Европе и миру. Так же у нас есть несколько картелей и синдикатов, с которыми мы ни в каких случаях не сотрудничаем. В этот список входят и «Los Desalmados» — «Бездушные» Позже, если всё пойдет хорошо, на общем совете в Провансе мы предоставим вам полный черный список синдикатов и картелей. А на этом наши законы подошли к концу.

Гриша и Кристина, которые все это время усердно и педантично записывали каждую строчки в свои блокноты, дружно отложили ручки и буквально встряхнули руками от того колоссального количества информации, что на них вывалили. Оглушительный изыск кодекса де Руа явно заставил их мозги попотеть.

И Гриша, спокойно поправив поддерживающую повязку на раненом плече, уверенно сказал:

— Что ж, не всё так плохо, это всё вполне можно выучить. Одна бессонная ночь — и всё отлично отложится на подкорке.

Я весело засмеялась, вспомнив наши учебные будни в Москве, и сказала:

— Да-да, я помню, как ты любишь всё учить в самую последнюю ночь перед экзаменами в Академии. Это твоя любимая традиция.

Гриша открыто, тепло улыбнулся мне своими пронзительными серыми глазами и сказал.

— Это да, зато очень действующая тактика выживания. Никогда ещё меня не подводила.

Кристина, уложив выбившийся локон каре, тоже обреченно вздохнула и со смехом сказала:

— Ну что ж, у меня тоже намечается бессонная ночь. Что ж, надо вспоминать университетские деньки, строгую муштру и ночную зубрежку.

Басти, вальяжно крутя в пальцах дорогую зажигалку, эпатажно улыбнулся и сказал:

— Но на этом наше обучение сегодня не закончено, господа и дамы. Сейчас мы плотно займемся французским языком. А завтра на утро будете без единой помарки рассказывать нам наши законы, чтобы от зубов отскакивали.

Даниэль улыбнулся самым краем губ, оценив боевой:

— Что ж, тогда приступим. Записывайте основные цитаты, правила произношения и ответы на вопросы по-французски .

И мы все — я, Даниэль и Себастьян — принялись слаженно и жестко обучать Гришу и Кристину. Мы говорили исключительно на сочном французском языке, чеканя провансальские диалекты, а ребята под нашим пристальным контролем внимательно следили за мимикой и синхронно повторяли за нами каждое слово, каждую интонацию и фразу. Басти с особым, заговорщическим азартом то и дело склонялся к Крис, поправляя её произношение своим бархатным голосом .

И так мы безвылазно просидели в кабинете до самого вечера, пока за панорамным окном окончательно не сгустилась ночная тьма, а Марсель не засиял миллионами неоновых огней доков.

Потом Басти сладко, лениво потянулся всем своим мускулистым телом,и весело сказал:

— Так, настал вечер, и теперь пришло время очень вкусно покушать. Наш фитнес для ума окончен.

Он плавно подошел к монументальному дубовому столу, открыл скрытую интерактивную панель управления домом прямо в столе и приказал прислуге, чтобы те немедленно готовили стол в малой обеденной зоне . Наш суровый день официально подошел к концу, уступая место уютному ужину .

Глава 37

Мы всей дружной компанией вышли из прохладного, пахнущего канадским кедром кабинета Себастьяна и направились в малую обеденную зону. Мои массивные ботинки Miu Miu с глухим, тяжелым звоном цепей ритмично грохотали по зеркальному мрамору коридоров, создавая странный контраст с мягким, изящным цоканьем каблуков Крис. Когда мы переступили порог залитой солнечным светом комнаты, у меня буквально перехватило дыхание от гастрономического великолепия — круглый стол из белого прованского камня уже вовсю ломился от кулинарных изысков. Личный шеф-повар Басти, великий Матьё, сегодня превзошел сам себя, превратив этот обед в настоящий триумф французской кухни.

По центру стола высилось огромное, дышащее жаром плато с сочным запечённым филе-миньон в густом, глянцевом соусе из демигласа и лесных ягод, украшенное веточками розмарина. Рядом, на серебряных блюдах, томились нежнейшие утиные ножки конфи, чья золотистая хрустящая корочка буквально лопалась, обнажая тающее во рту мясо. Чуть левее красовалась большая хрустальная пиала с традиционным марсельским буйабесом, от которого шёл густой, умопомрачительный аромат морского гада, шафрана и чесночного соуса руй. Вокруг главных блюд ювелирными штрихами были расставлены легкие закуски: тарелки с воздушными профитролями, начиненными муссом из лосося, миниатюрные рамекины с запечёнными в чесночном масле улитками эскарго, пиалы с трюфельным паштетом и фуа-гра, а также плато со свежайшими сырами камамбер, рокфор и бри, истекающими тягучей спелостью в окружении инжира и грецких орехов.

Прислуга в накрахмаленной бордовой униформе беззвучно отодвинула массивные стулья из беленого дуба, и мы плавно сели за стол. Однако Даниэль садиться не стал. Он замер у входа, и его ледяное лицо оставалось абсолютно непроницаемым. Дей обвёл нас строгим, сканирующим взглядом янтарных глаз и ровным, бархатным тоном произнёс:

— Извините, господа, но я вынужден временно вас покинуть. Мне необходимо экстренно и без лишних ушей обговорить все детали с отцом по поводу доклада о предложении Алекса и его помощи. Я должен передать отцу наши соображения до конклава.

С этими словами Даниэль развернулся и быстрым, царственным шагом вышел на просторный балкон, закрыв за собой стеклянную дверь и прижав к уху засекреченный терминал связи.

Мы же окончательно расселись за столом. Слуги Басти тут же призрачно засуетились вокруг, и тонкие струи янтарно-золотого вина потекли в наши хрустальные бокалы. На этот раз Себастьян решил полностью отойти от классических мафиозных традиций и выбрал из своих личных подземных погребов редчайшее, коллекционное белое сладкое вино Château d'Yquem урожая лохматых годов. Это было не просто вино, а жидкое золото Прованса: плотное, маслянистое, оно лениво стекало по стенкам хрусталя, оставляя благородные густые дорожки. От бокалов мгновенно разнёсся потрясающий шлейф, в котором угадывались сладкие нотки спелого ананаса, засахаренного меда, кураги и легкой, едва уловимой прохлады лемонграсса — идеальный аккомпанемент к жирному трюфельному паштету.