В самолёте нет двигателя, и запуск проходит на катапульте, похожей на рельсовый механизм. Разведчик, одевшись в тёплую одежду авиатора, потому что во время полёта на высоте, тем более зимой, очень холодно, сел в капсулу, и моряки начали натягивать механизм, находящийся под углом. Он работает очень просто - по принципу рогатки. Самолёт крепится на платформу и вместе с ней медленно, чтобы тросы случайно не порвались, натягивается по рельсам. Дойдя до предела, по команде моряки отпустили механизм и разбежались в стороны, как при взрыве, а самолёт взлетел в небо. При этом создался очень громкий звук, почти равный грохоту выстрела из слабой артиллерии.
Как малые дети, моряки и вообще весь экипаж кричали ему вслед пожелания удачи и хорошей посадки. Самолёт летел очень быстро, вскоре он выровнял свой курс и пошёл горизонтально, медленно снижаясь, но пилот пытался противостоять силе гравитации, вытягивая руль на себя, чтобы пробыть в воздухе как можно дольше, ведь посадка обещала быть либо в реку, либо в лес. Проводив его взглядом, экипаж бросился к борту корабля наблюдать за полётом. Аппарат летел быстро и так же быстро терял скорость, но силы натяжения от механизма должно было хватить сполна. Вскоре разведчик начал превращаться в небольшую коричневую точку на небе, а сигнала всё не было. Экипаж начал думать, что он ничего не заметил или вовсе сбился с курса, но кто-то разглядел появление газа. Моряки начали вглядываться, и действительно, было видно облако, но оно расширялось медленно, и какого оно цвета, стало ясно не сразу, а только через 15 секунд, которые стали критическими для флотилии вальтеристов. Если бы они не руководствовались принципом, что если на земле им нет равных, то и на воде никто не даст отпор, и взяли хотя бы бинокль, то ничего из того, что произошло, не было бы.
Через 15 секунд экипаж флумена разразился взволнованными криками о срочной подготовке к манёвру и открытии огня, а капитаны и офицеры не переставали отдавать команды, матерясь через слово. Они увидели чёрный дым, что означало крейсер! Дряхлый эсминец и рейдовый флумен против такого корабля практически ничего не стоили, и их могли смести одним залпом. Чей же это был крейсер? Чарлистов? Правительства? Или кого-то другого? Вопросов много, но так мало ответов. В знак того, что крейсер заметил цели и не собирался мирно пропускать или вовсе отпускать их, с его борта был открыт зенитный огонь по самолёту-разведчику. По всей видимости, огонь шёл не с точной целью уничтожить его, а просто чтобы показать свои силы, и стреляли вслепую - пилоту удалось уклониться от разрывов и начать снижаться.
Абсолютно весь экипаж корабля был взволнован и напуган, ведь их могли потопить одним выстрелом, и капитаны приказали начать подготовку к бою. Крейсер, как было сказано ранее, стоял поперёк реки, тем самым блокируя её частично, и все его пушки могли стрелять, создавая огромный урон от залпа из всех орудий. Флумен и эсминец же шли прямо, и в их распоряжении было всего 3 доступных орудия, что против крейсера очень мало, но в этом было и преимущество. В таком положении им было куда легче увернуться от огня, и если крейсер попадёт, то будет повреждена только носовая часть и пункт командования, а остальной корпус флумена ещё сможет пережить второй выстрел. Такое нельзя было сказать об эсминце. Как бы он ни шёл, из-за его слабой брони и износа со временем попадание даже одного снаряда означало моментальный взрыв и затопление.
Борис хоть и был лидером движения вальтеристов, а вместе с этим и верховным главнокомандующим с большим опытом, воевавшим ещё в локальных конфликтах на границе с французами и Бургундией, но знания в морской войне у него были немногочисленные, хотя он и здесь имел очень большое влияние. Флумен набирал скорость; у командования была цель за счёт хода уворачиваться от огня крейсера и в случае чего просто пойти на таран, ведь флумены - это рейдовая техника, изначально она вообще была кустарно-пиратской, и к ней крепились различные установки для тарана. Несмотря на это, главное вооружение флумена не очень тяжёлое и не сравнится даже с пушками на лёгком крейсере, который, скорее всего, им и противостоял прямо сейчас. Всё равно на фоне человека корабельные пушки всегда будут большими, и Борис, стоя прямо возле одной из них, положил руку на металл и про себя помолился не своему богу, а чему-то неизвестному, чтобы это орудие уберегло и спасло их. Молитва о выживании в этой ситуации подействовала на него как озарение: в его голове будто разошлись тучи, и мозг начал здраво мыслить.
"— Точно же, точно!" — сказал Борис вслух и побежал в пункт командования, вломившись в него так, будто перед ним была не стальная тяжёлая дверь, а хлипкая калитка.
"— Борис? Ты чего?" — спросил Алексей, переговаривавшийся в это время с одним из капитанов, а следом за ним тот же вопрос задали ещё несколько человек в рубке.
— Тут же почти всех от одного залпа убьёт, особенно если попадёт в боеукладку, но корабль всё равно продолжит идти. Но если попадут в эсминец, он тут же пойдёт на дно, и весь его экипаж умрёт. Сообщите командованию на эсминце, чтобы они отступили нам в корму и шли следом, а не на одном уровне! Наш флумен более бронирован, и мы можем выдержать больше, чем они. Если мы сами пойдём на дно, он успеет спасти утопающих и добраться до берега, им нужно будет лишь остановиться и подобрать людей. Мы либо защитим их, либо сдохнем сами и покажем всей Вегиммии, что не смогли даже более слабых защитить. Посмертный позор!
Присутствующие особо не поняли слов Бориса о том, зачем им надо защищать собой эсминец любой ценой и почему в случае потопления всей флотилии это будет позором для всего движения вальтеристов, но никто не мог что-то противопоставить и возразить его словам. Во-первых, потому что он являлся лидером и главнокомандующим, пускай с очень посредственными знаниями в морской военной тактике, а во-вторых, потому что идея прикрыть более слабый и хлипкий эсминец своим крепким корпусом действительно являлась вполне адекватной. Спорить никто не стал, и вскоре приказ был исполнен: моряки передали сообщение эсминцу, вывесив нужное сочетание флажков на корме корабля, чтобы наблюдатели с крейсера не заметили их переговоры между собой.
Впрочем, командир эсминца и так понял, что происходит, и совсем скоро это стало решающим фактором. Экипаж эсминца, увидев сообщение от флумена, начал сбрасывать скорость и вскоре оказался за его спиной. В этом положении он вовсе не мог вести огонь, поэтому там сосредоточились полностью на подготовке к спасению людей с флумена: готовили шлюпки, канаты, бригады спасателей и открывали склад пожарного инвентаря. Курс хоть и следовал строго за флагманом, но в рубке были готовы сделать резкий манёвр и поменять направление к ближайшему берегу для выгрузки десанта в случае экстренной ситуации.
Немирные намерения неопознанного крейсера стали ясны сразу же, когда он открыл зенитный огонь по самолёту-разведчику. Пытаться выходить на связь ни враги, ни вальтеристы не собирались, и решение было принято обеими сторонами единогласно - перестрелка из пушек насмерть. Особенность флуменов заключается в том, что они имеют высокую точность и способны попадать даже по маленькой цели, но только если находятся недалеко, а стрельба с расстояния им даётся с большим трудом. Поэтому командование корабля приняло решение набрать максимальную скорость, игнорируя скорый поворот на реке с целью увеличить шанс уклониться от огня. Похоже, враги знали, что они будут плыть здесь: когда вальтеристы только пытались что-то разглядеть, те уже были полностью готовы и только ждали момента, пока цели подплывут на достаточное расстояние и откроют свои слабые места. На борту флотилии никто не ожидал, что огонь будет открыт так скоро, но всё же его открыли раньше, чем пушки на флумене успели зарядиться. Между ними было расстояние в 2-3 километра, и в сочетании с залпом из всех орудий экипаж эсминца и флумена был оглушён, но почти моментально вернулся в нормальное состояние.
Крейсер покрылся дымом, а в небо взмыло 5 ярких точек, быстро приближающихся к ним. Казалось, что все снаряды попадут прямо по кораблям, и в рубке начали пытаться увернуться от попадания, но снаряды пролетели прямо над их головами и рухнули в воду, в нескольких метрах от эсминца. Похоже, одна из пушек крейсера была сбита, и её снаряд полетел ещё дальше, взорвавшись на берегу. Взрывы на воде создали большие всплески, обдав экипаж эсминца, и если бы это была главная проблема... Снаряды легли достаточно близко, чтобы повредить корпус! Повреждения были небольшие, но критические, прямо в двигатель (работающий на паре от сгорания дышащей плоти), и через небольшое отверстие пар начал выходить наружу. Свободный от подготовки к экстренной эвакуации людей экипаж эсминца бросился в двигательное отделение чинить пробоину. Инструментов и материалов не было, поэтому делали чем попало: тряпками, мусором, осколками того, что было когда-то бронёй. Проблема оказалась куда глубже: был повреждён топливный отсек, то есть отсек с дышащей плотью, и она вываливалась из него. В отличие от чёрной плоти, она исчезает сама по себе, погибает при высоких температурах и менее опасна, но создавался риск взрыва двигателя и разброса биомассы по всем, кто был рядом. В этом случае она очень быстро начнёт переваривание человека, и спасти его будет почти невозможно. В отсек с двигателем вошло несколько человек, защищённых толстой одеждой и противогазами, и попытались заткнуть пробоину. Так как это топливо, создающее пар, скорость эсминца начала падать ещё быстрее, и для его экономии в управлении приняли решение замедлить ход. В итоге, если понадобится спасать экипаж флумена, шансы на удачу будут крайне малы.
Несмотря на это, командование обоих кораблей выдохнуло с облегчением, увидев, что первый залп лишь задел топливный и двигательный отсек эсминца. Появились опасения, что это было сделано специально: первичная цель крейсера на самом деле - эсминец, враги узнали об их тактике и сейчас пытаются уничтожить его, чтобы только после этого добить флумен. Во всяком случае, крейсер начал перезарядку, и все его орудия на время замолкли, дав время на ход флотилии вальтеристов. Одной пушкой они бы ничего не сделали, поэтому разворачивать корабль для возможности бить из всех пушек было необходимо, хотя риск попадания по ним и моментального уничтожения от этого возрастал с поворотом на каждый градус. Всего на флумене было две пушки основного калибра и 3 вспомогательного; было решено бить на точность и по важным частям крейсера, а не по всему подряд, чтобы просто нанести какой-то урон. Тактика рискованная, и пытаться стрелять на подавление было бы неплохо, но они решили рискнуть и избавиться от опасности раз и навсегда. Флумен успешно повернулся и открыл для ведения огня все основные пушки и 1 вспомогательное орудие. Сейчас расстояние позволяло вести более-менее точный огонь, и открытие всех модулей крейсера увеличивало шанс на попадание. Пушки были полностью готовы, и наконец произошла ответная атака со стороны вальтеристов. Из основного орудия они целились в погреб боеприпасов возле носа и кормы, а вспомогательным надеялись поразить командование корабля путём обстрела рубки. Первым прилетел снаряд вспомогательной пушки - мимо, он попал в трубу и повредил её, но не уничтожил полностью. Куда больших успехов они добились огнём из основных пушек. Первый снаряд попал точно в цель, поразив погреб боеприпасов, из-за чего тот сдетонировал. Раздался очень мощный взрыв, а крейсер оказался окутан дымом, который быстро разошёлся, и все увидели, что несколько пушек уничтожено и вызван пожар! Ещё одно попадание по критическим местам - и они бы затопили его, но второй снаряд попал в пушку, находящуюся над погребом, в который они целились, и повредил её. Они достигли большего результата, чем планировали, и определённо выиграли время, ведь экипаж крейсера сейчас либо контужен и мёртв, либо занимается тушением пожара и продолжить перезарядку с прежней скоростью не в состоянии.
"Подавай! Подавай!" — раздались радостные мужские крики моряков-артиллеристов, уже чуявших, что победа за ними, ведь огонь оказался очень точным и ещё одно такое попадание разломит крейсер надвое. Экипаж в погребе боеприпасов трудился в плюс 35-градусную жару (потому что фильтрация воздуха очень слабая, а рядом находятся топливная и двигательная системы), подавая друг другу снаряды и поставляя их в элеватор подачи, очень сильно потея и едва находясь в сознании, чуть не сваливаясь от духоты. Но все держались: они знали, что от их работы сейчас зависят их жизни и жизни их семей, ведь если их потопят, то, вероятно, вальтеристы проиграют и по души их родных придут победившие чарлисты. Вкус победы не опьянял разум, а давал надежду и решимость продолжать, - это как раз то, что требовалось всему экипажу прямо сейчас. Командующие и капитаны бегали по палубе, отдавая приказы, и на фоне всего этого военного хаоса послышалась известная народная песня Вегиммии о морском чудище, которую очень часто поют на флоте. Это добавляло ещё больше надежды и уверенности в успехе.
"— Неужели всё оказалось так просто? Что за инвалиды управляют этим крейсером?" — задался вопросом Борис, стоя в командном пункте, пока перезарядка орудий была почти завершена. Пушки несколько раз поднялись вверх-вниз на проверку целости, и артиллеристы начали целиться - стреляли строго в погреб боеприпасов. Но всё же радость не могла продолжаться долго. Когда произошёл выстрел, моряки закричали "ура", наблюдая за полётом снарядов, но на половине их пути раздался грохот и вспышка со стороны крейсера - он смог перезарядиться и выстрелил в них из всех орудий!
Глава 29. Последнее вторжение, ч.2
Крейсер, в котором ранее успешно сдетонировал погреб боеприпасов, неожиданно для всех буквально "восстал" из мёртвых. Весь экипаж флотилии вальтеристов, состоящей из флумена и эсминца, считал, что им удастся безнаказанно нанести решающий, финальный удар. Все ожидали, что повреждения от огромного взрыва нанесли настолько огромный ущерб, что противник не сможет даже перезарядиться, но реальность оказалась куда более жестокой.
Большие артиллерийские орудия навелись на раненый крейсер и сделали свой выстрел. Залп оглушил экипаж корабля, но все были натренированы и даже не заметили этого. Яркие оранжевые точки взмыли в небо и быстро приближались к цели, а моряки искренне надеялись, что им удастся его затопить. Похоже, там, среди врагов, понимали, что они физически не смогут выйти отсюда живыми и в любом случае затонут, поэтому бросили остаток сил на перезарядку того, что можно было ещё перезарядить, и открыли огонь. Оранжевые яркие снаряды полетели в ответ, и когда они пролетали рядом с расчётом флумена, их большие размеры были очень заметны - смерть в нескольких килограммах. Конечно, все испугались, ведь никто не ожидал такого, но потом успокоились, ориентируясь на прошлый опыт, когда враги промазали почти всеми снарядами и просто повредили эсминец. Это и стало главной ошибкой, ведь если бы они бросили всё и сбежали в другую часть корабля, то большая часть из них выжила бы.
Снаряды флумена полетели первыми, и они же первыми достигли своей цели - в яблочко! Они попали точно в погреб боеприпасов, и сначала раздался взрыв от попадания снаряда, а через секунду прогремел ещё один мощный, более сильный взрыв, чем при первом попадании. Такой ущерб не мог пережить даже дредноут или линейный корабль, и в итоге вода начала заполнять крейсер из-за пробитой ватерлинии и корпуса, причём поступала она неравномерно, а только в одно место из-за сильных разрушений лишь в одной части. От такой мощи взрывов была убита большая часть экипажа этого безымянного крейсера. Если бы там кто-то был в полном сознании, он увидел бы страшную картину: разорванные в клочья трупы, из которых вываливается то, что когда-то было внутренними органами. Из-за ударной волны большую часть тел отбросило к надстройкам и впечатало их туда, как мух, даже самые лучшие чистильщики не смогли бы отодрать это кровавое месиво. Другую часть отбросило в море, и у речных обитателей вроде раков, щук, сомов и прочих тварей сегодня будет грандиозный пир. Не все умерли сразу, большая часть была ранена, и лучше бы они погибли. Кому-то оторвало руки, и он лежал у надстройки в окружении впечатанных в стены человеческих тел, а кому-то сорвало ноги. Одному безногому сорвало лицо, остался просто оголённый череп без глаз, каким-то чудом ещё живой. Это был уже просто биомеханизм, а не живое, разумное и развитое существо. Он просто полз по палубе; возможно, он давно умер и это были лишь сокращения мышц. Если бы его глаза были на месте, он увидел бы, что их последний залп достиг цели и они погибли не зря.
Сначала крейсер медленно тонул, но из-за большого количества воды в одном отсеке нос начал "подниматься", таким образом ускоряя затопление. Законы физики не обманешь, даже когда они тебе вообще не нужны после смерти, и от этого корабль разломился на две части с таким сильным хрустом, что взрывы снарядов и стрельба из пушек не казались настолько громкими. Крейсер разделился на две части, и отломившаяся корма упала в реку, создав огромные брызги, а от удара о поверхность воды она раскололась на ещё несколько, более мелких частей. Вскоре корабль полностью ушёл на дно кормить своими трупами раков и других речных обитателей.
Вальтеристам чудом удалось нащупать слабые места крейсера и через них затопить его, но он успел выпустить последний залп, прежде чем всех членов экипажа разорвало на части мощными взрывами. Морякам на флумене казалось, что снаряды пролетят мимо, как в прошлый раз, и это подкреплялось тем, что крейсер и так был на грани и его точность очень сильно пострадала бы, поэтому никто не спешил бежать в другую часть корабля. Мысли о том, что снаряды промажут, сменились ужасом и криками "полундра!" так же быстро, как снаряды крейсера летели прямо на них.
Сначала они летели достаточно высоко, но резко начали снижаться, и, судя по траектории, огонь вёлся вслепую, но часть всё равно летела прямо в носовую часть, туда, где прямо сейчас находилась большая часть экипажа. "Полундра!" - кричали моряки. Кто-то попытался убежать или скрыться за массивными пушками, а кто-то пытался понять, точно ли снаряд летит прямо в них, и смотрел в глаза смерти. В пункте управления попытались увернуться, но это было просто невозможно, и снаряды попали прямо в носовую часть. Один из них взорвался возле орудия главного калибра, а другой попал в трубу, взрывом и ударной волной задев пункт командования, в котором находились Борис, Алексей и большая часть руководства флумена. Остальные снаряды пролетели мимо, и те, кто находился сзади, обрадовались, что это не по ним, но тут же раскрыли рты от ужаса - они попали прямо в эсминец!
Орудие главного калибра, в которое попал снаряд, сдетонировало вместе с ним из-за того, что оно перезаряжалось, и находившийся внутри снаряд взорвался. Это вызвало огромный взрыв и убило всех, кто находился в носовой части, а сама артиллерия была полностью уничтожена, и на её месте осталась дыра в палубе со следами сажи по краям, будто кто-то направил туда струю огня. Если посмотреть в эту дыру, то можно было увидеть разломанный, но ещё подлежащий восстановлению элеватор подачи и погреб боеприпасов, в котором будто прошёл ураган и снаряды валялись где попало, но, слава богу, они не сдетонировали. Если бы они взорвались, то на дно пошло бы всё судно. В отличие от тех, кто был сверху, экипаж внутри погреба отделался ранениями от падающих обломков и испугом, но главное - остался жив. Из-за относительно небольших размеров корабля и крупного взрыва, в отличие от попадания по крейсеру, на нём не осталось кровавых трупов, так как все, кто попал под удар, просто сгорели в высокой температуре. На стене сзади остались лишь небольшие капли крови, а по палубе были разбросаны редкие окровавленные куски одежды.
Второй снаряд попал в трубу и уничтожил её почти полностью, оставив только уродливый, обгоревший "корень". Большая потеря, но то, что он задел пункт командования, было ещё страшнее. Взрыв произошёл рядом, а ударная волна и жар уничтожили часть конструкции и выбили стёкла, осыпав осколками тех, кто был внутри. Обломки упали внутрь и разбили панель для связи. Из-за отсутствия части строения крыша начала ломаться сама по себе и в итоге обвалилась, похоронив заживо тех, кто остался внутри. Она была из дешёвого, лёгкого материала, и оставалась надежда, что капитанов, Бориса и Алексея лишь немного придавило, но не превратило в кровавое месиво. Осколки от взрыва трубы разлетелись по всей округе, и если бы рядом были люди, их поразило бы дождём из острых кусочков, но все они упали в реку. Все взрывы вызвали пожар в топливном отсеке, что требовало немедленного реагирования, и все, даже те, кто пытался разобрать обломки от детонации пушки, бросились тушить пламя. Экипаж пробегал мимо пункта командования, все таскали вёдра с водой и кричали друг на друга, а их ругательства были слышны почти в любом месте на корабле. Но здесь, в заваленном помещении, их крики доносились очень приглушёнными. Обвалившаяся крыша была достаточно лёгкой, поэтому никто не погиб от её обрушения, и люди больше пострадали от осколков стекла, впившихся в их лица, руки и шеи. Несмотря на это, обломки очень сильно мешали передвижению, и они действительно были здесь похоронены заживо. Наиболее оптимистичные и хотевшие выжить командиры, в том числе и Борис, пытались скоординировать работу и совместными усилиями выбраться из металлического гроба, но кто-то в силу травм либо просто не слышал, не мог посодействовать, и попытки спастись превращались в барахтанье.
— Лёха! Алексей! — закричал Борис после неудачной попытки сдвинуть большой обломок. — Ты меня слышишь?
Ответа не последовало, и он начал думать, что друга убило либо он сейчас без сознания. Выругавшись, он не прекратил попыток выбраться из этой тюрьмы:
— Эй! Снаружи! Кто слышит? Помогите!
Видя, что он начал звать на помощь, те, кто его слышал внутри, также принялись кричать. Но никто не пришёл, хотя звуки, которые они слышали, говорили о том, что рядом проходили моряки; возможно, они их слышали, но ничего не предпринимали.
— Это что, получается, мы тут сдохнем?! — начал падать духом один из капитанов, и Борис хотел уже убедить его в том, что они обязательно выберутся отсюда, как со стороны выхода раздались звуки, похожие на то, будто кусок сырого мяса бьётся о поверхность. Но откуда взяться здесь этому звуку? Сначала это показалось бредом, но потом люди внутри начали думать, что это Вальтер пытается разобрать завал с помощью симбиоза. Но тут же появилась встречная мысль - как это может быть он, если его симбиоз представляет собой метаморфозу в огромного заражённого? Если бы это произошло, то корабль пошёл бы на дно. Поэтому они начали думать, что возле пункта командования в момент взрыва погибло много людей и, как это обычно происходит, на месте большого количества смертей появляется дышащая плоть. Все, даже Борис, начали терять надежду и готовились к тому, что плоть сможет проникнуть сюда и переварит их заживо. В отличие от чёрной плоти, которая как кислота разъедает кожу, ткани и проникает глубоко в клетки, разрушая организм на генетическом уровне для полной его смерти и создания из него био-корабля для своих высших целей, для удовлетворения целей Коллективного разума и Чёрной Орды в целом, дышащая плоть не является чем-то живым, это просто биомеханизм. По каким-то неизвестным для человека методам она определяет, что находится на органике (исключительно животные, растения не трогает), и начинает процесс переваривания, при этом кислота не создаётся, хотя плоть, кости и кожа получают те же повреждения, как и при ожоге кислотой. В отличие от чёрной плоти, дышащая не способна к расширению, и где появилась, там и умрёт, а её срок жизни варьируется от нескольких минут до дней. Но её главная опасность - спонтанное появление там, где произошло много смертей. Первое время после второго удара дышащая плоть появлялась случайным образом в абсолютно разных местах, не обязательно чтобы там кто-то умирал, что создавало большую проблему, но люди научились предотвращать её появление в своих жилищах. Отличия также есть и просто визуальные. Пока чёрная плоть - это, скорее, просто густая, разумная чёрная биомасса с глазами и зубами, постоянно "кипящая" (если смотреть на покрытую ею территорию, то её передвижение выглядит как бурление воды) и оставляющая за собой след чёрной крови, дышащая плоть выглядит как настоящая ткань. Она - это биомасса из плоти, костей, органов, волос. Но главное, что зубы, кровь (появляется небольшая токсичная лужа красной жидкости, но в ходе анализов было доказано, что это не кровь, а растаявшие органы) и глаза полностью отсутствуют, а наука не в силах объяснить это, как и церковь. Есть теория, что кровь является святым веществом, которое даёт жизнь и, возможно, разум всему, куда попадает. Считается, что чёрная плоть ранее была обычной, дышащей, но в результате странного, божественного события, возможно после третьего удара, она получила кровь и обрела разум. В летописях и сохранившихся записях Ханса Кессельринга (управляющий Инквизицией Гиммлера за 5 лет до и во время Первой Европейской, поднял гражданскую войну в Вегиммии, что привело к отравлению воздуха и воды Гюнтером) есть прямой текст: "Внешне они очень похожи. Возможно, когда-то были одним видом. Следы крови не оставляют. Оба убивают путём переваривания". Эти тексты подтверждают, что когда-то чёрная плоть не была разумной. Но тут же появляется контраргумент: если она была неразумной до третьего удара, как Разум Плоти (правитель Гипербореи, огромнейшего государства в истории, бывшая Империя Сварога; он был бежавшим членом Империи Сварога, но провалился в лёгкие земли, и чёрная плоть не убила его, а вступила в контакт, превратив в умнейшее и сильнейшее существо) вступил в контакт с чёрной плотью и создал первый в истории симбиоз человека и плоти? Подобные перекидывания аргументами более чем за 100 лет так и не привели к получению ответа, а официальный статус остаётся: "не доказано".