Миссия самозванки 2: продержаться учебный год
– Извините, дверь была открыта, – осторожно ответила я. – Я надеялась застать здесь куратора.
– Сегодня выходной, – напомнила она и прошла к своему столу. – Если Прайнер не на службе, значит, в комнате в общежитии. У вас что-то срочное?
– Это личное, – выдохнула я.
Миссис Эктаун пытливо прищурилась. Ей мои слова явно не понравились.
– Софи, вы разве не знаете, что в академии не приветствуются отношения между преподавателями и студентами? У лорда Карилла могут быть проблемы.
Осознав услышанное, я ощутила, как загорелись щеки. Улыбка вышла несколько нервной. Мозг работал с небывалой скоростью, но я нашла за что зацепиться.
– Прошу меня простить, я неверно выразилась, – мягко исправилась я. – Я пришла по семейному делу. Лорд Карилл был другом моего покойного отца. Я не смогла снять защиту в папином кабинете, но есть вероятность, что ее устанавливал именно лорд Карилл.
– Вот как, – миссис Эктаун заметно удивилась.
– Если вы мне подскажете, где находится общежитие преподавателей, я буду вам очень признательна, – продолжила я без паузы.
Однако так просто преподавательница сдаваться не собиралась. Мне предложили поговорить об этом с куратором при следующей встрече.
– Но это очень важно, – настаивала я. – Я бы хотела решить этот вопрос на выходных. Содержимое отцовского кабинета – то единственное, что осталось мне от родителей. Все остальное было безвозвратно утрачено.
Заметив слезы, скользнувшие по моим щекам, преподавательница тяжко вздохнула. Номер комнаты я получила, но, обманывая ее, испытывала стыд. Наверное, потому, что она слишком хорошо ко мне относилась. Лучше, чем я заслуживала.
Общежитие преподавателей располагалось в самой дальней части академии. Чтобы добраться до него, следовало пройти мимо целительского корпуса и свернуть направо. Узкая тропинка, окаймленная серыми камнями, уводила на возвышенность. Здание пряталось среди раскидистых деревьев.
Оказавшись в тени зеленых крон, я убедилась, что рядом никого нет, и лишь затем накинула плащ. Прекрасно помнила о способностях Прайнера. Заходить внутрь общежития в непроверенном артефакте было опасно, но иного варианта не имелось. Я могла попасть в его комнату, лишь пока он был в городе.
«Зачем монахини обучали замужних дам использовать оружие и изготавливать яды?»– этот вопрос был написан на другой стороне подобранного мной листа.
Я бы тоже хотела получить ответ на него, но пока могла только предполагать. Во-первых, они забирали новорожденных у матерей. Забирали ли только одного из каждой пары близнецов? У меня не имелось доказательств этого – пока я могла утверждать так только о себе и Софи. Нас точно постигла эта ужасная несправедливость, но...
То, что видела Софи, а затем и я ее глазами... Леди Анабель Дейкер была подменена ее точной копией. Девушки выглядели как отражение друг друга: те же рыжие волосы, те же черты лица. Монашки подменили леди своей воспитанницей, чтобы затем копия вернулась к мужу Анабель – герцогу, а значит...
Значит, им зачем-то это потребовалось. Но если второго ребенка похитили у матери сразу после родов, то выходило, будто они готовили эту подмену много лет. И снова тот же вопрос: зачем?
Я не имела на него ответа. Как говорил Прайнер: для меня это было слишком. Я пыталась понять, но не понимала.
Убрав заметку в карман, я поднялась на крыльцо. В холле общежития для преподавателей дежурного не было. Оно и понятно, забраться к ним в комнаты решил бы только безумец.
На лестнице я едва не столкнулась с лордом Шекеллом. Златовласый преподаватель стихии воды поднимался с огромным букетом цветов. Я бесшумно двигалась за ним на пролет ниже, а едва он скрылся в коридоре второго этажа, стрелой юркнула наверх.
Комната куратора располагалась этажом выше.
Прижавшись к стене, я осторожно выглянула в коридор. В самом конце у окна стояла преподавательница по медитации. Словно вспомнив о чем-то, она вернулась к себе.
Едва дверь за ней закрылась, я бесшумно прошла в противоположную сторону коридора. Куратор жил в угловой комнате. На двери висело не самое надежное защитное плетение.
Впрочем, почему он выбрал именно его, я поняла уже через мгновение. Защита на двери служила декорацией. По полу от косяка до косяка тянулась едва заметная магическая нить. Чтобы расплести защиту, мне следовало подойти вплотную, а значит, наступить прямо на нее. Распутывание занимало какое-то время, и этого времени наверняка хватало на то, чтобы лорд Карилл добрался до места и поймал взломщика.
Мне импонировала его хитрость.
Опустившись на корточки, я так и замерла с раскрытой ладонью. Дверь в конце коридора снова открылась. На этот раз мисс Дебика Хвекстер не стала подходить к окну. Переодевшись в бежевое платье с мелкими розовыми цветами, она торопилась покинуть коридор.
Мне несказанно повезло. Плащ для отвода глаз не делал мага невидимым. Он лишь заставлял взгляды скользить мимо, но, если бы преподавательница посмотрела прямо на меня, она бы заметила замершую фигуру в плаще.
Беззвучно выдохнув, я не стала расплетать или уничтожать нить. Создать такое же плетение я не смогла бы, да и это не имело смысла. На нем остался бы отпечаток моей магии, что упростило бы Прайнеру поиск преступника.
Осторожно подцепив линию, я медленно отодвинула ее в сторону и поднялась. Пришлось покопаться, чтобы выбрать из связки отмычку нужной толщины. Вставив ее, я просунула крючок и подцепила им ребра замка.
Характерный щелчок стал моей маленькой победой. Повернув ручку, я надавила на дверь совсем слегка.
Очередная пульсирующая линия обнаружилась наверху. Она тянулась от косяка до дверного полотна и становилась заметно ярче, едва я увеличивала зазор. Пришлось откреплять и ее.
Легко толкнув створку, я вошла в комнату лорда Карилла. Старалась действовать быстро. Закрыв глаза, отыскала источники чужой огненной магии. Защищенный сейф обнаружился в одном из ящиков рабочего стола, кое-что попроще – в узкой щели между стеной и шкафом.
Эти два места я проверила в первую очередь. Пользовалась как отмычками, так и привычным приемом – отодвигание магической защиты в сторону без нарушения ее целостности, – но тайники оказались бесполезными для моих целей.
Прайнер хранил в них деньги, ценные бумаги, документы. В сейфе я нашла его портрет с элегантной, но немолодой женщиной, чьи волосы давно тронула седина. Ее черты угадывались в нем. Вероятно, это была его мать.
Рядом с ней он улыбался. И как же чертовски шла ему эта улыбка. За все время, сколько мы были знакомы, я ни разу не видела, чтобы он так улыбался. Я...
Поймав себя на бессмысленном разглядывании портрета, я раздраженно вернула все на место и мысленно обругала себя. Мне следовало думать о деле.
Поднявшись, я осмотрелась и пришла к неутешительному выводу. Сколько еще времени займет обыск? Узкая кровать, комод, напольное зеркало, шкаф и полки с книгами. Светлая комната выглядела аскетичной: ничего лишнего, лишь самое необходимое, но раньше обыскивать помещения мне не приходилось. Я всегда заранее знала, где лежит то, что необходимо украсть. Это занимало минуты. Я не оставляла следов.
Но выбора не было. Нужно было точно узнать, что «Книги должников» здесь нет.
Первым делом я проверила кровать. Открытые полки заняли больше времени: перетряхивала книгу за книгой и возвращала их точно на место. В одном из увесистых томов лежали экелы, в другом – записка с адресом. Шкаф с вещами, комод с бельем. Старалась не рассматривать предметы гардероба, не желая узнать нечто странное, после чего не смогла бы смотреть лорду в глаза, но вышло, что вышло.
В верхнем ящике комода под запасом платков лежал револьвер. Находка удивила, но не напугала. Я себя не обманывала. Знала, что Прайнер опасен.
Задвинув ящик, тяжко вздохнула. Кажется, моим надеждам найти здесь «Книгу должников» не суждено было сбыться.
Зачистив все оставленные отпечатки и следы заклинанием «Лиа-фару», комнату детектива-инспектора я покидала разочарованной. Оставалось последнее место, где лорд Карилл мог хранить найденные на месте пожара улики. Впрочем, оно же было первым, где действительно стоило искать, но я надеялась на более легкий исход. Незамеченной попасть в Департамент уголовных расследований было тем еще делом.
Вернув защитные плетения на свои места, я на мгновение бросила взгляд в окно. Прямо под окнами в компании лорда Шекелла стояла мисс Хвекстер. Девушка держала тяжелый букет и выглядела довольной.
Кажется, в академии намечался любовный треугольник.
Когда я спустилась, преподаватели, как назло, стояли на крыльце и никуда уходить не собирались. Прождав без малого четверть часа, я вынужденно покинула корпус через окно в общей душевой на первом этаже. Благо в этот час никто не сновал по коридорам. Пришлось сделать внушительный крюк.
Стянув плащ в ближайших кустах, я торопливо обошла целительский корпус. Обеденное время уже подходило к концу, так что в столовой за столом своей группы я трапезничала в одиночестве.
Вкуса еды почти не чувствовала. Мне нужна была «Книга должников». Учитывая, что все атрибуты констебля оставались при мне, я могла бы попробовать попасть в департамент, скажем, для срочного разговора с детективом-инспектором.
Но студентку могли и не пустить. Достав из внутреннего кармана листок с вопросом, я нервно смяла его. Заметка никак не давала покоя, но...
В этом что-то было. Я могла бы попасть в департамент как свидетель по делу о сгоревшем монастыре, а там...
Выставить лорда Карилла из его кабинета? Не имело смысла. Он сам сказал, что одно из трех уникальных заклинаний в департаменте использовали ежедневно. Но у меня все еще был плащ. Его заряда должно было хватить на еще одну крупную вылазку.
– Столовая закрывается, – произнесла кухарка, останавливаясь рядом с моим столом.
Погрузившись в собственные думы, я не заметила, как столовая окончательно опустела. Жаркое так и осталось нетронутым, но аппетита все равно не было. Кажется, у меня созрел план, однако для его реализации я должна была точно знать, что лорда нет в департаменте.
Забрав с тарелки ломоть хлеба, я отнесла поднос и вышла из столовой. Следить за Прайнером не собиралась: на это требовалось слишком много времени и сил. Нет, план был в другом. Даже не догадываясь об этом, миссис Эктаун подала мне прекрасную идею.
Заняв место на ближайшей скамейке, я достала блокнот констебля и оторвала пустой бланк. Текст никак не придумывался. Прежде чем получилось нечто подходящее, я испортила три листа.
«Мне бы хотелось встретиться с вами завтра в чайной «Роза ветров» около восьми утра. Вы мне небезразличны, куратор Карилл»– старательно вывела я.
Старательно выводила каждую букву, чтобы почерк заметно отличался от моего. В том, что эту записку написала я, я не собиралась признаваться даже под пытками, но при этом надеялась, что детектив-инспектор подумает на меня. Подумает и точно придет, чтобы объяснить мне, как это плохо – влюбляться в собственного куратора.
Сбегав в главный корпус, я убедилась, что дверь преподавательской заперта. За столом в холле сидел дежурный сторож. Он настороженно поглядывал на меня. Самостоятельно открыть дверь при свидетеле я не могла.
– Миссис Паль, миссис Паль, – негромко позвала я.
Заведующая хозяйством в форменном сером платье материализовалась в шаге от меня. Дважды сложив листок, я напустила в голос отчаяния и попросила:
– Вы не могли бы перенести эту записку на рабочий стол лорда Карилла? Мне очень-очень нужно, чтобы он прочел ее, но я не знаю, когда он вернется. Я бы хотела выяснить, будет ли у меня завтра дежурство.
Дух-хранитель академии демонстративно начал исчезать.
– Пожалуйста, – умоляя, я подалась вперед.
Миссис Паль замерцала сильнее, словно моя просьба была возмутительной. Именно таковой она и являлась, но был ли у меня иной выбор?
– Пожалуйста, – повторила я и протянула раскрытую ладонь.
В этот момент мое напускное отчаяние стало настоящим.
Записка исчезла в тот же миг, как, впрочем, и сама миссис Паль. С облегчением выдохнув, я произнесла в потолок «Спасибо» и спешно покинула учебный корпус.
Уверенности в том, что Прайнер зайдет в кабинет, у меня не было, но снова проникать в его комнату в общежитии я бы не решилась, как, впрочем, и оставлять там записку. Это было бы чистым самоубийством.
Оставалось лишь надеяться, что все получится. Чайная «Роза ветров» располагалась в квартале артефакторов, так что я могла бы выиграть немногим больше часа.
Он клюнет на это признание. Так я думала, пока переписывала из тетрадей Лексии пропущенные темы. Так я думала, пока укладывалась спать. Так я думала до тех пор, пока утром в дверь нашей комнаты не постучали.
– Кто? – спросила Жардина, замирая у порога.
– Куратор Карилл, – зло ответили с той стороны.
С постели я слетела в единый миг.
Глава 3
Пока Лексия в ужасе пряталась за одеялом, я жестами показывала Жардине, чтобы она сказала, что меня нет. Первыми в распахнутое окно полетели ботинки. Следом отправились форма и сверток с плащом. Сбегать из спальни пришлось в одной сорочке и босиком, но оно того стоило.
Замерев на широком декоративном карнизе, я прижалась к стене всем телом. Слышала, как Жар открывала дверь и как детектив-инспектор спрашивал обо мне. Мои соседки сказали, что я уже ушла, и на этом беседа завершилась.
Мы оба знали, что в нашу комнату ему не войти. Впрочем, я не зря боялась Прайнера. Услышав громкий стук, я не решилась посмотреть, что там. Лишь догадывалась по вскрику Лексии, что куратор магией распахнул шкафы, а может, даже отодвинул кровати.
– Прошу простить меня за беспокойство, – произнес он глухо, и стук повторился.
Следом за ним закрылась дверь.
Я знала, что впереди меня ждали вопросы от соседок. Знала, что на этот раз отвертеться не получится, потому и не вернулась в комнату. Спустившись по водосточной трубе, собрала свои вещи и застыла в кустах. Трава была влажной от росы, и ступни мгновенно озябли.
Я замерла, прислушиваясь к звукам. Сверху из окна выглядывали соседки, впереди – только кусты и деревья да высокий забор, а слева по аллее широкими шагами шел детектив-инспектор.
Дождавшись, пока он выйдет за ворота, я проворно оделась и обулась.
– Вечером расскажу! – приглушенно пообещала соседкам и ринулась к воротам.
Когда я прошла через пост привратника, кареты детектива-инспектора уже не было. Свободный экипаж удалось поймать не с первой попытки.
Я нервничала всю дорогу до департамента. Кусая собственные губы, сжимала и разжимала кулаки. Волновалась не только из-за нарушения запрета покидать академию. Шансов на то, что все пройдет как задумано, было слишком мало, но я дала себе обещание. Если не получится – я не стану больше пытаться. До тех пор, пока не появится Ястреб.
Если появится. Мне самой эта книга была ни к чему.
Экипаж остановился у департамента через четверть часа. Я сидела в карете еще несколько минут, глядя на то, как констебли заходят и выходят. Кто-то вел арестованных, другие, закончив смену, шли домой уже в гражданской одежде. В подвалах департамента находилась тюрьма, а потому у крыльца длинной черной цепью тянулись тюремные кареты.
– Офицер, здесь нельзя долго стоять, – напомнил кучер.
Ничего не сказав, я протянула ему деньги через переднее окошко. Карету покидала не торопясь, осторожно придерживая под мундиром второй плащ, но к департаменту шла уверенно. Важную роль в любом обмане играл внешний вид, а мой сейчас открывал если не любые двери, то многие. По ступенькам я поднялась быстро и четко.
– Доброго дня, офицеры, – поздоровалась я, не останавливаясь ни на миг.
Двери для меня были распахнуты без лишних вопросов. Шаг, шаг, еще один. На меня смотрели, меня заметили, но никто не посмел остановить. Поздоровавшись с дежурным, я сообщила, что иду к детективу Кариллу и свернула в коридор, где находился его кабинет. Ему предшествовала секретарская.
Постучав, я натянула на губы вежливую улыбку и, не дожидаясь ответа, вошла.
– Здравствуйте, я леди Софи Роерти. Вы, должно быть, не помните меня.
При моем появлении секретарь тотчас поднялась. Присматриваясь ко мне, седовласая женщина улыбнулась, явно узнав меня.
– Ну отчего же, на память не жалуюсь, – ответила она и оправила строгое платье. – Рада видеть вас в добром здравии. Кажется, раньше у вас был иной оттенок волос. Вы по делу?
– К лорду Кариллу. – Я кивнула и приблизилась еще на шаг к ее столу. – Он назначил мне встречу на девять, но я пришла немного раньше. Если вы мне позволите, я бы подождала его здесь.
– Странно, детектив-инспектор не предупреждал меня о вашем визите.
Я неловко пожала плечами и покосилась на стулья.
– Можно?
– Присаживайтесь. Может быть, хотите чаю? – вежливо осведомилась секретарь.
– Это очень любезно с вашей стороны, – согласилась я. – Но, быть может, мы могли бы выпить чаю вместе? Лорд Карилл рассказывал, что здесь есть столовая.
Я премило улыбнулась. Об этом Прайнер рассказывал на лекции не только мне. Речь шла об отличиях между департаментами. В Департаменте общественных расследований сотрудники обедали где придется.
Женщина заметно растерялась под моим взглядом. Она явно собиралась отказаться, но я торопливо добавила:
– О, не переживайте, мы ненадолго. Раз детектив-инспектор явится к девяти, он даже не узнает, что мы уходили. Вы могли бы рассказать мне о нем чуть больше.
– Я?
Женщина окончательно укрепилась в намерении отказать. Об этом говорило выражение лица секретаря. Она была поражена моей наглостью.
– Понимаете, – прошептала я доверительно. – То, что произошло со мной... Я очень благодарна лорду Кариллу. Именно благодаря его совету я поступила в Королевскую Военно-Магическую Академию, но... Я бы хотела отблагодарить его, но не могу определиться, что ему подарить. В академии о нем почти никто ничего не знает.
И я с надеждой посмотрела на секретаря детектива-инспектора.
Не ожидая от меня подобного, она медленно села на стул.
– Да, лорд Карилл у нас замечательный, – отозвалась она и взглянула на настенные часы.
Они показывали без четверти восемь. Прайнер как раз должен был подъезжать к чайной.
– Хорошо, но только ненадолго, – согласилась женщина и снова поднялась. – Правда, я не знаю, чем могу помочь вам.
– О, поверьте, – я улыбнулась и поднялась следом, чтобы выйти за ней в коридор, – вы мне уже помогаете.
В общую столовую можно было попасть только из холла департамента. Делать вид, будто я должна здесь находиться, в компании миссис Орлис было чуть легче. Офицеры не обращали на нас особого внимания.
Разжившись чаем и булочками, за которые заплатила я, мы заняли один из столиков у окна.
– Я знаю Прайнера еще с тех пор, как он занял должность главного констебля. Амбициозный мальчик – этого не отнять, – с мягкой улыбкой поделилась женщина.
– А вы тогда работали у другого детектива-инспектора? – полюбопытствовала я, чтобы поддержать разговор.
– О да, моим начальником был ваш отец.
Услышав это, я пораженно замерла. Да что там замерла – потеряла дар речи, никак не ожидая, что меня узнают как дочь лорда Роерти.
– Я вас удивила? – Миссис Орлис тепло улыбнулась. – Я знала о том, кто вы, еще в тот момент, когда вы впервые появились в моей секретарской. Карточки с вашими портретами стояли на рабочем столе вашего отца. С тех пор вы не сильно изменились.
– Благо-дарю, – произнесла я с заминкой.
– Мне так жаль, что вас настигла столь печальная судьба, – призналась женщина участливо. – Будь ваш отец жив, он бы никогда не допустил этого брака.
Я растерялась окончательно.
– Вы и об этом знаете?
– А как же не знать? Лорд Карилл всегда отправляет в архив меня, поэтому я осведомлена о том, над чем он работает. То, что с вами сделали, – это поистине ужасно, но моя жалость вряд ли вас утешит. Я помню тот день, когда мистер Герт пришел к вашему отцу с предложением о заключении брака. Тем утром лорд Роерти рвал и метал.
– Он приходил сюда? В департамент? – Я подалась вперед, жадно ожидая ответа.
– О нет, что вы. Он явился в особняк ваших родителей, – поведала женщина. – Ваш отец, конечно, отказал ему, но еще полдня не мог успокоиться. Мне даже пришлось отпаивать его отваром.
– Но почему он так остро воспринял этот визит? – не поняла я.
– Почему? А впрочем, да, откуда вам знать. Дело в том, что лорд Роерти работал над делом о похищении детей. Среди них были артефакторы с разным уровнем дара. Он точно знал, что мистер Герт был как-то замешан в этом деле, но не имел ни свидетелей, ни доказательств. Когда мистер Герт явился к нему сам, да еще и со столь оскорбительным предложением, лорд Роерти посчитал этот визит насмешкой, издевательством.
Сложив руки на груди, я медленно отодвинулась от стола. Сейчас мне как никогда требовалась опора, и спинка стула подходила для этого лучше всего.
– Вы рассказали лорду Кариллу об этом визите? – тихо спросила я.
Голос отчего-то не слушался. Даже не верилось, что у нас был свидетель. Реальный живой свидетель, на чьи поиски не нужно было тратить время и силы.
– Моя дорогая, я личный секретарь, а не сплетница, – мягко пожурила меня миссис Орлис. – Все, что я слышу в своем кабинете, остается лишь в моей памяти. Да и разве в этом есть надобность? Мне казалось, он знал об этом визите.
– Вы даже не представляете, насколько неверно ваше суждение. Детектив не знал, – отозвалась я, но, осознав, что невольно нагрубила, постаралась исправиться: – Прошу простить мою дерзость. Сейчас вы поймете, о чем я.
Мой рассказ не занял много времени. Я лишь излагала сухие факты о своем замужестве. Секретарь подтвердила, что вчера лорд Карилл запрашивал из архива записи двухлетней давности, а также посещал контору найма, куда обычно обращались служанки, чтобы подыскать себе новое место.
– Вы готовы выступить в суде? – спросила я прямо.
– Конечно, как только потребуется, – с готовностью согласилась миссис Орлис. – С вашего разрешения я расскажу детективу-инспектору о нашей беседе, когда он придет.
– Обязательно, – подтвердила я, чувствуя странное воодушевление.
Теперь у нас был важный свидетель по этому делу.
– Знаете, хоть внешностью вы и пошли в вашу красавицу-мать, гибкий ум и прозорливость вам достались от отца. Лорду Роерти всегда непросто приходилось на службе из-за магического истощения. В магии он уступал иным детективам-инспекторам, но его несгибаемость, напористость, желание идти до конца... Ему не требовалась магия, чтобы быть лучшим в своем деле.
Слушая, я старалась удержать вежливую улыбку. Было трудно, потому что глаза внезапно увлажнились. Я боялась и одновременно хотела, чтобы ко мне явилось очередное видение. Я желала еще хоть раз посмотреть на отца.
Но видения перестали меня посещать. Последствия произнесенного заклинания больше не сводили с ума, и это как настораживало, так и давало надежду на лучший исход.
Мне не хотелось в ближайшем будущем утратить разум.
– Полагаю, мой вопрос покажется вам странным, – осторожно начала я. – Но не могли бы вы рассказать мне, при каких обстоятельствах мой отец утратил свой дар. Мы никогда не говорили об этом дома, а мне хотелось бы знать.
– Думаю, большого секрета в этом не было. – Миссис Орлис мягко подалась вперед и прошептала: – Надеюсь, вы не осудите меня за вольный пересказ. Лично мне лорд Роерти эту историю никогда не рассказывал. Но он поведал ее лорду Кариллу, а я стала невольным свидетелем их разговора.
– Я последняя, кто станет осуждать вас, – заверила горячо.
Кивнув, секретарь Прайнера пересела чуть ближе.
Оказалось, что уровень магии у отца на момент его перевода в столичный департамент был меньше единицы. Практически выгорев, он едва выжил и не иначе как чудом сохранил крупицы дара. Трагедия произошла во время очередной облавы.
– Я знала, что основные магические каналы у вашего отца разорвались. Резерв почти не пополнялся, поэтому ему были доступны лишь простейшие заклинания. Но он приспособился. Пользовался артефактами там, где это было возможно.
Проанализировав услышанное, я грустно улыбнулась. Со дня смерти Софи я невольно возвращалась мыслями к одному и тому же вопросу: почему леди Роерти не попросила супруга отыскать меня? Он мог хотя бы попытаться. Ведь она была уверена в том, что нас с Софи родилось двое.
Сама леди сделать этого не могла: она не обладала магическим даром. Кто-то иной – тоже. Для кровного зова требовалась близкая кровная связь. Теперь же я могла предположить, что лорду Роерти такое заклинание было попросту не по силам. Понимание этого немного притушило обиду.
– Он не рассказывал, что это была за облава? – полюбопытствовала я.
– О, то дело прогремело на весь Ристинг. Именно после него вашего отца перевели в столицу, в Департамент уголовных расследований. Ваша матушка на тот момент находилась в положении, и лорд Роерти особенно остро воспринимал дела, связанные с детьми.