— Тогда не позволяй им почувствовать меня, — твёрдо сказала она.
— Знаешь же, земля Лхасы уже мешает мне различать их. — Мурасамэ чуть наклонил голову, и в его голосе послышалось раздражение. — Даде тебя она позволяет скрывать не полностью. Я смогу приглушить твою энергию, но не стереть её. Это как пытаться спрятать костёр под одеялом: дым всё равно остаётся виден.
— Этого достаточно.
— Ты слишком самоуверена.
— А ты слишком осторожен.
— Я древний и мудрый.
— Ты старый и ворчливый. — Скарлет улыбнулась, и в её голосе послышалась привычная насмешка. Она наконец обернулась к нему, и в её глазах плясали искорки, которые всегда появлялись, когда она была готова спорить.
— Это разные вещи, — фыркнул Мурасамэ, и его перья слегка приподнялись, словно от возмущения.
— Для меня — нет.
Мурасамэ фыркнул ещё раз, но в этом звуке слышалась тёплая нотка. Он знал, что не сможет переубедить её. И, возможно, не хотел. Скарлет всегда была такой: дерзкой, бесстрашной — это было частью её натуры. Частью того, что делало её сильной. Частью того, что когда-то привлекло его к ней: древнего ворона, который повидал слишком много, чтобы удивляться, но всё ещё способного восхищаться.
— Если я почувствую угрозу, я заставлю тебя сразу же уйти оттуда, — предупредил он, и его голос был твёрдым, почти приказным. — Не спрашивая. Не советуясь.
— Если ты сделаешь это слишком рано, я выставлю тебя на всеобщее обозрение. — Скарлет склонила голову набок, и её губы тронула дерзкая улыбка. — Представь: говорящий ворон появляется из ниоткуда. Торговцы будут в восторге, дети будут показывать пальцем. А ты будешь мечтать о том, чтобы провалиться сквозь землю.
— Ты не посмеешь, — возразил Мурасамэ, но в его голосе уже не было уверенности.
— Мурасамэ, я однажды заставила тебя просидеть три часа на вывеске чайной, пока ты изображал декоративную птицу. — Она чуть прищурилась, и в её глазах заплясали смешинки. — И, заметь, ты не жаловался. По крайней мере, вслух.
— Это была стратегическая позиция, — важно заявил он, и его перья снова взъерошились. — С вывески был отличный обзор. Я контролировал всю улицу.
— Ты клевал семечки.
— Стратегическое питание.
Скарлет не удержалась от, тёплой улыбки, которая на секунду стёрла с её лица все тревоги. Она шагнула к подоконнику и легонько коснулась пальцем его крыла, почти невесомым движением.
— Хорошо, хорошо, — сказала она. — Тогда ты будешь защищать меня от опасностей, а я буду спасать тебя от скуки. Идёт?
Мурасамэ наиграно щёлкнул клювом, но по этому жесту Скарлет видела, что он был доволен, хоть и не хотел этого показывать.
— Я бы предпочёл, чтобы ты не делала всего этого, — проворчал он. — Моя репутация древнего и мудрого существа страдает.
— Не обещаю, — сказала она, и в её голосе снова зазвучала дерзость, которая всегда помогала ей держаться.
***
Номер, который занимали Мако и Асами, был одним из самых больших в гостинице «Хироши Сато». Просторная комната с высоким потолком, большим окном и двух спальной кроватью. Стены выкрашены в мягкий бежевый цвет, на полу толстый ковёр с тибетским орнаментом: переплетающиеся драконы и цветы лотоса, вытканные золотыми, красными и синими нитями. Тяжёлые портьеры приглушали утренний свет, создавая уютный полумрак. С улицы доносились голоса торговцев и звон колокольчиков.
Асами проснулась первой. Она лежала на боку, глядя на спящего Мако. Его лицо было спокойным, без той напряжённости, которая обычно появлялась днём. Его тёмные волосы были растрёпаны, несколько прядей упали на лоб, и в этом была какая-то особая, почти мальчишеская уязвимость. При виде этой картины она улыбнулась и тихо вздохнула положив голову ему на плечо. Она любила эти моменты, когда мир был тихим и спокойным, и они были только вдвоём, когда ничто не нарушало их маленькое убежище.
Но тут же внутри шевельнулся холодок. Она знала, что это не продлится долго. Знала, что скоро он проснётся и снова станет тем Мако, который принадлежит долгу, поискам, Люциферу. И ей придётся делить его с миром, который всегда будет важнее неё.
— Ты уже проснулся? — прошептала она, касаясь губами его ключицы.
— Проснулся, — ответил он, обнимая её одной рукой и притягивая ближе. Его голос был низким, хрипловатым со сна. — Как я мог продолжать спать, когда рядом такая красивая девушка?
Асами усмехнулась, поднимая голову и глядя на него с лёгкой насмешкой: — Лесть тебе не поможет, Мако. Ты просто хочешь, чтобы я не заметила, что ты снова думаешь о своих делах. О той, которую ищешь. О Люцифере. И обо всём, что происходит за пределами этой комнаты.
— Я думаю о тебе, — он приподнял её подбородок и поцеловал в лоб. — О том, как прекрасно ты пахнешь этим утром. О том, как я хочу, чтобы оно длилось вечно.
Её сердце забилось быстрее. Она любила, когда он был таким: нежным, открытым, заботливым. Это были редкие моменты, когда она чувствовала, что принадлежит ему полностью.
— Мако, — прошептала она, прижимаясь к нему ближе. — Я так тебя люблю. Иногда мне кажется, что я не выдержу этой любви и она сожжёт меня изнутри.
— Ты выдержишь, — он поцеловал её в макушку. — Потому что ты сильная. Ты всегда была сильной. Даже когда ты не верила в это. А я всегда буду рядом.
Она провела пальцами по его волосам, но улыбка стала мягче. Она чувствовала его тепло, его дыхание, его присутствие. И в этот момент всё остальное переставало иметь значение.
— Ты опять плохо спал? — Она заметила тени под его глазами.
Мако ответил не сразу. Его ресницы дрогнули, и он приоткрыл глаза — только наполовину, словно даже это требовало усилий.
— Я спал достаточно.
— Это не ответ. — Асами нахмурилась, и её пальцы замерли на его виске.
— Я слышал Люцифера ночью.
— Он снова ходил по коридорам?
— Несколько раз. —Мако задумался. — Четыре. Может, пять. Я сбился со счёта.
Асами тихо вздохнула. Она знала, что Люцифер не спал уже несколько ночей подряд. Видела его в коридоре, когда выходила за водой: он стоял у окна, глядя на горы, и его лицо было таким напряжённым, будто он пытался разглядеть что-то за горизонтом.
— Он всё ещё уверен, что найдёт её? — спросила она, хотя уже знала ответ.
— Он не позволяет себе думать иначе. — Мако повернул голову, и его взгляд стал внимательнее. — Если он перестанет верить, он сломается. И мы не можем этого позволить.
— А ты?
Мако посмотрел на неё. В его взгляде появилась привычная сдержанность, но Асами знала его слишком хорошо, чтобы принять её за безразличие. Она видела, как он сжимает челюсть, когда говорит о поисках и как его плечи напрягаются, когда Люцифер упоминает сестру. Как он отводит взгляд, когда говорит, что верит в успех.
— Вчера он чётко почувствовал её, — сказал Мако, и его голос был тихим. — Этот след нельзя полностью списать на совпадение. Так что да, я верю, что мы близки.
— Но ты боишься, что всё таки вы можете ошибаться. — Это был не вопрос, просто констатация факта.
— Боюсь, что если это действительно она, мы можем напугать её. — Он помолчал, и его взгляд стал задумчивым. — Ведь то, что для нас это многолетние поиски, для неё может показаться угрозой от незнакомцев. Она не знает нас. Не знает, что мы хотим помочь. И если мы поступим неправильно, это... — он запнулся, подбирая слово, — ...это может закончиться плохо.
Асами легонько коснулась его щеки и Мако на мгновение закрыл глаза, словно позволяя себе на секунду расслабиться.
— Ты не обязан каждый раз брать всю ответственность на себе.
— Но кто-то из нас должен.
— Почему обязательно ты?
Мако накрыл её руку своей, и его пальцы были тёплыми, чуть шершавыми.
— Потому что я могу.
Она снова нахмурилась, но в её глазах не было упрёка. Только забота.
— Мако, не забывай, что ты тоже имеешь право устать. Ты не обязан быть сильным. Не обязан тащить всё на себе. Иногда можно просто быть слабым и позволить мне позаботиться о тебе.
— Рядом с тобой я не устаю.
— Опять лесть. — Она покачала головой, но уголки её губ дрогнули.
— Работает?
— Пока нет. — Она склонила голову набок, и её волосы скользнули по плечу, задев его руку. — Но продолжай. Мне нравится смотреть, как ты стараешься.
Он медленно провёл рукой по её спине, чувствуя, как она дрожит от его прикосновений. Его дыхание участилось, и он уже собирался поцеловать её, но их прервал стук в дверь. Три коротких, резких удара, таких же, какими Люцифер всегда выбивал свой ритм на любой двери. Мако мгновенно изменился: сонная мягкость исчезла, плечи напряглись, взгляд стал острым. Он сел на кровати, и его рука машинально скользнула к тумбочке, туда, где лежал телефон.
— Это Люцифер, — сказал он.
— Ты даже не спросил.
— Я его узнаю всегда. Он стучит так, словно каждая дверь ему задолжала. — Он вздохнул, и Асами почувствовала, как его тело слегка напряглось. — Похоже, он ждёт нас на завтраке. Мы должны идти, если мы опоздаем, он начнёт ходить по комнате и обвинять меня в том, что я разрушил его тщательно продуманный план.
— Теперь будет. После того как он придумает, почему мы виноваты.
Асами вздохнула и отстранилась, чувствуя, как внутри поднимается разочарование. Она хотела, чтобы этот момент длился вечно. Но знала, что это невозможно. Люцифер был не просто другом, для Мако он был как брат.
— Ты всегда думаешь о других, — сказала она, и в её голосе не было обиды, только понимание. — И это одна из причин, почему я тебя люблю.
— Прости, — он улыбнулся и поцеловал её в нос.
— Давай собираться. Нам нужно поесть и выпить чай, иначе я не смогу думать о чём-то, кроме еды.
Мако поднялся с кровати и начал одеваться. Тёмно-синие джинсы, простая белая футболка из мягкого хлопка, поверх лёгкая кожаная куртка тёмно-коричневого цвета. Волосы, каштановые и слегка взлохмаченные, он попытался уложить рукой, но одна прядь упрямо выбивалась.
Асами выбрала длинную юбку цвета слоновой кости, которая мягко струилась при каждом движении, и простую блузку с V-образным вырезом. Заплела длинные чёрные волосы в небрежную косу, оставив несколько прядей обрамлять лицо. Вдела маленькие серебряные серьги, подарок Мако на прошлый день рождения.
— Ты выглядишь потрясающе, — сказал Мако, когда она повернулась к нему. — С каждым днём всё красивее. Как ты это делаешь?
— Это всё твои комплименты, — улыбнулась она. — Они действуют как зелье. Ты должен быть осторожнее, если продолжишь в том же духе, я привыкну и перестану краснеть.
— Я попробую, — он усмехнулся. — Ведь мне слишком нравится видеть, когда ты краснеешь.
Они вышли из комнаты и направились вниз, на террасу, где их уже ждал Люцифер. Терраса выходила на восток, оттуда открывался вид на горы. Вершины, покрытые вечными снегами, сверкали в утреннем солнце, их отражение дрожало в чистом, прозрачном воздухе. Лёгкие облака цеплялись за вершины, создавая ощущение, что горы касаются неба. Воздух был прохладным и свежим, с лёгким горным ароматом: смесь снега, камня и сухой травы. На террасе стояли несколько столов с белыми скатертями, на каждом глиняные чашки и кувшины с водой.
Люцифер сидел за столом, попивая чай и глядя на горы. Он был одет во всё чёрное: простая, но дорогая рубашка, брюки, идеально сидящие, лёгкая куртка, подчёркивающая мускулистую фигуру. Его алые глаза на солнце казались почти рубиновыми, и в них отражались горы.
— Опаздываешь, — заметил Люцифер. Его голос был ровным, но в нём слышалась лёгкая усмешка. — Опять утренние нежности?
— Мы пришли вовремя, — парировал Мако, садясь напротив друга. — Но я знаю, что ты по мне скучал, поэтому мы поторопились.
— Для обычного человека возможно и вовремя. Но для человека, который должен был быть здесь десять минут назад, нет.
— Ты считал?
— Разумеется. Я всегда считаю, особенно когда дело касается тебя.
Асами села рядом с Мако и взяла чашку. Её коса скользнула по плечу, задев край стола, и она машинально поправила её быстрым, привычным движением.
— Знаете, вы оба похожи на старую супружескую пару.
Люцифер наконец посмотрел на неё. В его глазах мелькнула улыбка, редкая и короткая, но настоящая.
— Он слишком упрям, чтобы быть хорошим супругом. — Сказал Люцифер.
— А ты слишком тревожный, — парировал Мако — Выпей хотя бы чай. Ты опять ничего не ел.
— Я не голоден.
— Ты говорил это вчера. И позавчера. И, кажется, всю прошлую неделю.
Асами поставила перед Люцифером тарелку с рисом, с ломтиками манго и веточкой мяты.
— Ешь, — сказала она, и в её голосе слышалось твёрдое указание.
Он посмотрел сначала на неё, потом на Мако. В его глазах промелькнуло лёгкое раздражение, и ещё немного благодарности, которую он не хотел показывать.
— Вы сговорились? — спросил он, но в его голосе уже не было сопротивления.
— Нет, — сказала Асами, и её губы тронула едва заметная улыбка. — Просто у нас есть глаза. И мы видим, что ты таешь на глазах. А это, знаешь ли, не входит в наши планы.
Люцифер тяжело вздохнул, почти театрально, но взял палочки. Некоторое время они ели молча. Шум города постепенно становился громче: где-то внизу, на базарной площади, уже начали перекликаться торговцы, и их голоса сливались в один протяжный, гортанный гул. Пахло свежим хлебом и специями — эти запахи поднимались снизу, смешиваясь с горным воздухом.
— Вчера её энергия была ярче, чем за последние годы.— Мако внимательно следил за Люцифером. — Ты чувствуешь е сегодня?
— Вчера я ощущал её в восточной части города. Почти мог дотронуться до неё.. — Люцифер кивнул, и его лицо стало серьёзным. Он отставил чашку и посмотрел на горы, словно искал в них ответ. — Но потом она снова исчезла, словно призрак. И сейчас у меня снова нет чёткого понимания того, где она.
— Что значит исчезла? — переспросила Асами.
— Как бы объяснить. — Люцифер чуть наклонил голову, подбирая слова. — Она стала недоступной. Будто кто-то накрыл её плотным покрывалом. Или спрятал за стеной.
— Я тоже чувствую это, — сказал Мако, и его голос был тихим, почти задумчивым. — Как будто её энергия просто перестала существовать для нас. Я пытаюсь дотянуться до неё, но... — он покачал головой, — ...как будто бился о стекло.
— Наверное, научилась скрывать свою энергию, — предположила Асами, и в её глазах зажёгся огонёк, который появлялся, когда она находила решение. — Я слышала, что старшие ученики в храме умеют так делать. Они медитируют годами, чтобы научиться становиться невидимыми для окружающих. Это не просто маскировка — это... — она помолчала, подбирая слово, — ...растворение. Они сливаются с миром, и их энергия становится частью всего вокруг.
Люцифер посмотрел на неё, и в его взгляде было виднелось удивление.
— Почему ты так думаешь? — спросил он.
— Просто если твоя сестра долгое время жила одна, она могла не хотеть, чтобы её нашли. Либо ей пришлось научиться защищаться таким образом. — Асами пожала плечами. — Люди редко скрываются без причины. И если она правда живёт в храме, у неё могли быть учителя, которые научили её этому. Это логично.
Эти слова заставили Люцифера замолчать. Он откинулся на спинку стула и посмотрел на горы, но его взгляд был рассеянным.
— Либо она просто не знает, что её ищет семья, и старается быть осторожной, — сказал Мако, стараясь сгладить напряжение. — Это не значит, что она прячется именно от нас. Она ведь могла уже привыкнуть жить одна. И теперь не ждёт, что за ней кто-то придёт.
— Вы правы, — тихо ответил Люцифер. Он смотрел в свою чашку, словно искал в тёмной поверхности чая ответ, который никак не находился. — Но это не делает поиски легче. Я ведь просто хочу рассказать ей, что она не одна. Объяснить, кто мы друг другу. Почему я не были рядом всё это время. Почему... — он запнулся, и его пальцы крепче сжали чашку, — ...почему всё сложилось так, как сложилось.
— Ты слишком торопишься, — мягко сказал Мако. — Если она почувствует твоё нетерпение, может спрятаться ещё глубже. Ей нужно дать время, поэтому позволь ей самой сделать первый шаг.
Люцифер кивнул, но в его глазах читалось напряжение. — А если времени у нас нет?
Мако нахмурился и его палочки замерли на полпути ко рту. — Что ты имеешь в виду?
Люцифер посмотрел на Мако долгим, тяжёлым взглядом, словно собирался с силами.
— Отец начинает терять терпение, — признался он, и его голос стал ещё тише. — Самаэль хочет, чтобы я нашёл её как можно скорее. Он думает, что я недостаточно стараюсь. Что я мог бы найти её быстрее, если бы приложил больше усилий. — Он усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. Только горечь. — Говорит, что я позволяю своим чувствам мешать делу.
— Ты делаешь всё возможное, — твёрдо сказал Мако, и его голос был резким, почти сердитым. — Ты ищешь её уже столько лет. Если Самаэль этого не понимает, это его проблема. Ты не должен позволять его давлению влиять на тебя.
— Легко говорить, когда тебя не ждёт отец, который считает каждую неудачу своим личным оскорблением. — Люцифер покачал головой, и в его глазах мелькнула усталость.
— Он не может превращать поиски дочери в приказ, — раздражённо произнёс Мако.
— Ты же знаешь, для него семья — это больше как долг. Обязанность. Ответственность. — сказал он тихо. — Он не знает, как по другому.
— А для тебя? — спросил Мако, и его голос был тихим, почти шёпотом.
Люцифер посмотрел на Мако долгим, изучающим взглядом. Потом медленно покачал головой.
— Нет. — Он помолчал, и его голос стал твёрже. — Благодаря Виктории я понял, что семья это место, куда хочется возвращаться, потому что там тебя точно поймут и поддержат. Поэтому я хочу увидеть свою сестру, знать, что она в порядке.
Мако положил палочки на стол и посмотрел на Люцифера с той серьёзностью, которая появлялась у него редко, но всегда была настоящей.
— Тогда не превращай поиски в погоню, — сказал он. — Ты хочешь вернуть сестру, а не напугать её.
Люцифер усмехнулся, но в его усмешке не было веселья, ведь он знал, что Мако прав.
— Ты прав. Спасибо, Мако. За то, что... — он не закончил, только махнул рукой, словно не находя слов. — Просто спасибо.
— Не благодари, — усмехнулся Мако. — Это моя работа. Терпеть твою паранойю и следить, чтобы ты ел.
— Ты забываешь, что я тоже слежу за тобой, — парировал Люцифер, и в его глазах мелькнула искра — та самая, которая появлялась, когда он был готов спорить.
— Ты следишь за мной? — Мако приподнял бровь. — И как успехи?
— Пока не очень. Ты слишком упрям, чтобы слушать советы.
— А ты слишком упёрт, чтобы их давать.
Асами, которая всё это время молча слушала, не выдержала и рассмеялась. Её смех прозвучал неожиданно в этой напряжённой атмосфере, и оба мужчины обернулись к ней.
— Простите, — сказала она, и её губы дрогнули. — Но вы действительно как старая супружеская пара. Я почти слышу, как вы обсуждаете, кто из вас забыл выключить свет в коридоре.
Люцифер и Мако переглянулись. Потом Люцифер неохотно фыркнул и Мако усмехнулся в ответ. Смех оказался коротким, но настоящим, и на несколько мгновений тяжесть исчезла. Даже горы, казалось, стали чуть менее холодными.
Асами смотрела на них и чувствовала тепло, ведь видела, как много эти двое значат друг для друга. Она понимала: их связь не была обычной дружбой. Это была опора, созданная годами испытаний, молчаливой поддержки, совместных побед и поражений. Они были братьями по духу и это помогало им держаться друг за друга, даже когда весь мир был против.
— Я рада, что вы есть друг у друга, — сказала она. — В мире, где так много злости, важно иметь того, кто останется рядом.
Мако посмотрел на неё.
— Ты тоже часть этого.
— Часть чего? — спросила она, и в её глазах мелькнуло удивление.
— Того, ради чего мы держимся. — Он помолчал, и его губы тронула едва заметная улыбка. — Ты мой свет в этой темноте. Без тебя я бы, наверное, давно сдался. Или сошёл с ума. Или и то, и другое.
Асами почувствовала, как предательское тепло поднимается к щекам, поэтому опустила взгляд, и её пальцы машинально коснулись края чашки.
— Если та закончил говорить красивые вещи, я пойду работать, — сказала она, и её голос был чуть более резким, чем она хотела. — Дела гостиницы сами себя не сделают. Мне нужно проверить комнаты, поговорить с новыми постояльцами, убедиться, что кухня готова к вечернему наплыву гостей. Иначе к ужину у нас будет не гостиница, а поле битвы.
— Конечно, — кивнул Мако, и в его глазах плясали смешинки. Он знал, что она прячется за делами, и это его забавляло.
Она поднялась из-за стола, и её коса скользнула по плечу. Но у выхода с террасы остановилась. — Мако.
— Да?
— Будь осторожен.
Он понял, что за этими словами скрывается больше, чем обычная просьба. Она знала, что он может не вернуться, если поиски заведут его слишком далеко.
— Буду.
— И возвращайся.
— Обязательно.
Асами ушла, и её шаги постепенно затихли в коридоре.
— У тебя хорошая девушка, — сказал Люцифер. — Видно, что она тебя любит.
— И я её люблю.
— Это тоже видно.
Мако посмотрел вслед Асами, на пустой проём двери, где она только что стояла. Потом перевёл взгляд на Люцифера.
— Она помогает мне помнить, что есть вещи важнее поисков. Важнее долга. Важнее всего остального. — Он помолчал, и его голос стал тише. — Поэтому я не хочу её потерять.
— И не потеряешь, — улыбнулся Люцифер. — Ты слишком упрям для этого.
— А ты слишком мрачен, чтобы давать советы о счастливых отношениях,— парировал Мако.
— Я наблюдателен, — сказал Люцифер, и его глаза блеснули.
— Ты ворчлив.
— Это разные вещи.
Мако рассмеялся, но затем его лицо снова стало серьёзным.
— Люцифер, мы найдём её. Я обещаю.
— Ты уже давал мне это обещание, — тихо сказал Люцифер, и в его голосе не было упрёка.
— И каждый раз сдерживал его. — Мако пожал плечами. — Насколько мог.
— Но пока мы не нашли её. — Люцифер отвёл взгляд, и его пальцы сжали чашку. — Пока мы не нашли её, это обещание, которое просто помогают держаться. Но не больше.
— Поиски ещё не закончены, — Он помолчал, и его голос стал твёрже. — И в этот раз я уверен, у нас всё получится.Не как в прошлый раз. Не как в позапрошлый. Мы найдём её. Сегодня. Или завтра. Или через неделю. Но мы найдём.
Люцифер отвёл взгляд. За стеной гостиницы город постепенно хлопнула дверь лавки, где-то на соседней улице залаяла собака, над крышами протрубил первый утренний поезд. Свет становился ярче, но от этого тревога не исчезала. Она лишь проступала резче, как тень на белой стене.
— Я верю тебе, — сказал Люцифер. — Всегда верил.
Мако кивнул и не сказал ничего. Но в этом молчании было больше, чем в любых словах.
***
После завтрака они вышли на прогулку. Лхаса уже полностью проснулась: улицы были заполнены людьми, торговцы выкрикивали свои товары, дети бегали по узким переулкам. В воздухе витал запах свежей выпечки, благовоний и цветов, которыми украшали город. Солнце поднималось всё выше, заливая улицы тёплым золотистым светом.
— Нам нужно проверить восточную часть города, — сказал Люцифер, поворачивая на главную улицу. Его глаза были напряжены, взгляд метался по сторонам, выхватывая из толпы лица. — Именно там её энергия была более осязаема.
— Хорошо, — согласился Мако, стараясь не отставать. — Но давай не будем привлекать слишком много внимания.
Люцифер ничего не ответил, просто кивнул и его шаг не замедлился.
Они зашли в небольшую лавку, где продавали сувениры: деревянные статуэтки, браслеты из бирюзы, шарфы из шёлка, резные шкатулки и молитвенные барабаны. Мако взял в руки маленькую статуэтку дракона, вырезанную из тёмного дерева, и повертел её в руках. Дерево было гладким, тёплым на ощупь, и он почувствовал, как внутри него отозвалась древняя сила — та, что текла в его крови.