Призванная в Академию

Глава 8

Комната, в которую вошла Алина, совершенно не напоминала унылое общежитие, которое она когда-то себе представляла. Потолок был высоким, с лёгкой лепниной, а свет мягко струился из хрустальной люстры, висящей посреди потолка. В углу стояла аккуратная кровать с белоснежным покрывалом, рядом — письменный стол с резными ножками, над которым на стене висела карта, похожая на полотно со звёздами, движущимися в такт дыханию комнаты.

У окна стоял глубокий подоконник с подушками и небольшим книжным шкафчиком рядом, усыпанным старыми фолиантами и новыми, даже блестящими журналами. Воздух пах чем-то тёплым, как после дождя и свежеиспечённых булочек.

— Обомлела, да? — усмехнулся Макар, облокотившись на дверной косяк. — Добро пожаловать в студенческую жизнь магов. Всё для комфорта — и даже немного больше.

— Здесь… красиво, — прошептала Алина, оглядываясь. — И как будто… живое.

— Потому что оно так и есть, — сказал Макс, входя следом. — Пространства здесь немного подстроены под энергетику жильца. Комната подберёт для тебя освещение, аромат, даже звуки. Ну, если не будешь злить её.

— Комната живая?! — воскликнула Алина, отшатнувшись от кресла, которое только что плавно повернулось к ней спинкой.

— Не переживай, — хмыкнул Макар. — Она не кусается. Но поначалу может фыркнуть, если не понравишься.

— Я шучу, — быстро добавил Макс, заметив, как Алина напряглась. — Тут всё магически стабильно и безопасно. Просто... немного волшебства. Привыкай.

Алина медленно прошла к подоконнику, коснулась спинки кресла. Оно мягко дрогнуло, будто приглашая сесть.

— А где... вещи? — спросила она, вспомнив, что у неё с собой вообще ничего нет, кроме кота.

— Уже переносят, — отозвался Макар. — Магия, детка. Главное — не потеряй кота.

— Я сам за собой слежу, — важно пробасил Пурримон, усаживаясь прямо на кровать и демонстративно вылизывая лапу. — Алина, тут действительно неплохо. У Кати хороший вкус в подушках.

— Кто такая Катя? — спросила Алина, разуваясь.

— Твоя однокурсница. Завтра познакомишься, — ответил Макс. — А сейчас… отдыхай. Утро будет насыщенным. Завтрак в общей кухне, потом — знакомство с куратором и небольшой вводный курс. Вопросы?

Алина посмотрела на него, потом на Макара, потом на комнату.

— Один. Я точно не сплю?

— Теперь уже — нет, — улыбнулся Макар. — Добро пожаловать в МГУ, Алина.

Макар ушёл, лениво махнув рукой, и дверь за ним мягко захлопнулась. Макс остался, обернулся к Алине и с озорной улыбкой на губах сказал:

— А теперь, покажу тебе немного магии.

Алина недоверчиво нахмурилась, прижимая к себе Пурримона.

— В каком смысле?.. — начала она, но договорить не успела.

Из коридора донёсся странный звук — лёгкий, стремительный, будто кто-то очень маленький бежал по мрамору. Цок-цок-цок! Звук нарастал, заполняя пространство, и уже через секунду в комнату, словно по команде, вбежала целая толпа крошечных существ.

Алина инстинктивно подхватила Пурримона повыше, к груди, сжав его как подушку безопасности. Тот отреагировал с довольным урчанием, прикрыв глаза и лениво повиляв хвостом.

— Это ещё кто?.. — прошептала она.

— А вот и помощники, — с усмешкой сказал Макс, наблюдая за происходящим.

В комнату бодро зашёл домовой — классический, будто со страниц старой книги: низенький, густо волосатый, с бородой до пояса, в лохматой шапке и меховой курточке, подпоясанной верёвочкой. Он остановился в дверях, сложил руки за спиной и смерил Алину оценивающим взглядом.

А за ним, суетясь и шмыгая, вбежали бесики — крохотные сероватые существа с тонкими ручками, рожками и ногами, напоминающими копытца. Они ловко несли на себе мебель: кровать, книжный шкаф, кресло, стопку книг, мягкий ковёр, торшер и даже зеркало в резной раме. Всё это двигалось само — слаженно, будто репетировавшее тысячу раз.

— Добро пожаловать, — наконец произнёс домовой и слегка поклонился. — Новая? Значит, будем обживаться. Я — Фёдор Михайлович, но можно Федя. Я тут... приглядываю.

Алина попыталась кивнуть, но не была уверена, что вообще способна двигаться. Макс, похоже, заметил её замешательство и ободряюще коснулся её плеча.

— Всё хорошо. Это магия быта, самая безопасная и полезная из всех. У тебя теперь будет свой домовой. Он поможет с уборкой, уютом и даже, если подружитесь, будет приносить чай в постель.

— Здравствуйте… — пробормотала Алина, по-прежнему вцепившись в Пурримона, который откровенно дремал, урча на полную катушку.

— И тебе доброго вечера, хозяюшка, — отозвался домовой и щёлкнул пальцами.

Бесики начали расставлять мебель по комнате с ловкостью профессиональных декораторов. Кровать легла у стены, тут же аккуратно развернулся тёплый плед. Книги прыгнули на полки, как по волшебству, сортируясь по темам. Ковёр сам разложился у кровати, а в воздухе повис приятный аромат — что-то между мятным чаем и яблочным пирогом.

— И это… нормально? — прошептала Алина, оглядывая ожившую комнату.

— Для нас — да, — мягко сказал Макс. — Привыкай. Ты теперь одна из нас.

Макс уже собрался уходить, чуть кивнув на прощание, как вдруг Алина подалась вперёд, перехватив его за руку.

— Подожди… — её голос дрогнул. — Пожалуйста, не уходи. Я… Я потеряла связь с реальностью. Я не понимаю, что происходит. И мне… очень страшно.

Макс остановился и посмотрел на неё внимательно. Его добродушная улыбка стала мягче, теплее. Он кивнул.

— Тогда знаешь, что нам нужно? Кофе. Очень хороший кофе.

Алина облегчённо выдохнула и чуть улыбнулась. Макс открыл дверь и жестом пригласил её первой.

— Прошу, леди, — с лёгкой игривостью сказал он. — Кофе умеет творить чудеса.

Они вышли в коридор, Пурримон чинно шёл впереди, извиваясь змейкой между их ног. Вскоре они свернули за угол и оказались в небольшой кухне — тёплой, уютной, с деревянными фасадами шкафов и светло-жёлтыми стенами. Несмотря на магическую атмосферу, здесь всё выглядело вполне современно: плита, микроволновка, большой холодильник и сияющая, словно только что распакованная, кофемашина с множеством кнопок и лампочек.

Пока Алина оглядывалась, Пурримон ловко запрыгнул на столешницу, ударил лапкой по нужной кнопке и, мурлыкая, начал колдовать над напитком. Две чашки плавно выехали из отсека, и уже через мгновение в воздухе повис густой, обволакивающий аромат свежесваренного кофе.

— Он… всегда так? — спросила Алина, наблюдая за тем, как кот аккуратно стряхивает капельку кофе с края чашки.

— Всегда, — улыбнулся Макс. — Он вообще считает себя баристой высшей категории. И, знаешь, у него есть основания.

Пурримон, явно довольный похвалой, мягко спрыгнул со стола, оставив две идеально приготовленные чашки. Макс протянул одну Алине.

— За первую ночь, полную чудес, — сказал он.

Алина взяла чашку обеими руками и вдохнула аромат.

— И пусть она закончится хоть немного понятнее, — добавила она и сделала первый осторожный глоток. Кофе был удивительно мягким, почти сливочным, с лёгкими нотками шоколада и ванили.

Макс молчал, давая ей передышку. Кухня словно отделила их от всего остального мира — от порталов, магов, Бабы Яги и неизвестности, что ждала впереди.

— Спасибо, — тихо сказала Алина. — Мне правда нужно было… хоть немного тепла.

Дорогие читатели! Приглашаю в новинку нашего Литмоба

Мария Ерова

“Сиротка в Академии Мрака. Королева Теней”

Князь Ночи отнял у меня жизнь и невинность в один миг. Даровал бессмертие, но украл куда больше - моё место среди сильнейших властителей тьмы. Но он ошибся, решив, что я покорно исчезну. Теперь я не бедная сиротка из другого мира, а адептка Академии Мрака, где он - ректор. Моя месть будет страшнее всех проклятий, что когда-либо звучали в его адрес. Ведь настоящая ярость рождается не в мёртвом сердце вампира, а в душе обманутой женщины.

https://litnet.com/shrt/PiuA

Глава 9

Алина осторожно поставила чашку на стол, сцепив пальцы. Тишина повисла между ними, и только мерное урчание Пурримона под столом напоминало, что время не остановилось.

— А как ты понял, что ты маг? — наконец спросила она, внимательно глядя на Макса. — Это... случилось внезапно?

Он усмехнулся и покачал головой.

— Это рассказывают на первом занятии, знаешь ли, — сказал он, склонив голову. — Но если коротко — я просто вдруг почувствовал себя сильнее, чем когда-либо. Словно вся энергия мира вплелась в мои мышцы и нервы. А потом я, ну... — он засмеялся, слегка покраснев, — завязал штангу в узел. Серьёзно. Одной рукой. Тогда-то и появился Макар.

Алина хихикнула, представив себе картину.

— Макар... Он выглядит мрачным. И если честно, немного пугающим. Как будто не человек, а ходячее предупреждение.

— Ну, в чём-то ты права, — кивнул Макс, улыбнувшись. — Он и сам не отрицает. Макар — единственный из нас, кто участвовал в магическом призыве.

— Магическом призыве? — переспросила Алина с интересом, слегка наклонив голову. — Звучит почти как армия.

— Не забивай себе этим голову, — тут же отмахнулся Макс. — Рано ещё. Всё расскажут, но потом.

Алина пожала плечами и, сделав ещё глоток, перевела взгляд на кофемашину.

— Здесь много студентов?

Макс опустил глаза в чашку. Его улыбка исчезла, и лицо стало каким-то непривычно закрытым.

— Могло бы быть больше, — тихо сказал он. — Но… остались только выжившие.

Он больше ничего не добавил. Только тихо вдохнул аромат кофе, как будто тот мог вернуть утраченное или согреть воспоминания. Алина почувствовала, как внутри сжалось что-то тонкое и хрупкое — тень страха, грусти и непонимания.

Пурримон тихонько протянул к ней лапу, и она машинально взяла его на руки, прижимая к груди. Кот замурлыкал особенно громко, будто пытаясь заглушить молчание.

— Мы ведь… не в опасности, правда? — едва слышно спросила она.

Макс поднял на неё взгляд и медленно кивнул.

— Пока ты здесь — ты под защитой. Но волшебство… оно не игрушка. Оно требует силы, дисциплины и понимания. И выбора. Главное — не упустить себя.

Он встал, сделал последний глоток и поставил чашку в раковину.

— Завтра начнётся твоя новая жизнь, Алина. И ты справишься. Только верь в себя, даже когда будет страшно.

Он мягко кивнул и, не дожидаясь ответа, вышел, оставив её одну в тишине кухни — с котом на руках, остывающим кофе и грузом новых мыслей.

— Время позднее, — сказал Макс, бросив взгляд на часы. — У меня ещё есть кое-какие дела.

Он поднялся, накидывая капюшон. — Пурримон, присмотришь за ней?

— А у меня, по-твоему, есть выбор? — фыркнул кот, но тут же лениво зевнул и подмигнул Алине. — Конечно присмотрю. Как за зеницей глаза. Как за пельменем в морозилке.

Макс усмехнулся, махнул рукой и исчез за дверью.

Пурримон степенно выпрыгнул на пол и важно пошёл вперед, сопровождая Алину до её комнаты. Как только дверь закрылась, кот с совершенно неприличной наглостью запрыгнул на кровать и растянулся поперёк подушки.

— Ммм… мягонько… — промурлыкал он, прикрыв глаза. — Вот это я понимаю — достойное место для отдыха. Уважение к хвостатым.

Алина хотела возмутиться, но лишь усмехнулась. В её голове всё ещё не укладывалось, что магия существует, что она заселилась в университет для магов и что разговаривающий кот сейчас оккупировал её постель.

Она огляделась. Все её вещи — аккуратно разложены по шкафам и полкам, будто какая-то невидимая горничная заботливо расставила всё по своим местам. Даже зарядка от телефона лежала на тумбочке.

Слегка ошарашенная, Алина прошла за ширму, скинула одежду и переоделась в мягкие шорты и футболку. Вернувшись, она осторожно отодвинула Пурримона, забралась под одеяло и устроилась поудобнее.

— Ты ведь и правда говоришь, да? — спросила она вполголоса, глядя в кошачьи глаза.

— Когда хочу — говорю. Когда не хочу — мурлыкаю, — пробормотал Пурримон, зевая. — Сейчас… вот… не хочу…

Он прижался к её боку, свернувшись клубочком, и замурлыкал, будто в груди у него работал маленький моторчик. Мягкий, обволакивающий звук убаюкивал лучше любой колыбельной.

Алина думала, что долго не сможет уснуть — слишком много нового, слишком много странного. Но под тихое урчание, среди тёплых простыней, в комнате, где пахло магией и сном, глаза сами собой начали слипаться.

И прежде чем она успела что-то ещё подумать, провалилась в глубокий, тёплый и почти волшебный сон.

Сон подкрался мягко, как пушистая лапа Пурримона, и в первые мгновения казался вполне обычным. Алине снилось, как она снова стоит за стойкой своей любимой кофейни — аромат свежеобжаренных зёрен витал в воздухе, посуда звенела, заказ за заказом уходил в зал. Она привычно улыбалась постоянным клиентам, поправляла передник, вытирала пену с чашки латте… Всё было так знакомо, так спокойно.

Но затем дверь кофейни распахнулась, и внутрь вошла Баба Яга.

Та самая — с сальными седыми волосами, узловатыми пальцами, в выцветшей шали и с глазами, в которых таилась древняя, холодная мудрость. Люди в кофейне замерли, а потом исчезли, как мыльные пузыри. Алина осталась одна, и пол под её ногами начал дрожать.

Шум кофемашины сменился глухим гулом. Всё потускнело, цвета выцвели, а из щелей между плиткой на полу начал просачиваться густой фиолетовый дым. Он обвивал ноги Алины, поднимался выше, колыхался, будто был живым существом. В нём вспыхивали серебристые молнии — короткие, звенящие, как стеклянный смех.

Яга протянула к Алине руку — длинную, сухую, как коряга. Алина попятилась, но за спиной уже не было стойки, не было стен, только станция метро. Та самая. Заброшенная. Без названия. Под потолком висел мерцающий знак — символ, который она не понимала, но чувствовала, как он пульсирует у неё в груди.

Вокруг летали магические всполохи — сиреневые искры, резкие как вспышки старой фотоплёнки. Они сновали туда-сюда, сталкивались, сливались, вырисовывая в воздухе замысловатые знаки. Кто-то шептал на неизвестном языке — то ли предостережения, то ли заклинания.

— Ты уже здесь, — раздался шёпот Яги, и голос её был одновременно старым и вечным. — Пришла. Поздно. Или слишком рано?

Алина хотела закричать, но фиолетовый туман наполнил ей рот, лёгкие, мысли. Всё растворилось — и Яга, и станция, и всполохи...

Только серебристая молния осталась — вспыхнула прямо у неё перед глазами. И в ней, как в зеркале, мелькнуло лицо Макара. Серьёзное. Уставшее. Грустное.

— Проснись, — сказал он. — Пора.

Дорогие читатели! Приглашаю в новинку нашего Литмоба

Валя Нэй

“Леди под маской”

Меня зовут Леона Гладери-Шоран. Моя бабушка - та, кого называют Железной леди за характер и за амбиции в политике. Ради этих амбиций она готова пожертвовать даже единственной наследницей. Теперь мне предстоит поступить на боевой факультет и втереться в доверие к принцу. Мне придётся носить маску.

Влюбленная девушка. Глуповатая леди. Жёсткая стерва.

Какая из этих личин - моё истиное лицо? Теперь уже и самой сложно вспомнить. Кажется, я потеряла себя в океане лжи и притворства. Надеюсь, у меня будет шанс спастись.

Кто подарит его мне? Наследник престола или его злейший враг?

https://litnet.com/shrt/PigS

Глава 10

Алина проснулась от мягкого тычка в щёку — что-то теплое и пушистое настойчиво терлось о кожу, сопровождая свои действия низким, уверенным мурлыканьем. Она приоткрыла глаза и уткнулась взглядом в круглую морду Пурримона. Кот торжественно воззрился на неё, словно проверяя, действительно ли она пришла в себя.

Комната окутана была полумраком — утро только-только просыпалось за окнами, пробивая светом тонкие шторы. Потолок, светлые стены, тяжелые деревянные шкафы, аккуратно разложенные вещи, и магический легкий запах — что-то между лавандой, старой бумагой и разогретым медом — всё это было реальным. Не сном. Не галлюцинацией.

Алина провела рукой по лицу, глубоко вздохнула и слабо улыбнулась.

— Спасибо, пушистик, — прошептала она, гладя Пурримона между ушами. Тот довольно закрыл глаза, выгибаясь навстречу ладони.

— Где тут можно умыться и зубы почистить? — спросила она, все ещё не веря, что говорит это… волшебному существу.

— Сейчас всё покажу! — бодро отозвался Пурримон и ловко спрыгнул с кровати.

Алина быстро натянула шорты и футболку, схватила полотенце, зубную щётку и косметичку, затем выскользнула из комнаты следом за котом, едва поспевая за его юркой походкой. Мраморный коридор отражал их шаги, потолочные светильники загорались по мере их приближения.

Вскоре она привела себя в порядок — холодная вода быстро вернула ощущение реальности, и Алина, подставив лицо под струю, стиснула зубы, а потом даже хихикнула. Она здесь. Это её утро. И здесь пахнет не только магией, но и жизнью.

Они вернулись на кухню, и сразу же Алина услышала голоса.

Макар и Макс стояли у длинного деревянного стола, уставленного книгами, и горячо спорили. Макара можно было узнать даже со спины — высокий, прямой, в длинном пальто с серебристым отливом. Его голос — глухой, властный — звучал почти угрожающе.

— Нельзя использовать старую версию формулы, — говорил он. — Сигнатура тянет Тень. Ты же сам это видел.

— Если изменить ключевые знаки в последнем круге, — возражал Макс, — это заклятие станет безопасным. Нужно просто стабилизировать поток.

— Нужно не «просто», а точно, — рявкнул Макар. — Иначе всё опять рухнет.

А рядом с ними, облокотившись на край стола, сидела девушка. С первого взгляда она выделялась — словно эпизод из сна, всё ещё не выветрившегося из головы Алины. Та самая — Катя.

Она была яркой и дерзкой, будто вызов самому воздуху. Ярко-бирюзовые волосы с фиолетовым отливом распадались острыми прядями на плечах, контрастируя с тёмным худи с капюшоном, накинутым на голову. Из-под рваных джинсов виднелись спортивные кеды с разными шнурками, а в руках она держала большую кружку, от которой поднимался пар.

Катя лениво водила пальцем по ободку чашки и с лёгкой усмешкой наблюдала за спором. Она взглянула на Алину — и в этом взгляде было всё: интерес, ирония, возможно, немного сочувствия и вызов. Настоящая хищница в мире магии.

— О, ты проснулась, новенькая, — сказала она, качнув ногой. — Поздравляю. Первый день — самый жесткий. Дальше будет не легче, но привыкаешь.

Алина остановилась на пороге, немного растерявшись.

— Эм… Привет.

Пурримон в это время, как ни в чём не бывало, вскочил на стол и ткнулся носом в чашку Кати.

— Катя, ты обещала вести себя нейтрально. Хотя бы первую неделю, — проворчал он, усаживаясь между книг.

— Это и есть нейтрально, — фыркнула девушка. — Я даже добрая. Просто без глупых иллюзий.

Макар не обернулся, лишь буркнул:

— Хватит. Мы обсуждаем серьёзное. Если мы снова допустим ошибку, призыв откроет брешь. Мне не нужно повторения прошлого.

— Доброе утро! — вдруг с облегчением в голосе воскликнул Макс, отвлекаясь от спора. — Как спала?

— Быстро… — ответила Алина. — И крепко. Спасибо.

— Отлично. Тогда с завтраком разберёмся, и двинемся к куратору. А это Катя. Твоя однокурсница. Она… хм… особенная.

— Я слышу, — не оборачиваясь, сказала Катя. — И слава богам, что особенная. Однотипных лиц здесь и без меня хватает.

Алина чуть растерялась, но всё же слабо улыбнулась. Она чувствовала, как закипает внутри что-то новое — смесь тревоги, предвкушения и острого интереса. Мир, в который она попала, был опасен, странен и прекрасен. И только начинался.

Алина молча допила чашку кофе. Он уже остыл, но всё равно казался обволакивающе тёплым — возможно, дело было не в температуре, а в атмосфере. Завтракать совершенно не хотелось. Желудок будто затянут был тугим узлом, и внутри всё гудело — от перенасыщения событиями, от неуверенности, от ожидания.

— Пора, — бросил Макар, резко обернувшись к двери. Его плащ, как у тени, метнулся за ним.

Вся компания — Макар, Макс, Катя, Алина и, само собой, Пурримон — направилась по длинному коридору, стены которого были украшены странными гравюрами: пентаграммы, символы стихий, портреты людей, у которых в глазах мерцали звёзды.

Катя шла немного в стороне, покачивая бедром и глядя вперёд с тем выражением, которое обычно бывает у тех, кто знает гораздо больше, чем говорит. Макс что-то тихо насвистывал, а Пурримон обогнал всех и важно семенил впереди, будто сам вел экскурсию.

Дверь аудитории захлопнулась за их спинами, и воздух внутри показался чуть плотнее — будто всё здесь было насыщено остатками заклинаний и мыслей, витавших в пространстве.

Макар повернулся к Алине, его голос зазвучал глухо, но отчетливо:

— С этого дня ты начинаешь новую жизнь. У тебя будет куратор.

Алина, не совсем зная, как реагировать, только выдохнула и тихо спросила:

— Кто?

В уголках губ Макара промелькнула злая усмешка. Плечи его распрямились, а глаза полыхнули странным светом.

— Я.

Пауза повисла в воздухе, и Алина непроизвольно сглотнула. Образ куратора представлялся ей чем-то более… дружелюбным. Может, вязаный жилет, чай с мятой. А не этот человек с лицом, будто вырезанным из гранита.

— Потому что магов слишком мало, — добавил он. — Я не могу позволить тебе ошибаться.

— Обещаю... стараться, — обречённо кивнула она, пряча руки под парту, чтобы не было видно, как сжимаются пальцы.