Хроники земляной дрожи: цепи кузнеца
Она была прекрасна, этого не отнять. Целое мгновение Фавт просто смотрел на девушку, не зная, стоит ли говорить либо просто молчать. Хотя вежливость требовала действий.
– Это важное занятие! – он покивал головой, стараясь выглядеть максимально заинтересованным. – Обыкновенных девушек не отправляют в группу вязальниц! Это означает, что ты достигла нужного уровня просветления!
Рот Джули изогнулся в самой замечательной улыбке, какую Фавт мог себе представить. Её голубые глаза запестрели от счастья. Джули всегда требовалась похвала, так что Фавт мог её дарить.
– Спасибо! Я так ждала этого мгновения! Меня избрали в вязальницы на два года раньше, чем Тайли. Я достигла просветления гораздо раньше её. Я считаю, что это очень значимо. Что ж, наверное, ты торопишься. Хорошего тебе дня, Фавт. Всё получится, ведь милые боги следят за нами.
Фавт улыбнулся ей в ответ и прошагал мимо. Сейчас ему требовалось выполнить задание, столь необходимое для общего дела. Каждая минута могла быть на счету – строго вперёд. Что было – не важно.
Ему предстояло встретиться в назначенном месте с тремя парнями – Сьюитом, Лалью и Мавтом. Вся троица была его друзьями детства. С ними как раз он и спускался вниз, к тем корням. Да, был ещё один – четвёртый друг… Его имя нельзя было произносить по той причине, что он не смог устоять перед своими желаниями, взял в руки оружие и отправился совершать убийство. Не проходило и дня, чтобы Фавт не вспоминал о нём. Они были друзьями детства, и, раз на то пошло, четвёртый друг был к нему куда ближе, чем остальным – он был его братом.
Фавт очень часто ловил себя на мысли, что боится за него. Правда, с этими мыслями он не имел возможности поделиться с кем-либо другим – сожалеть и бояться за того, кто предпочёл миру войну, было запрещено. Так повелели милые боги, и не смертным менять правила.
Он шёл по покачивающимся лестницам. Конструкция была шаткой, но так было лишь на первый взгляд. На самом деле ни разу за всю историю ни один путь не обвалился, доски не лопнули, и, собственно, даже земляная дрожь не могла поколебать стволы зор-древ, удерживающих мосты на весу. То выше, то по прямой, Фавт двигался всё дальше, встречая на своём пути всё новых людей. Вон у дальнего зор-древа несколько старых женщин пряли ткань. Одежда с большим трудом доставалась жителям Ошара, и лишь самые мастеровитые имели должный уровень просветления, чтобы заниматься такой работой. Женщины имели длинные косы серого цвета. В их мире, чем ты старше, тем длиннее твои волосы. Собственно, у мужчин было точно так же. Волосы самого Фавта были заплетены в крохотную косу – признак того, что он совсем недавно разменял совершеннолетие.
Женщины едва ли удостоили его взглядом. Они были очень сильно заняты кропотливой работой – пот на лбах показывал, насколько это было сложно. Что ж, Фавт не станет им мешать, у него была своя задача, которую он обязан был выполнить на благо родины.
Он ускорил шаг и едва ли не натолкнулся на вереницу детей. Сорванцы ещё не были привлечены к общей работе, так что прожигали отведённое им беззаботное время на шалости. Фавт с улыбкой смотрел на то, как двое ребятишек украли ведро с водой и намеревались облить какого-то мужчину. Когда-то Фавт и сам был таким. Собственно, вместе с братом они проделывали примерно то же самое. То время, когда брат ещё был рядом и имел право носить имя. От воспоминаний Фавт тут же погрустнел и отвернулся от детей.
Он шёл всё дальше, пока не налетел на высокую женщину средних лет. Даже странно, насколько она была высокой – обычно представители Заратана были среднего роста. Эта женщина имела выразительный взгляд, суровые черты лица и, самое главное, она держалась так, словно была не из этих мест. Да, она была одета в точно такую же белую тунику, которая обтягивала слишком рельефное для женщины тело, а также в пышные штаны. Ноги босые, разумеется, – по лестницам и мостам нельзя было ходить никак иначе, кроме как босыми ногами.
Женщина оглядела Фавта таким взглядом, словно бы узнала его. Всего на миг в её глубоких карих глазах промелькнуло узнавание, после чего она улыбнулась и покачала головой.
– Нет, очень похож, – услышал Фавт её слова. – Бывает и такое.
– Простите, моя госпожа, мы знакомы? – Фавт постарался изобразить поклон, но тело дрогнуло. Не каждый раз он видел столь милое создание. Так! Он ведь не должен думать об этой незнакомке в таком ключе, верно? Ведь Джули должна была стать его женой. Именно так должны были распорядиться милые боги!
Женщина покачала головой, продолжая улыбаться. Длинные волосы её развевались на ветру, что очень странно. Волосы – такое было чувство – жили своей жизнью. Во всяком случае, такого ветра, чтобы так вздымать её локоны, не было.
– Нет, извини, – сказала женщина. – Просто ты слишком похож на моего знакомого. На мгновение я потерялась во времени.
С этими словами она развернулась и зашагала прочь. Фавт едва ли не сорвался с места ей вдогонку. Что это за богиня? Откуда она взялась!? Она же… Кто-то коснулся его плеча, заставив парня вздрогнуть.
Он обернулся и встретился взглядом со своими друзьями. Они казались какими-то странными, словно… нет, наверное, он себе это придумал. Когда Фавт снова бросил взгляд в сторону женщины, её уже и не было. Что ж, их город был не таким большим, значит, он её ещё увидит. Ну а сейчас требовалось поработать на благо родины.
– Ну-с? – Вместо приветствия была едва заметная улыбка. – С чего начнём? – Фавт смотрел на то, как его друзья переминаются с ноги на ногу. Вся троица выглядела не совсем опрятно в своих мятых туниках. Пот успел каплями выступить на одежде – видимо, они уже давно проснулись и успели потрудиться на благо родины. Улыбки продолжали играть на их лицах, однако взгляды метались в разные стороны. Что-то происходило, но что именно, Фавт пока что не понимал. Что ж, он должен сам взять дело в свои руки.
– Сегодня, мои друзья, – он хлопнул по плечу Сьюита, а затем коснулся и Лалью с Мавтом, – у нас много дел! Старейшины дали нам просветление в сторону сбора фруктов. Яблоки зор-древ, те, что произрастают на самых верхних ярусах, предназначены нам. Думаю, если мы выдвинемся прямо сейчас, то к вечеру сможем собрать порядка…
– Фавт, – Сьюит коснулся его руки, призывая замолчать. – Кое-что произошло. Этой ночью в Ошар пришёл странник. Лалья подслушал его разговор со старейшинами.
Подслушал!? Фавт едва не задохнулся от негодования. Нельзя было подслушивать! Любопытство – обратная сторона коварства. Коварство – верный путь в темноту. Так боги повелели, и не смертным…
– Фавт, – подал голос Мавт, – речь шла о битвах у Кэринского перевала.
Фавта словно ледяным ветром обдало. Он ощутил, как тело покрывает испарина. Они говорили про убийц! Про тех, кто бросился воевать с соседями вместо того, чтобы продолжить трудиться на благо родины! Все те люди, чьи имена теперь было запрещено произносить, спустились вниз и отправились на поиски славы. Ну а что, кроме как запрещённая слава, могла двигать их вперёд? Да и сам Фавт знал, что происходит с головой, когда ты окажешься там, внизу. Слухи доходили разные – со всех городов люди спускались вниз и больше не возвращались. Их двигала злоба и алчность. В Ошаре так же были те, кто отправился туда…
– Я не понимаю, – Фавт прошагал мимо друзей, вздёрнув нос вверх. – Нас не должно волновать то, что происходит на границе. Все те, кто бросил наше дело, являются проклятыми. И вы, мои друзья, так же не должны даже думать в эту сторону. Это запрещено законом.
– Фавт, – окликнул его Лалья. – Путник рассказал о человеке, который убил королевского наследника. Того, кто должен был занять место короля… Путник рассказал об этом человеке. Человеке, который слышит голос в своей голове.
Нога Фавта дрогнула, он запнулся. Сердце сдавил ком, который жгучей болью полоснул по душе. Человек, что слышал голос в голове… Он вспомнил. Фавт развернулся и встретился взглядом с друзьями. Те медленно кивнули. Без сомнения, вся троица думала то же самое, что и он. Но что, если это ошибка?
Ветер стал шевелить листву на зор-древах и разбрасывать блики чуть ярче. Странно, но в это мгновение светило не дарило теплоту и ласку. Что-то изменилось.
Троица покачивалась на волнах движения пути. Лица мрачные, совсем не схожие с теми, что Фавт привык видеть. Его друзья были полны переживаниями, как и он сам.
– Путник сказал, – услышал Фавт слова Лальи, – что этот человек родом с наших краёв. Он ушёл из Ошара два года назад и присоединился к битве. Он тот, чьё имя запрещено произносить, и тот, кто слышал голоса.
За два года лишь один человек слышал голос в голове. Слышал шёпот, о котором долгое время опасался рассказывать друзьям. Правда, вскоре он раскрыл тайну, но друзья не поверили ему, посчитали глупцом. Ну а что они могли тогда сказать? Что могли сказать люди, которые знали, что милые боги на их стороне? Как могло быть иначе?
– Я… – Фавта продолжало трясти, пусть, вроде как, ветер отступил. – Этого просто не может быть. Он не мог пойти на такое преступление. Да и как!? Он был простым парнем, ничем не отличающимся от них! Он был добрым человеком, который не чурался любой работы на благо родины. Он жил так, как повелели милые боги, и не он должен был…
– Фавт, – к нему подошёл Мавт и коснулся плеча друга. – Мы не можем его оставить, верно? Но что нам делать? Мы не можем нарушить законы. Его имя нельзя произносить, но… Он убил наследника короля! Он проклял свою душу и теперь…
– Мы не должны вмешиваться, – услышал он свой собственный голос. – Милые боги так распорядились. Раз они захотели, чтобы он их отверг, то так тому и быть. Мы не должны вспоминать его имя.
– Путник сказал, что он управлял силой, не подвластной людям. Голос из его головы направлял и указывал, как действовать. Он совершил преступление против человечности, и будет хуже, чем просто человек, отвернувшийся от просветления. Старейшины приказали разыскать его и убить.
Фавт ощутил, как по щекам потекли незваные гости – липкие и солёные, совсем не похожие на слёзы, вызванные счастьем. Он ощутил, как путь ударил по коленям. Видимо, Фавт потерял равновесие и опустился на мост.
Человеком, который слышал голоса, единственным из тех, кто покинул Ошар, был их четвёртый друг и его брат.
Глава 17
Часть вторая. Мэйрин – Дэриэл – Эйлида – параллели.
Глава 17
«Признаться, мой друг, когда я видел тебя в последний раз, твой лик показался мне отрешённым. Твои глаза не светились тем огнём, что согревало мою душу раньше. Мне показалось, что ты увядаешь не чуть не меньше, чем это делают Файноры.»
Выбраться через сад оказалось не самой сложной задачей. Особенно учитывая, что тебя направляет сумасшествие. Оно показывает тебе, куда бежать, помогает ускользать от любого рода встречных – будь то жёлтые люди, вольные лорды и леди, либо же ненавистные предатели-стражники.
Мэйрин двигалась вперёд, всё дальше и дальше. Она огибала растущие деревья, каждый из которых был тщательно ухожен садовниками. Она скользила мимо цветовой гаммы бутонов различного рода растений, которые так кропотливо свозил отец со всех уголков старого света.
От воспоминаний об отце Мэйрин снова ощутила соль на губах. Почему она не тронула предателя? Почему позволила Балиану продолжить радоваться жизни? Возмездие – это самое главное, что должно было двигать тебя вперёд. Это то, что заставляет продолжать дышать, даже когда ты почти выдохся из сил. Когда уже начинаешь опускать руки. Так почему? Мэйрин покачала головой, прекрасно зная ответ. Его-то она и озвучила Герку. Отец не хотел бы, чтобы его дочь становилась убийцей. Он не так воспитывал её и сестру. И теперь, когда его не стало, Мэйрин просто не могла подвести Мазирэла Гарангара – величайшего короля, который был предательски отравлен своими же соратниками.
У неё была другая цель, которая оказалась куда важнее мести. Она обязана была спасти любимого во что бы то ни стало. И она не остановится ни перед чем, пока не доберётся до цели. И пусть даже все солдаты мира встанут перед её лицом – она найдёт выход.
Ещё вереница стражников гарцевала впереди. Мэйрин спряталась за стволом зор-древа и стала выжидать. Разумеется, голос в голове оповестил её о том моменте, когда можно продолжить движение.
«Ворота охраняются,» – услышала она, – «но мы можем попробовать вырваться другим путём».
Другим? Мэйрин даже смогла улыбнуться. Интересно, каким же? Весь сад был окружён забором в два человеческих роста. Забор состоял из сотен сплетённых между собой стальных прутьев, каждый из которых был покрыт шипами, служащими препятствием для «незваных гостей». Взобраться на такой было бы проблематичным действием, особенно для девушки. Ворота были единственным выходом, чтобы оказаться снаружи. Но, как уже заметил её «помощник», они охранялись и…
«Пожалуйста, называй меня Байротен. Ну, или сокращённо – Байро. Мне надоело, что ты называешь меня различными оскорбительными словами!»
– Оскорбительными? – усмехнулась Мэйрин. – Помощник – это не оскорбление. Это означает, что ты мне помогаешь. Кстати, за это спасибо.
Она проскочила через вереницу цветов. Да, к сожалению, пришлось наступить на некоторые из них, оставляя следы. Растения с хрустом надломились. Но какой у неё был выбор? По тропе бежать она не могла – их патрулировали.
«Да? А мне казалось, что я не помогаю… а выполняю задачу, чтобы нас не поймали! Эти ребята в доспехах намереваются тебя прикончить. А если умрёшь ты – не станет и меня».
– Ах, ты! То есть, по-другому ты бы не стал меня спасать? Вот как, значит!
«Ну, может быть, и помог бы. Не кипятись,» – он слегка смутился, Мэйрин ощутила это, – «однако первоначально моя задача – выполнять приказы госпожи. Я существую, чтобы служить. Таково условие связи Файнор».
Она медленно кивнула, смахивая липкую чёлку со лба. От непрерывного долгого движения её тело сильно вспотело. Мэйрин отказывалась думать, что всё это время пребывала в одной-единственной странной ночнушке, в которую её нарядила няня. Ткань из белой приобрела серые тона, рубашка плотно прилегала к телу, и Мэйрин ощущала каждое движение. Штаны предназначались для сна, но никак не для бега. Соответственно, сейчас были похожи на лохмотья. И что подумают люди, когда её увидят? Разве похожа она была на принцессу? С этими спутанными волосами, в грязной разодранной одежде, разве кто-то мог увидеть в ней свою будущую королеву? Да, ничего удивительного не было в том, что солдаты целились в неё и пытались убить. Этих ребят тоже можно было понять. Не каждый день видишь оборванку из канавы, которая носится по дворцу, а потом ещё и разбивает стёкла криком.
Так, впереди замаячили садовники из жёлтых людей. Разумеется, о них сообщило сумасшест… нет, Байро. Хороший же у неё компаньон! Мэйрин юркнула между деревьями как раз в тот момент, когда парочка людей в жёлтых робах поравнялась с ней. Они шли молча – вообще, крайне сложным было услышать от жёлтых хоть звук. При этом, без сомнения, слуги дворца могли разговаривать, но делали это с большой неохотой. Головы склонены вниз таким образом, что видны лишь подбородки. К тому же всегда гладко выбритые, без единого волоска. Ткань жёлтых роб шелестела при ходьбе, задевая листву. Шаги их были лёгкими – Мэйрин не покидало такое чувство, что жёлтые вообще ничего не весили. Всю её жизнь все кругом говорили, что жёлтые являются не совсем людьми. Что они принадлежат дворцу и по своей сути считаются душами этого величественного строения. Так ли оно было? Мэйрин заглядывала в глаза жёлтых людей и не смогла углядеть в них и намёка на жизнь. Глазницы их были пусты, словно у мертвеца.
«Они не такие, как мне подобные,» – подал голос Байротен, – «однако у нас есть сходства».
– Да? И какие же, к примеру? Они тоже могут связать себя с человеком? Я слышала, что некоторые их женщины заводили детей от лордов… При этом эти дети не могли принадлежать знатным родам, так как кровь жёлтых очерняла их, делая малышей приверженцами традиций слуг Санзида.
Байротен ничего не ответил, однако Мэйрин ощутила его внутренние изменения. Байро что-то несвязно промычал, но дальнейших объяснений не поступило. Тем временем эти двое скрылись за поворотом, и спустя мгновения не было слышно даже звука шагов.
Мэйрин выбралась из укрытия и продолжила свой путь. Итак, к воротам идти было нельзя. Её компаньон вёл к самой близкой части стены. Что она там будет делать, Мэйрин ещё не поняла – в любом случае, карабкаться на этот забор ей совсем не хотелось. Стальные прутья могли изранить кожу так, что она умрёт от потери крови раньше, чем перемахнёт через край.
Солнце медленно клонилось к закату. Лучи становились всё длиннее, словно небесное светило старалось как можно сильнее надышаться перед гибелью. Ветер продолжал шевелить деревья сада и растения, однако не дарил и намёка на прохладу. Мэйрин вся была покрыта липким потом, который сковывал движения.
Устала ли она? Без сомнения, Мэйрин была вымотана. Но эта неведомая сила поддерживала её на ногах, побуждая к действию. Однако как только она выберется на свободу, нужно будет поспать хотя бы несколько часов. Как бы Мэйрин не хотелось быстрее добраться до своего жениха, она понимала, что умрёт раньше, если не станет отдыхать. Словно в подтверждение её мыслей, Байро замычал – хороший знак.
Так, впереди влюблённая парочка. Мужчина и женщина благородного происхождения шли по саду, сжимая руки друг друга. Длинный плащ мужчины волочился за спиной, элегантный пиджак самого последнего писка моды подчёркивал мускулистое тело. Пуговицы светились при ходьбе и были похожи на драгоценные камни в его же косах. При ходьбе те позвякивали, сталкиваясь друг с другом.
Женщина рядом с мужчиной хихикала, видимо, слушая шутку. Эта барышня была одета в зелёное платье с обтянутой корсетом талией. Про такой обхват можно было сказать – осиный. Мэйрин должна была признать, что фигура этой леди была очень… достойного качества.
«Ты завидуешь,» – подал голос Байро. – «Краем уха я слышал слова твоей няни, которая говорила про пышные формы… мне кажется, тебе стоило бы немного начать питаться, а не то…»
– Заткнись! – шикнула на него Мэйрин. – И ничего я не завидую! Вообще, меня всё устраивает!
«Да!? А ничего, что я нахожусь в твоей голове и знаю всё? Меня ты не сможешь одурачить».
Она закатила глаза и спиной потихоньку прошмыгнула за зор-древо. Ей совсем не хотелось попадаться в поле зрения любого рода людей – цель была просто выбраться.
Впереди замаячила стена. Она выскользнула из-под пышной зелени – колючие металлические прутья различной длины предстали взору. Итак, высоченная штуковина в два роста. Как на неё взобраться? Мэйрин добралась до прутьев и провела ладонью по шершавому металлу. Шипы были наточены так, что лёгкого касания могло хватить для того, чтобы порезаться. Собственно, ничего нового.
– Что нам делать, Байро? – осведомилась она. – Я не смогу взобраться наверх. Надо искать другой путь, иначе…
«Он тут. Я не понимаю, как он смог проскочить мимо меня!»
Мэйрин выгнула бровь и подскочила на месте. Голос Байротена её встревожил, и она обернулась. Прямо за её спиной стоял Вадав собственной персоной. Красный китель цвета крови едва сходился на груди – за последние годы Вадав сильно прибавил в весе. Всё ещё могучего телосложения, как молодой воин, он был самой настоящей горой. Конечно, годы сказались на чертах его лица – морщины стали куда более глубокими, чем прежде. Однако выразительный взгляд всё ещё принадлежал человеку, способному решить любой вопрос и помочь королю. Королю, которого он, судя по всему, и предал вместе с Балианом.
– Моя девочка, – голос Вадава был полон печали. – Мне очень жаль, что всё складывается именно так.
Она улыбнулась. Ну а что ещё оставалось делать? Её загнали в угол не без помощи Байротена, который сделал неправильный выбор по поводу выхода.
– И что же? – спросила она. – Сейчас набегут солдаты, чтобы снова в меня стрелять? Балиану не вышло закончить начатое, ты, дядя, решил закончить за него? Имей в виду, у Герка были большие проблемы. – Мэйрин ощутила, как стала пульсировать цепочка на запястье. Байро был готов ворваться в любой момент. Пока что она не понимала, как это работает и за счёт чего, но высвободить эту силу было легко и очевидно, как наслаждаться теплотой дня.
Вадав улыбнулся и покачал головой. Его вид всё ещё оставался печальным, что чётко читалось по глазам.
– Я не видел Герка, – признался он. – И ты ошибаешься, считая меня предателем. Я не помогал Балиану в его коварствах, но… да, я и не препятствовал ему. Я подозревал, что всё могло закончиться именно так, но… за это я хочу попросить у тебя прощения. За всё, что с тобой стало и, к сожалению, ещё произойдет. Мы живём в тёмные времена. Свет покидает эти края, оставляя лишь пустоту.
– Вот оно как! – Мэйрин чувствовала, что вскипает. – То есть, дядя, ты знал, что отца могут убить, но ничего не предпринял? И теперь ты едва меня не угробил! Я спаслась чудом. Ты же мог мне поверить и отправить на помощь принцу солдат. Мы могли всё исправить!
Он отрицательно покачал головой. На голове Вадава были традиционные косички с драгоценностями, но при этом несколько локонов распались на части и были разбросаны по плечам. Волосы с изрядным отпечатком седины принадлежали человеку, прожившему долгую жизнь.
– Солдаты мне больше не подчиняются. Они лишь делают вид, что находятся на службе, но правила изменились. Если бы я поддержал тебя, я бы погиб. Но пока что я выполняю приказы, оставленные твоим отцом. Я должен находиться во дворце, чтобы суметь кое-что сделать. Мне пришлось притвориться, что я с ним заодно, пойми!
– Я не верю ни единому слову. – прошипела она. – Как ты меня нашёл? Я знаю, что за мной не было слежки.
Губы Вадава дрогнули. Он снова улыбнулся. Ветер стал подниматься сильнее, вечер уже медленно приближался, загоняя солнце за горизонт. Совсем скоро сюда придёт темнота, которая покроет землю.
– Да, я знаю, что у тебя теперь есть хороший помощник, – сказал Вадав. – Однако у меня есть свои секреты, которые я бы не хотел раскрывать. Я пришёл сюда, чтобы пожелать тебе удачи, моя девочка. Впереди у тебя долгий путь, и я бы хотел, чтобы в самом его начале ты знала, что я верю в тебя. У тебя всё получится. И когда придёт время… просто сделай правильный выбор.
«Нам нужно убираться. Впереди вереница солдат. Они прочёсывают местность, отсекая сектора. Хитрые ребята исследуют сад таким образом, чтобы отбросить все возможные углы».
– Как нам выбраться? – снова подумала Мэйрин. – Только если у меня не вырастут крылья и я не смогу перелететь через эту штуковину. При ином раскладе нам конец.
«У тебя есть я. Дай мне силу, как ты это делала раньше».
Мэйрин смотрела перед собой, видя Вадава. Тот, словно читая их мысли, кивнул. Дядя изобразил жест, который показывал ей, когда она была маленькой – сжатый кулак, поднятый вверх, означающий «всё получится». Мэйрин не верила этому человеку, но что это? Слеза на его щеке? Вадав плачет!? Разве мог рыдать тот, кто являлся предателем? Тут что-то не сходилось, однако выяснять правду у неё не было времени. Нужно было уходить.
Она зажмурилась, прочищая разум. То, как в прошлый раз она высвободила Байро… Мэйрин запомнила путь. Конечно, это было сложно, так как Мэйрин с трудом осознавала происходящее. Прошло слишком мало времени, и она была такой… юной в этом плане. Она ощущала, что должно пройти много времени, прежде чем сможет научиться контролировать свою силу. Но, к сожалению, времени не было, и нужно было действовать сейчас. Мэйрин сформировала в голове цель, ради которой боролась. Дэриэл в опасности, и если она не преуспеет, он умрёт. Он бросит её точно так же, как это сделал отец. Как до этого сделала мать и бабушка, пусть она и не могла вспомнить даже лиц родных людей. Мэйрин просто не имела права потерпеть неудачу, иначе она действительно окажется одна в этом чёрством мире.
Клубок внутри её души в одно мгновение расправился, обретая форму. Цепочка на руке стала холодной и тяжёлой настолько, что рука поневоле опустилась вниз. Мэйрин ощутила, как клубы тумана стали собираться вокруг её ног, обретая очертания. Что-то неведомое стало толкать вверх. Внутри образовалась пустота, словно энергия покидала тело. При этом Мэйрин обрела знание того, что требуется сделать. Её направлял призрак. Но почему в один миг обрушилась такая слабость? С её телом что-то происходило, словно…
Она открыла глаза, а затем подпрыгнула вверх. Простые смертные не умели летать. Но она больше не была просто девушкой. Она больше не являлась пустым местом и не была слабой. Принцесса, которая сейчас выглядела хуже рабыни из грязи, теперь была чем-то большим. Она взмыла вверх и совершила прыжок такой силы, что его хватило, чтобы оказаться прямо на самой верхушке забора. Ноги коснулись перил строго между двумя шипами. Считанные миллиметры разделяли их от злополучных колючек, которые могли ранить босые ступни. Однако она смогла удержать равновесие. Тело качалось, балансировало на грани. Мэйрин показалось, что она потеряла нечто внутри, словно часть её жизни только что растворилась. Такое странное, пугающее чувство. Что это было?