Шёпот боярышника в крови

— Как долго вы планируете находиться в моих покоях? — от её неожиданного вопроса Дрейк моргнул, словно выходя из-под гипноза. Равенна смотрела на него через зеркало.

— Сколько пожелаю, дорогая. — Принц поймал её взгляд в отражении, и ухмылка вновь украсила его лицо.

Девушка недовольно хмыкнула. Она поднялась и пересела в кресло у камина. Принцесса молчала, созерцая танцующие языки пламени и не обращая внимания на гостя.

Дрейк, понимая, что больше ничего от неё не услышит, встал с дивана. Он немного расстегнул парадный мундир и провёл рукой по волосам, взъерошив их. Равенна внимательно следила за этим спектаклем.

— Доброй ночи, дорогая Равенна, — произнёс принц и покинул покои.

Она не удостоила его ответом, продолжая смотреть на огонь в камине.

***

Равенна долго не могла уснуть после всего произошедшего. Сон пришёл только под утро, когда на небе показался рассвет. Она открыла глаза. Чувство тяжести в голове заставляло девушку морщиться, а воспоминания о вчерашнем дне отдавались пульсацией в висках. Дрейк. За короткое время Равенна успела возненавидеть это имя. Мысль о том, что она стала его невестой, вызывала спазм в желудке, но принцесса заставляла себя не думать об этом. Больше всего пугала неизвестность. Дрейк думал, что сменит ей одну клетку на другую. Равенна усмехнулась. Ну уж нет. В этот момент краем глаза она заметила тень, мелькнувшую за дверью.

Равенна не успела встать с кровати, как в комнату ворвалась Алэна в сопровождении свиты. Принцесса нервно подскочила и склонилась в реверансе, чувствуя, как сердце сжалось в ожидании очередных унижений. Королева окинула падчерицу оценивающим взглядом. Её лицо скривилось, когда она скользнула взором по мраморному лицу принцессы. Не проронив ни слова, мачеха лишь кивнула в сторону постели. Служанки тут же сорвали одеяло. Королева подошла ближе, рассматривая багряное пятно. При виде испачканной простыни её лицо исказилось в ухмылке.

— Разденьте её. Хочу быть уверена, что кровь на простыне не подделка.

Слуги тут же окружили принцессу и небрежно стянули с неё ночную сорочку. Холодный воздух вмиг окутал обнажённую кожу, заставив её покрыться мурашками. Равенна стояла неподвижно, когда сорочка упала на пол, хотя от клокочущей внутри ненависти волоски вздыбились у неё на шее. Королева препарировала её взглядом. Равенна смотрела в пол, пока мачеха ходила кругами, рассматривая нагое тело со всех сторон.

— Ты стала такой же, как твоя шлюха-мать. — В голосе мачехи не было эмоций, лишь уголок рта дёрнулся в хищном тике. Не найдя на теле ни синяков, ни следов сопротивления, Алэна подошла вплотную. От запаха её духов Равенну замутило, из-за чего язык словно присох к нёбу. Взгляд мачехи казался тяжёлым, как топор, занесённый над шеей. Скулы свело от усилия, с которым принцесса удерживала лицо неподвижной маской. — Надеюсь, ты сдохнешь так же бесполезно, как она.

Королева вздёрнула пальцем её подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. Последние слова она выплюнула с такой брезгливостью, будто перед ней стоял призрак её покойной матери. Затем Алэна резко убрала руку и отстранилась.

— Оденьте её. Дорожные сундуки можете грузить в повозку, — приказала она стоявшим позади слугам, не отрывая от Равенны прожигающего взора. Мачеха бросила на неё последний взгляд и покинула комнату.

Кровь в жилах Равенны жгла вены подобно жидкому свинцу. Слуги беспрекословно бросились выполнять приказ: двое достали заранее подготовленное дорожное платье и принялись небрежно натягивать его на девушку, пока та буравила их гневным взглядом. Одна из служанок подала зимний плащ. Равенна, не оглядываясь, вышла из покоев.

Утренние лучи отражались от снега и слепили глаза. Принцесса вышла через парадные двери замка на лестничный марш. Она вдохнула морозный воздух. Холод обжёг нос и горло, заставляя лёгкие сжаться от перепада температур. Снег приятно хрустел под её тёплыми сапогами.

Недалеко от крыльца стояла карета из тёмного дерева, украшенная серебряной ковкой. Вместо колёс её держали широкие дубовые полозья — после обильных снегопадов дороги завалило. В упряжке стояли два вороных тяжеловоза; из их ноздрей валил густой пар, оседая пушистым инеем на гривах. Лошади нервно били копытами о мёрзлый камень, чуя, что впереди долгий путь.

Рядом с каретой стояли отец и мачеха. Равенне показалось странным, что на прощание не пришли братья и сестрица. Желудок свело от неприятного предчувствия — или это был голод? Она не ела уже сутки. Король Герольд и Ирена стояли чуть поодаль, кутаясь в тёплые меха. Дрейк замер возле дверцы; его чёрная лёгкая броня словно поглощала утренние лучи. Лицо принца было серьёзным, а брови слегка нахмурены. Девушка подошла, склонив голову в реверансе.

Алэна резким, птичьим жестом вытянула руку. Равенна наклонилась, едва касаясь ледяных пальцев королевы сухими губами. Мачеха не удостоила её ответным взглядом, лишь брезгливо одёрнула манжету. Король Карлон стоял неподвижно, смеряя дочь холодным взором. Равенна поклонилась отцу и подошла к западному королю Герольду. Тот протянул руку, и девушка поцеловала его тёплые костяшки. Чуть приподняв голову, она вгляделась в лицо западного короля. Он выглядел взволнованным.

— Доброго пути, принцесса Равенна, — раздался его бархатный, тёплый голос.

— Спасибо, Ваше Величество, — промолвила принцесса, кланяясь королю.

Девушка перевела взгляд на западную принцессу. Её глаза покраснели и припухли. Она плакала. Гарт не был нежным даже с принцессой. Животное.

— Лёгкой дороги, принцесса, береги себя. — Ирена грустно улыбнулась. Равенна едва заметно кивнула ей в ответ.

Она подошла к принцу. Дрейк открыл дверцу кареты и помог ей забраться внутрь. Салон был хорошо утеплён, удобные сиденья покрывала бархатная ткань. Напротив аккуратной стопкой лежали одеяла, а рядом покоилась дорожная сумка. Принцесса слегка задёрнула шторку. В этот момент мужчина с рыжими волосами в лёгкой броне подвёл к Дрейку вороного рысака. Принц вежливо поклонился и легко вскочил в седло. Карета немного заскрипела и тронулась с места.

Экипаж покинул территорию дворца. За его воротами раскинулась столица северного королевства. Равенна разглядывала город, пока они двигались по главной столичной дороге. Лучи восходящего солнца освещали крыши домов, покрытых плотным слоем снега. Мимо плыли богатые каменные особняки, украшенные лепниной и колоннами; из каждой трубы валил густой дым.

Несмотря на ранний час, город уже пробуждался. Равенна увидела пекаря, раскладывающего на витрине хлеб, булочки и пироги. У входа уже выстроилась очередь из желающих купить свежую выпечку. Живот девушки голодно заурчал, стоило ей уловить лёгкий аромат свежего хлеба. Следом принцесса увидела небольшой рынок. Гул толпы доносился даже через закрытые окна кареты: торговцы зазывали покупателей, хваля свой товар, люди ходили с полными овощей корзинами, а дети в зимних шубках весело бегали вдоль лавок. Наблюдая за ними, Равенна невольно смягчилась. Но мимолётная улыбка быстро сползла с её губ, когда экипаж приблизился к окраинам.

Здесь высились перекошенные деревянные дома с соломенными крышами, готовые в любой момент обрушиться на головы своих обитателей. Женщина, закутанная в нечто, лишь отдалённо напоминающее тулуп и больше похожее на грязные лохмотья, с трудом вращала скрипучий ворот колодца. Её впалые щёки и тёмные мешки под глазами выдавали затяжную болезнь. Неподалёку Равенна заметила детей, кутающихся в тряпьё. Едва на пороге ветхой хаты показалась измученная мать, они бросили лепить снежную бабу и покорно юркнули обратно в землянку. Принцесса смотрела, как люди провожают разъезжающую по улице карету полными злобы взглядами. Что уж говорить о Данрграте, если собственный отец совсем не заботится о своём народе?

Равенна задёрнула шторку. Жадность людей, облечённых властью, не знала границ. «Неужели гордыня настолько застит им глаза?» — промелькнуло в голове девушки. Ей вдруг стало страшно: а что, если однажды она сама станет такой же? Равенна замотала головой, пытаясь отогнать эту мысль.

В животе снова громко заурчало. Девушка опустила взгляд на дорожную сумку. Та явно стояла здесь не просто так. Внутри оказались припасы: яблоки, сыр, хлеб, сушёное мясо и булочки. Равенна достала одну. От густого запаха свежей сдобы у неё потекли слюнки. Она жадно впилась зубами в мякиш, смакуя каждый кусочек, и зажмурилась от наслаждения. Наскоро доев, принцесса вновь приоткрыла плотную ткань на окне.

Город остался позади. Перед девушкой развернулся невероятный пейзаж: бескрайние белоснежные поля. Вдали темнел густой лес, плавно поднимающийся к склонам гор. Над ними тяжёлой массой нависали серые облака, предвещавшие метель. Равенна неотрывно смотрела на дорогу, стараясь запомнить каждую мелочь их затянувшегося путешествия.

Карета резко остановилась. Вместе с Дрейком внутрь проник ледяной воздух. Девушка глубже закуталась в подбитый мехом плащ. Щёки принца покраснели от мороза; он занял место напротив и заглянул в дорожную сумку спутницы.

— Еда пришлась вам не по вкусу? — спросил он, окидывая принцессу взглядом. На секунду ей показалось, что он выглядит напряжённым, хотя его лицо оставалось неподвижным.

— Булочки восхитительны, Ваше Высочество, — ответила она.

Его губы едва заметно дрогнули в улыбке.

— Вам следует лучше питаться. Мне не нужна невеста, которая захворает в дороге, — в голосе принца слышалась откровенная насмешка.

Он стянул кожаные перчатки, бросил их рядом, после чего достал яблоко и с громким хрустом впился в него зубами. Немая пауза повисла в воздухе. Принц медленно жевал фрукт, не сводя с неё глаз. Желая нарушить гнетущую тишину, Равенна спросила:

— Когда мы пересечём границу Севера?

— Если не будет снегопадов, то через четыре дня. — Он сделал ещё один укус. — Не хотите немного прогуляться?

Равенна кивнула. Дрейк вышел первым и подал ей руку, помогая спуститься. Их отряд остановился у подножия леса, где вековые сосны были укрыты плотным слоем снега. У самых стволов Равенна разглядела следы нескольких животных — их почти не было видно из-за начинающего снегопада. Сразу за каретой стояли две закрытые повозки с припасами, далее растянулись отряды солдат. Из обоза вышли её служанки. Увидев мужчин в доспехах, они тут же окружили их, пытаясь привлечь к себе внимание. Равенна закатила глаза от раздражения. «Надо от них как-то избавиться», — подумала принцесса.

Помимо отряда, который столь «щедро» даровал ей отец, Равенна заметила ещё одну группу бойцов. Молодые мужчины в чёрной облегчённой броне двигались чётко и слаженно. Они выглядели куда серьёзнее разленившихся солдат короны.

— Кто эти воины? — спросила принцесса у стоящего рядом Дрейка.

— Мой личный отряд, — ответил принц, надевая перчатки.

Он достал из кармана морковку и подошёл к своей лошади. Вороной жеребец при виде хозяина забил копытом и с радостью принял угощение. Равенна приблизилась и робко коснулась его шеи. Конь посмотрел на неё и фыркнул.

— Хотите прокатиться? — спросил принц.

Девушка продолжала гладить шёлковые пряди гривы.

— Нет. — Она убрала руку и посмотрела на принца. Сегодня он вёл себя иначе: привычная ухмылка уступила место серьёзности. Равенна заметила, что его отряд патрулировал дорогу, пока солдаты Нордхельма громко переговаривались и смеялись. Что-то здесь было не так. За спиной Дрейка показалась знакомая фигура — это был Кристиан.

— Ваше Высочество! Нам пора продолжать путь. — Мужчина перевёл взгляд на принцессу и поклонился.

— Люк! — Рыжеволосый парень тут же подошёл к Дрейку и, взглянув на девушку, тоже поклонился. — Отправляемся.

Принц провёл Равенну обратно к экипажу. Северянка села на прежнее место и укрылась одеялом. Карета мерно покачивалась из стороны в сторону, и девушка сама не заметила, как погрузилась в глубокий сон.

Пронзительный крик заставил её резко распахнуть глаза. Сердце бешено заколотилось в груди, а кровь ударила в виски. Равенна судорожно открыла шторку. За тонким стеклом разворачивалась ужасающая картина: белый снег был густо залит кровью, повсюду лежали растерзанные тела. Она отчётливо видела отсечённые конечности, головы и внутренности павших солдат. Сумерки скрывали нападавших, но принцесса безошибочно узнала чёрную броню людей Дрейка.

Воины бились искусно. Их движения казались плавными и смертоносными — полная противоположность хаотичным ударам противников. В бою они использовали короткие одноручные клинки, в отличие от разбойников, которые тяжело заносили двуручные мечи. Равенна узнала в нападавших стиль северных солдат. Она резко задёрнула шторку, когда один из наёмников увидел принцессу в окне кареты.

По позвоночнику пробежал холодный пот. Мышцы сковало судорогой, тело отказывалось подчиняться инстинкту самосохранения. Совсем рядом раздался последний предсмертный вопль. Крики солдат и звон мечей резко оборвались. Гнетущее молчание повисло в воздухе, и только бешено стучащее сердце Равенны нарушало могильную тишину.

Девушка уловила слабый отблеск факела. Дверь кареты резко открылась. Равенна вжалась в стенку, ожидая увидеть своего палача, но это оказался Дрейк. Его лицо покрывали небольшие ссадины, однако глаза оставались такими же пустыми, как у змеи, выбирающей место для броска. Принцесса тихо выдохнула, хотя животный испуг так и не исчез из её взгляда.

— Что произошло? — голос девушки едва заметно дрогнул. Пытаясь скрыть дрожь в руках, она вцепилась в край плаща.

— Наёмники, — сухо ответил принц, стирая ладонью кровь со своих губ.

Внутри всё сжалось. «Отец решил избавиться? Нет, слишком просто для него. Это Гарт», — мысль ворвалась вихрем в затуманенную голову принцессы. Дрожь в руках сменилась яростью, распускающейся ядовитым цветком, который пускал корни в самое сердце.

Уголок губ принца дёрнулся вверх в хищном, предвкушающем оскале. Она уверенно встала со своего места и вышла из кареты. Вечерний мороз ударил ей в лицо, словно остужая разгорячённый рассудок. Воздух был пропитан кровью так сильно, что Равенна ощущала её металлический вкус на языке. Волна тошноты подступила к горлу. Принцесса сжала руки в кулаки, подавляя рвотные позывы. Она не обращала внимания на принца, который следовал за ней. Ненависть разъедала её изнутри, как кислота. Подойдя к телу наёмника, девушка перехватила факел у одного из своих стражей и осветила труп.

Кожаная броня была залита кровью. В области живота чернел глубокий разрез, из которого торчали петли кишок. Лицо убитого исказила посмертная гримаса, полная боли и ужаса. Равенна рассматривала труп, сдерживая очередные волны подступающей тошноты. Внезапно взгляд принцессы зацепился за тонкий шнурок на шее мертвеца.

— Что это? — раздался за её спиной голос Дрейка. Он приблизился к телу и обнажил кинжал. Принц присел на корточки, аккуратно поддевая остриём верёвку. Из-под одежды показался кулон, напоминающий коготь медведя. — Вы знаете, что это такое? — спросил он, поднимаясь на ноги.

— Я видела такой же у Гарта, — ответила принцесса, не отрывая взора от трупа. — В замке ходили слухи, что этот кулон носят приближённые соратники Гарта.

— Теперь понятно. Мои люди видели двух всадников незадолго до нападения. Это были твои братья. — Дрейк уже собирался уходить, но голос Равенны остановил его.

— Корс не поступил бы так, — холодно произнесла она. Лицо девушки стало гладким, но глаза продолжали гореть яростью в свете факелов. — Это не в его стиле. Он предпочитает травить людей своими речами и редкими ядами. — Равенна сделала паузу. — Это Гарт и Сесилия.

Она повернулась к принцу. Тот встретил её взгляд своим — холодным и пронизывающим. В глубине его зрачков пылали искры разгорающегося пожара, хотя само лицо оставалось спокойным и бесстрастным. Дрейк молча кивнул.

Равенна отошла от покойника. Воины убирали изувеченные останки и трупы, пока остальные разбивали лагерь и складывали очаг для приготовления еды. Вдруг принцесса услышала хруст снега прямо за спиной. Она обернулась и увидела рыжеволосого парня.

— Ваше Высочество, принц приказал охранять вас до приезда в Данрграт. Ваша палатка уже готова. Позвольте, я покажу, где она находится. — Это был Люк. Парень немного склонился, указывая рукой направление. Девушка слегка кивнула.

Солдаты уже заканчивали разбивать лагерь. Равенна и Люк шли мимо палаток; принцесса осматривала местность, чтобы запомнить расположение своего ночлега. В воздухе стоял тяжёлый запах горящей плоти — чуть поодаль бойцы сносили трупы погибших к огромному погребальному костру.

С левой стороны расположился отряд короны. Эти солдаты выглядели куда менее потрёпанными, чем люди принца. Справа находился лагерь Дрейка: его воины, уставшие, но собранные, продолжали перетаскивать убитых и оказывать помощь раненым. «Скорее всего, люди короны знали о нападении, — подметила про себя Равенна, — они выглядят слишком сытыми и чистыми по сравнению с людьми принца». Смотря на холёных солдат своего отца, принцесса подумала: «Это просто так не останется».

Люк остановился у нужной палатки и любезно отодвинул полог, пропуская её внутрь. Одиночный факел мерцал в тесном пространстве. В углу наспех соорудили подобие кровати из подручных материалов: сверху были накиданы шкуры, а у изголовья лежали сложенные одеяла. На небольшом столике темнела карта, рядом высились два стула, на одном из них покоился дорожный рюкзак. «Дрейк будет спать здесь?» — Равенна замотала головой, отгоняя эту мысль подальше.

Она легла на кровать и закрыла глаза. Принцесса долго ворочалась, затем перевернулась на спину, глядя в потолок палатки. Она прислушивалась к каждому шороху за тканевыми стенами своего ночлега, ожидая новой волны налёта. Сон не шёл из-за нарастающей тревоги. Не выдержав, Равенна встала и вышла наружу. На улице похолодало. Снег медленно падал на землю, придавая лесу ещё более мрачный вид. Люк стоял у входа, сложив руки на груди. Услышав шаги, он повернулся.

— Ваше Высочество, вам что-то нужно? — спросил парень и выпрямился. В свете факелов принцесса разглядела россыпь веснушек на его щеках.

— Я хотела бы немного прогуляться.

— Могу проводить вас до костра.

Девушка едва заметно кивнула. Подходя к костру, Равенну вновь замутило: в воздухе густой запах похлёбки смешивался со шлейфом тлеющей плоти от погребальных костров. Вокруг очага сидели двое. Одним из них был Дрейк. Второй — крупный мужчина, который выглядел в разы старше принца, — доедал похлёбку, запивая её чем-то пряным из своего бурдюка. В свете пламени она разглядела шрам, который начинался у самого лба и пересекал глаз. Часть его волос была собрана на затылке, а остальные тёмно-каштановые пряди свободно падали на плечи. Принц сидел к принцессе спиной. В руках он держал меч и усердно натирал клинок хлопковой тряпкой. Увидев девушку, мужчина отставил миску, встал и поклонился. Дрейк оглянулся через плечо.

— Не спится, дорогая Равенна? — спросил он, продолжая натирать оружие.

— С учётом того, что нас чуть не убили, — нет, Ваше Высочество. — Принцесса присела на бревно, не сводя с него взгляда.

Языки пламени отражались на идеально наполированной стали меча с рукоятью из слоновой кости. В свете огня лицо принца выглядело взрослее. Волосы были взъерошены, а вдоль скулы тянулся свежий порез.

Незнакомец подошёл к бурлящему котлу, набрал немного похлёбки в миску и протянул её Равенне. Девушка едва кивнула в знак благодарности. Она с опаской посмотрела на еду — удушливый запах перебивал аппетит, — но всё же заставила себя попробовать содержимое миски. На удивление варево оказалось сытным и довольно неплохим. Покончив с едой, мужчина любезно протянул ей кружку с горячей жидкостью.

— Что это? — Равенна разглядывала ароматную жидкость, в которой плавали тёмные ягоды и незнакомые травы.

— Чай. Он хорошо согревает в такие морозы, — голос незнакомца звучал грубо, но его лицо не вызывало враждебности. — Что-то я совсем позабыл о манерах. Позвольте представиться: меня зовут Торвин, я командир отряда. — Мужчина устало улыбнулся.

— Приятно познакомиться. — Равенна сделала глоток чая. Приятный на вкус напиток согревал желудок.

Оставшийся вечер Торвин рассказывал истории из своих походов. Командир много шутил, и когда он явно перебарщивал с подколками, Равенна ловила недовольный взор принца. Торвин, замечая взгляд своего принца, тут же резко менял тему. Девушка находила это забавным. Для неё такое простое, почти товарищеское отношение было в новинку, поэтому она изредка улыбалась, поддерживая разговор.

Тучи начали сгущаться, окончательно пряча луну. Дрейк резко встал со своего места.

— Пора расходиться. На рассвете выдвигаемся.

Торвин поднялся и коротко кивнул. Равенне хотелось ещё послушать байки командира, но приказной голос принца заставил её тоже подняться и последовать за ним.

Они дошли до палатки, у входа в которую с двух сторон стояли Люк и незнакомый темноволосый мужчина. Войдя внутрь, Дрейк подошёл к стулу, расстёгивая ремни брони.

— Мы будем спать вместе? — Принцесса нахмурила брови, вспоминая вчерашнюю сцену в её покоях.

— Да. А ты чем-то недовольна? — сухо бросил принц, аккуратно вешая нагрудник на спинку стула.

Принцесса не удостоила его ответом. Она молча легла на кровать и укрылась плащом и одеялом.

— Я предпочитаю спать на правой стороне. — Дрейк сложил руки на груди, ожидая, что Равенна займёт левую.

— Думаю, одну ночь вы прекрасно проспите и на левой, — съязвила принцесса, плотнее кутаясь в одеяло.

Дрейк вздохнул. Он выглядел слишком уставшим, чтобы препираться с ней. Конструкция походного ложа натужно скрипнула под его весом.

— Левая сторона, говоришь? — его голос прозвучал прямо над ухом, заставив её вздрогнуть. — А я думал, бастарды и падчерицы привыкают спать там, где прикажут. Или в Данрграте кровати мягче, чем камни в подземельях Нордхельма?

Равенна зажмурилась, вжимаясь в самый край постели. Деревянный настил под ними предательски скрипнул.

— Если ты ждёшь извинений за то, что я дышу тем же воздухом, что и ты, — процедила она, не оборачиваясь, — то не дождёшься.

— Я жду, когда ты уснёшь, — отрезал он. — Когда мы пересечём границу, у тебя будет первый экзамен на роль правительницы. И я не хочу нести тебя на руках, потому что ты свалишься с лошади от усталости.

Повисла тишина. Принц перевернулся на спину, отчего кровать опять скрипнула. Равенна вслушивалась в тишину и спокойное дыхание Дрейка. Что ещё за экзамен? Мысли хаотично крутились в голове, а страх и напряжение не давали сомкнуть глаз. Ей удалось уснуть лишь под утро, да и то ненадолго.

Равенна медленно разомкнула веки, обнаружив подле себя служанок. Голова гудела от недосыпа. Стоило скинуть тёплое одеяло, как холод мгновенно пробрал до костей. Девицы принесли немного горячей воды для умывания, но принцесса прогнала их, лишь бы не видеть эти фальшивые улыбки. Она ополоснула лицо и привела в порядок волосы. Вскоре слуги принесли завтрак. На столе появилась миска с кашей и кружка, над которой клубился пар. Принцесса быстро поела и вышла из палатки.

Рассветное солнце медленно поднималось над горизонтом, освещая макушки заснеженных деревьев. Ночной снегопад накрыл палатки толстым белым слоем. Лагерь уже вовсю бодрствовал и в быстром темпе сворачивал стоянку. Как только со сборами было покончено, их отряд тронулся в путь.

***

Через три дня они приблизились к границе, за которой начинались земли Данрграта. По пути отряд останавливался в небольших деревнях, чтобы накормить лошадей. Равенна выходила на каждой стоянке, осматривая таверны и людей. Дорога изнурила её, но трепет в сердце затмевал усталость. Она чувствовала: дом уже близко.

После очередной остановки, когда граница уже ощущалась в потеплевшем воздухе, Равенна решительно постучала по стенке кареты. Экипаж тут же замер. Дрейк спешился и открыл дверцу.

— Почему остановили? — Принц выглядел уставшим, но его лицо оставалось таким же непроницаемым, как и в начале пути.

— Приготовьте мне лошадь. Оставшийся путь я хочу проехать верхом, — твёрдо ответила Равенна. Бровь принца изогнулась домиком.

Лицо Равенны выражало абсолютную непреклонность — девушка чётко для себя решила, что больше не собирается оставаться в тени. Она хотела воочию увидеть свой народ. Пусть люди знают, что их истинная королева вернулась на родину.

— Вы хоть умеете держаться в седле? — он окинул её дорожное платье скептическим взглядом. — Приведите лошадь принцессы, — приказал он, не дожидаясь ответа, и добавил: — И служанок. С шатром.