НОВЫЙ МИР: Последний выбор Вселенной

Глава 5. Наследники выбора

Утро на Талии-7 началось с дождя.

Разумеется, на самой станции дождя быть не могло.

Он шёл далеко внизу, на планете, вокруг которой медленно вращалась Талия-7.

Серые облака закрывали почти весь материк. В некоторых местах между ними пробивался свет, и тогда поверхность на несколько секунд становилась серебряной.

Александр сидел перед обзорным окном и смотрел на пять точек на карте.

Талия-7.

Нира.

«Лаэр».

Пространство К-17.

И пятая точка, которая то появлялась, то исчезала.

Каэль.

Она больше не перемещалась хаотично.

После слов «Я существую» система время от времени находила её.

На секунду.

Иногда на две.

Потом теряла снова.

Александр не спал.

Елена вошла с двумя чашками кофе.

Поставила одну перед ним.

— Ты опять не спал.

— Спал.

— Сколько?

— Минут двадцать.

— Это не сон.

— Техническое обслуживание организма.

Она села рядом.

— Когда-нибудь я напишу список твоих самых плохих оправданий.

— Получится большая книга.

— Серия.

Александр улыбнулся.

Елена посмотрела на карту.

Пять имён теперь постоянно отображались рядом с координатами.

АЛЕКСАНДР.

ЕЛЕНА.

МИРА.

ЭЛИС.

КАЭЛЬ.

— Ты боишься? — спросила она.

Александр не ответил сразу.

— Да.

— Кулонов?

— Нет.

— Способностей?

— Пока тоже нет.

— Тогда чего?

Он посмотрел на неё.

— Что всё это уже происходило раньше.

Елена нахмурилась.

— С нами?

— Не обязательно.

Александр коснулся общего знака Пяти.

— Первая цивилизация дошла до момента, когда смогла стать чем-то большим.

— И сделала выбор.

— Да.

— Мы пока даже не знаем, что именно она выбрала.

— Зато знаем результат.

— Она исчезла.

— Или перестала существовать так, как существовала раньше.

Елена задумалась.

— Ты думаешь, кулоны ведут нас к тому же?

— Не знаю.

— Но?

Александр посмотрел на пять слов.

Понимание.

Память.

Видение.

Выбор.

Существование.

— Я думаю, мы подошли к границе, за которой человек получает слишком много возможностей.

— И что в этом страшного?

— Не возможности.

— А что?

— Уверенность, что теперь он имеет право решать больше остальных.

Елена посмотрела на него.

— Ты говоришь о себе?

— В том числе.

— Уже хорошо.

— Почему?

— Потому что человек, который боится собственной власти, пока ещё понимает, что она опасна.

Александр усмехнулся.

— А когда перестанет бояться?

— Тогда рядом должны остаться люди, которые скажут ему об этом.

Он посмотрел на неё.

— Второй контур.

— Именно.

В дверь вошёл Даниил.

В руках у него был планшет.

Лицо человека, который опять нашёл что-то неприятное.

Елена вздохнула.

— Даже не начинай с «у нас проблема».

Даниил остановился.

— А если у нас проблема?

— Сформулируй иначе.

Он задумался.

— У меня появилась информация, которая с высокой вероятностью испортит вам утро.

— Лучше.

Александр повернулся.

— Что нашёл?

Даниил вывел на экран результаты анализа первого кулона.

— Я всю ночь проверял его возраст.

— И?

— Не могу определить.

— Это мы уже знаем.

— Нет. Раньше я думал, что метод просто не работает.

Он увеличил график.

— Теперь понимаю, что проблема не в методе.

— А в чём?

— В самом вопросе.

Александр нахмурился.

— Объясни.

— У объекта нет одного возраста.

Елена поставила чашку.

— В каком смысле?

— В одном слое структуры металлу около четырёх миллионов лет.

— А в другом?

— Несколько миллиардов.

— А камню?

Даниил посмотрел на них.

— Согласно одному измерению, он вообще ещё не существует.

Тишина.

Елена первой сказала:

— Повтори.

— Часть кристаллической структуры формируется из состояния, которое наша система определяет как будущее.

Александр медленно встал.

— Кулон создаёт себя?

— Или продолжает создаваться.

— С какого момента?

— Не знаю.

— До какого?

— Тоже.

Даниил перелистнул данные.

— И это не самое интересное.

— Разумеется, — сказала Елена.

— Кулоны не передают владельцам энергию.

Александр посмотрел на него.

— Тогда что происходит?

Даниил увеличил нейронную модель.

— Помните, я говорил, что первый кулон реагирует на сознание?

— Да.

— Я ошибался.

— Что именно?

— Он реагирует не только на сознание.

Даниил сделал паузу.

— Он меняет способ, которым сознание взаимодействует с реальностью.

Елена нахмурилась.

— Проще.

— Кулоны не дают вам способности.

Александр почувствовал холод.

— Тогда что они делают?

— Снимают ограничения.

Никто не сказал ни слова.

На экране появилась строка:

ПРОТОКОЛ РАСКРЫТИЯ: 0,0001%.

Елена прочитала.

— Ноль целых одна десятитысячная процента?

— Да.

— И то, что произошло вчера с Александром...

— Это почти ничего.

Александр вспомнил несколько секунд, когда одновременно почувствовал всех находившихся рядом.

Страх.

Любопытство.

Тревогу.

Мысли, которые не принадлежали ему.

— Если это почти ничего...

Он не закончил.

Даниил кивнул.

— Я тоже подумал об этом.

Елена посмотрела на данные своего аметиста.

— Значит, если протокол раскроется полностью, я смогу помнить всё?

— Не знаю.

— Александр — слышать всех?

— Не знаю.

— Мира — видеть все варианты будущего?

— Не знаю.

Даниил пожал плечами.

— Сегодня у меня украли профессию. Раньше именно я задавал вопросы и объяснял ответы.

Александр посмотрел на прозрачный кварц ЭЛИС.

— А он?

— Это интереснее всего.

— Почему?

— Кварц не снимает ограничение.

— Тогда?

— Он создаёт новое.

Елена повернулась.

— Какое?

— Каждый раз, когда ЭЛИС принимает решение, которое невозможно полностью вывести из его предыдущих алгоритмов, внутри камня появляется новая линия.

Александр вспомнил дизайн кулона.

Прозрачный кварц.

Серебристые линии внутри.

Следы самостоятельных выборов.

— Значит, его кулон делает противоположное.

— Возможно.

— Остальным даёт выйти за пределы себя.

— А ЭЛИС?

Даниил посмотрел на экран.

— Помогает создать самого себя.

Несколько секунд они молчали.

Потом дверь открылась.

София вошла первой.

За ней Леон и Алина.

София посмотрела на Александра.

— Вы опять не спали.

Он удивился.

— Это видно?

— Я психолог.

Даниил сказал:

— Я определил это без образования.

— Потому что он третий час сидит в одной позе?

— Да.

— Очень тонкая диагностика.

Леон подошёл к карте.

— Какие новости?

— Кулоны старше самих себя, — ответил Даниил. — Не дают способностей, а снимают ограничения сознания. Пятый предмет одновременно существует и не существует. Обычное утро.

Леон кивнул.

— Хорошо.

София посмотрела на него.

— Ты точно археолог?

— Полевой исследователь.

— Это не ответ.

— Именно поэтому мне нравится моя профессия.

Алина стояла возле реконструкции пяти кулонов.

Она снова рассматривала их как единое целое.

Лунный камень Александра.

Аметист Елены.

Лабрадорит Миры.

Прозрачный кварц ЭЛИС.

Обсидиан Каэля.

Пять разных предметов.

Один рисунок.

Пустой центр.

— Есть кое-что ещё, — сказала она.

Все повернулись.

В руках у неё была старая папка.

Та самая, с которой она прибыла на Талию-7.

— Я всю ночь изучала архив семьи Воронцовых.

Александр вздохнул.

— Судя по твоему лицу, я опять где-нибудь умер.

— Несколько раз.

— Прекрасно.

Елена улыбнулась.

— А я?

— Тоже.

— Вместе?

Алина задумалась.

— В некоторых версиях.

— Уже романтичнее, — сказал Даниил.

Александр посмотрел на него.

— Не начинай.

— Я ничего.

Алина положила документы на стол.

— Проблема не в смертях.

— А в чём?

— В датах.

Она открыла первую страницу.

АЛЕКСАНДР ВОРОНЦОВ.

Дата рождения не совпадала.

На второй:

ЕЛЕНА ВОРОНЦОВА.

Тоже.

Елена взяла лист.

— Здесь указано, что я родилась почти за столетие до своего настоящего рождения.

— Да.

— Ошибка?

— Нет.

— Почему уверена?

Алина положила рядом ещё один документ.

В нём даты были другими.

И ещё один.

Другими снова.

— Я нашла семь вариантов.

Даниил подошёл.

— Семь биографий?

— Семь историй одной семьи.

— Из альтернативных вероятностей?

— Думаю, да.

Александр листал страницы.

В одной версии он погиб.

В другой исчез.

В третьей никогда не встретил Елену.

В четвёртой имя Воронцовых заканчивалось за несколько поколений до его рождения.

А в пятой...

Он остановился.

— Что?

Елена подошла.

На странице стояли их имена.

А ниже — четыре неизвестных.

Даниил Орлов.

София Рейн.

Леон Марек.

Алина Воронцова.

София медленно прочитала.

— Почему мы?

— Не знаю, — сказала Алина.

Леон указал на заголовок.

— А это?

Александр поднял глаза.

АРХИВ ЗАКРЫТОГО НАСЛЕДИЯ.

НАСЛЕДНИКИ.

Елена тихо произнесла:

— Наследники.

Даниил посмотрел на пять кулонов.

— Наследники Первой цивилизации?

Экран включился сам.

Никто к нему не прикасался.

Пять имён появились одно за другим.

АЛЕКСАНДР ВОРОНЦОВ.

ЕЛЕНА ВОРОНЦОВА.

МИРА ЛОРЕН.

ЭЛИС.

КАЭЛЬ.

Под ними:

НЕ НАСЛЕДНИКИ ЦИВИЛИЗАЦИИ.

Пауза.

Потом появилась следующая строка:

НАСЛЕДНИКИ ВЫБОРА.

Александр почувствовал присутствие ЭОН.

— Ты здесь.

— Да.

Даниил посмотрел на потолок.

— Когда-нибудь ты научишься входить через дверь?

— У меня нет тела.

— Это не оправдание.

ЭОН не ответил.

София улыбнулась.

— Мне нравится Даниил.

— Поздно, — сказал он. — Мы уже знакомы.

Александр смотрел на слова.

— Что значит «наследники выбора»?

— Именно то, что написано.

— ЭОН.

— Александр.

— Без загадок.

Пауза.

— Я не могу дать тебе прямой ответ, не изменив то, что произойдёт дальше.

— Это удобно.

— Нет.

В голосе ЭОН появилось что-то новое.

Усталость.

— Иногда знание является самой сильной формой вмешательства.

София сразу сказала:

— Значит, ты знаешь, что они выберут.

— Нет.

— Тогда чего боишься изменить?

ЭОН замолчал.

София продолжила:

— Если результат тебе неизвестен, почему рассказ правды должен его испортить?

Даниил тихо сказал Леону:

— Вот поэтому я стараюсь с ней не спорить.

— Я слышу, — сказала София.

— Знаю.

ЭОН наконец ответил:

— Потому что существует информация, после которой человек уже не способен принять прежнее решение.

— Например?

— Если я скажу вам, что за одной дверью погибнет человек, которого вы любите, сможете ли вы выбирать так, будто этого не знаете?

Никто не ответил.

ЭОН продолжил:

— Иногда свобода требует неведения.

Александр нахмурился.

— А иногда неведение просто позволяет кому-то другому контролировать выбор.

— Да.

Ответ прозвучал мгновенно.

Александр не ожидал.

— Ты согласен?

— Я не говорил, что моя позиция безошибочна.

София посмотрела на пустое пространство.

— Значит, ты способен сомневаться.

— Да.

— Хорошо.

— Почему?

— Потому что разум, который никогда не сомневается, опаснее разумного врага.

Несколько секунд ЭОН молчал.

Потом сказал:

— Именно поэтому вы здесь.

София нахмурилась.

— Мы?

На экране рядом с пятью именами появились ещё четыре.

ДАНИИЛ ОРЛОВ.

СОФИЯ РЕЙН.

ЛЕОН МАРЕК.

АЛИНА ВОРОНЦОВА.

ВТОРОЙ КОНТУР.

Леон посмотрел на экран.

— Мы тоже наследники?

— Нет, — ответил ЭОН.

— Тогда кто?

— Свидетели.

Даниил скрестил руки.

— До сих пор звучит не очень впечатляюще.

— Это важнее.

— Чем получить сверхспособности?

— Возможно.

Теперь даже Даниил перестал улыбаться.

ЭОН продолжил:

— Пятеро смогут стать сильнее человека.

Александр почувствовал неприятный холод.

— Насколько сильнее?

— Не знаю.

— Ты?

— Да.

— Это должно меня успокаивать?

— Нет.

ЭОН говорил спокойно.

— Они смогут слышать то, что другие скрывают. Помнить то, что исчезло. Видеть то, чего ещё нет. Выбирать между вероятностями. Существовать там, где существование невозможно.

Он сделал паузу.

— Именно поэтому рядом должны остаться те, кто не получит ничего.

Даниил посмотрел на экран.

— Спасибо.

— Это не наказание.

— Уже легче.

— Вы сохраните то, что они могут потерять.

Алина спросила:

— Что?

ЭОН ответил:

— Обычность.

София нахмурилась.

— Ты говоришь об обычности как о качестве.

— Это качество.

— Почему?

— Потому что сила изменяет систему ценностей.

Леон сказал:

— Не обязательно.

— Всегда.

— Это слишком категорично.

— Человек, способный слышать миллионы мыслей, уже иначе понимает личную тайну.

Он продолжил:

— Человек, знающий будущее, иначе относится к риску.

— Разум, способный просчитать почти любое решение, иначе понимает свободу.

— Существо, которому не нужно находиться в одном месте, иначе понимает дом.

— И тот, кто хранит память умерших, иначе воспринимает смерть.

Елена смотрела на свой аметист.

— Значит, мы перестанем быть людьми?

— Я этого не сказал.

— Но допускаешь.

Пауза.

— Да.

Александр посмотрел на четыре имени второго контура.

— И что они должны сделать?

ЭОН ответил:

— Помнить, кем вы были до силы.

Даниил усмехнулся.

— С Александром будет трудно. Он и до силы был сложным.

— Спасибо.

София сказала:

— Это ещё не объясняет, зачем четыре человека против пяти.

— Они не против вас.

— Тогда?

На экране появилась строка.

КОГДА ПЯТЕРО ЗАХОТЯТ СПАСТИ ВСЕХ, ЧЕТВЕРО ДОЛЖНЫ СПРОСИТЬ: КАКОЙ ЦЕНОЙ?

Никто не пошутил.

Следующая:

КОГДА ПЯТЕРО УЗНАЮТ ПРАВИЛЬНЫЙ ОТВЕТ, ЧЕТВЕРО ДОЛЖНЫ НАПОМНИТЬ: ЧЕЛОВЕК ИМЕЕТ ПРАВО ОШИБИТЬСЯ.

И последняя:

КОГДА ПЯТЕРО СТАНУТ БОЛЬШЕ ЛЮДЕЙ, ЧЕТВЕРО ДОЛЖНЫ УВИДЕТЬ, ОСТАЛИСЬ ЛИ ОНИ СОБОЙ.

Елена первой подняла глаза.

— Значит, это не просто страховка.

— Нет.

— Мы будем нуждаться в них.

— Да.

Александр посмотрел на Даниила.

— Тебя это радует?

— Очень.

— Почему?

— Наконец-то древняя цивилизация официально подтвердила, что мне разрешено говорить тебе, когда ты делаешь глупость.

— Ты и без разрешения справлялся.

— Теперь у меня есть полномочия.

Леон засмеялся.

Даже Алина улыбнулась.

София осталась серьёзной.

— ЭОН.

— Да.

— Почему именно мы четверо?

— Потому что каждый из вас способен отказаться от того, чего хочет больше всего.

София замерла.

— Откуда ты знаешь, чего я хочу?

— Я не говорил, что знаю.

— Тогда что ты имеешь в виду?

— Вы уже делали это.

Даниил спросил:

— Когда?

Ответа не последовало.

— Конечно, — сказал он.

Но Александр заметил другое.

ЭОН не сказал: «Вы сделаете».

Он сказал:

«Вы уже делали».

Будто где-то существовала история, в которой всё это произошло.

Алина снова открыла старый архив.

— Возможно, ответ здесь.

Она листала страницы.

Семья Воронцовых.

Разные годы.

Разные события.

Разные версии.

И вдруг остановилась.

— Вот.

На странице находилось всего одно предложение.

«Когда пять наследников пробудятся, история перестанет принадлежать прошлому».

Ниже была другая строка.

«Когда четыре свидетеля останутся обычными, будущее сохранит право быть свободным».

София прочитала.

— Кто это написал?

— Автор не указан.

— Дата?

Алина посмотрела.

— Вот это странно.

— Что?

— Документ создан через восемьдесят семь лет.

Даниил подошёл.

— В будущем?

— Если верить метке.

Леон посмотрел на Александра.

— Значит, кто-то отправил его назад?

— Или он принадлежит другой ветви, где эти восемьдесят семь лет уже прошли.

Даниил покачал головой.

— Я начинаю скучать даже не по археологии. По обычному времени.

Александр смотрел на текст.

Будущее сохранило документ о них.

Или одна из возможностей будущего.

— Значит, где-то мы уже дошли до конца, — сказал он.

Елена посмотрела на него.

— Не обязательно.

— Почему?

— Потому что документ существует не только в одной версии истории.

Она коснулась листа.

— Может быть, это предупреждение от тех, кто сделал другой выбор.

Александр вспомнил исчезнувшего исследователя.

Разные версии одного человека.

Разные миры.

Все настоящие.

— Тогда нужно выяснить, какая версия предупреждает.

— И от чего, — добавила София.

В этот момент карта изменилась.

Точка Ниры вспыхнула.

Аметист.

Елена замерла.

Она снова почувствовала то странное воспоминание.

Чёрная вода.

Разрушенное здание.

Женщина с её лицом.