– Мр-р? – удивился кот.
– Вот именно! – ухватился за собственную идею Иван. – На кой нам эти бабы?
Кот ткнулся пушистой головой в ногу, требуя еще чипсов.
– На, ешь. – Иван побольше надорвал пакетик и подсунул коту. Тот тут же зарылся в чипсы с головой и довольно захрустел. Иван осторожно погладил кота, проведя рукой от ушей до хвоста, и ощутил прилив хорошего настроения. – Решено! Ты идешь со мной. Ты рад?
– Мяу! – донеслось из пакета.
– Вот и отлично!
Пока кот, шурша пакетом, разбирался с чипсами, Иван неторопливо допил пиво, выбросил пустые бутылки и окурок в урну и вернулся к скамейке. Пустой пакет валялся позади скамейки, а кот сыто умывался. К его морде прилипли желтые крошки.
– Свинья ты, а не кот, – вздохнул Иван, подобрал пакет и отнес его в урну.
Кот спрыгнул со скамейки и, переваливаясь с боку на бок, последовал за Иваном. Иван наконец вспомнил, кого этот котяра ему все время напоминал. Ни дать ни взять – Чеширский Кот из мультика «Алиса в стране чудес».
– Ты идешь? – обернулся Иван.
Кот привалился к его ноге и, изогнувшись дугой, посмотрел вверх.
– Ну, пошли, раз так.
Неторопливой походкой Иван добрался до дому за пятнадцать минут. Кот все время следовал рядом, словно собачонка на поводке, вопросительно издавая «мр-р» каждый раз, когда Иван удостаивал его взглядом. Он будто спрашивал: «Ты хорошо подумал?»
Входя в подъезд, Иван придержал дверь, пропуская вперед себя кота. Тот, важно воздев хвост, гордо прошествовал мимо и быстро взбежал по лестнице на площадку первого этажа. Дождавшись Ивана, он опять пошел рядом.
В квартиру кот вошел первым, проскользнув мимо ног нового хозяина, и тут же принялся носиться по комнатам и углам квартиры, что-то вынюхивая и высматривая. Потом забрался в кресло и уставился на колбасу.
– Харя треснет, – предупредил его Иван разуваясь.
Кот облизнулся, но все-таки опустил голову, следя за Иваном одними глазами.
– Вот это правильно. – Иван прошел в зал и опустился в кресло напротив.
Обнаружив в бокале недопитое вино, он поднял его и опрокинул в рот. Поморщившись, взял кружок колбасы и отправил следом. Кот с голодным вожделением пристально наблюдал за его действиями. Видно, чипсы не пошли ему впрок.
– Ладно, на, – сжалился Иван над котом, протягивая ему другой кружок колбасы.
– Тогда уж и вина налил бы, – укоризненно заметил кот, подвигав ушами.
– Чего? – колбаса выпала из ослабевших пальцев застывшего с вытянутой рукой Ивана.
– Вина, говорю, налей, – кот сел, сверкнув глазищами. – Глухой, что ли?
– А! – коротко вскрикнул Иван, сползая с кресла на пол и отодвигаясь к стене. – Ты… говоришь?
– Эка невидаль! – рот у кота двигался синхронно словам, хотя все остальное оставалось совершенно неподвижным, и это выглядело несколько мультяшно. – К тому же это не повод елозить задом по полу.
– Ты кто? – Иван еще сильнее вжался в угол комнаты, заслоняясь рукой.
Кот молитвенно закатил глаза, затем округлил их, встал на задние лапы и ощерился, демонстрируя верхние резцы. Передние лапы он воздел над головой, выпустив когти и поиграв ими.
– Я белочка!
– Кто?! – Иван икнул и начал бледнеть.
– Ну, белочка, понимаешь? – Кот театрально вздохнул и опустился на все четыре лапы, нервно дернув пушистым хвостом. – Да ну тебя, ни грамма юмора. И встань с пола, прямую кишку застудишь – чихать будет.
Иван немного пришел в себя и осторожно перебрался с пола обратно в кресло, настороженно следя за котом.
– Кто ты? – опять спросил Иван.
– Да кот я, кот, успокойся!
– Говорящий?
– Так получилось, – неловко дернул плечами кот. – Пить-то будем?
– А… разве коты пьют? – Иван все еще не мог поверить в происходящее с ним.
– От такой жизни запьешь. Знаешь, как нам, котам, тяжело живется.
– Да уж, по тебе заметно. – Страх постепенно отпускал, и Иван позволил себе пошутить. – Вон, скоро харя трещинами пойдет.
– Попрошу без гнусных инсинуаций! – шерсть на загривке у кота встала дыбом, глазищи недобро сверкнули, но он быстро взял себя в руки, вернее, лапы. – Это у меня комплекция такая.
– Ясное дело, – еще больше развеселился Иван.
– Да ну тебя! – обиделся кот. Усы его печально обвисли. – Я думал, ты добрый, отзывчивый.
– А я думал, ты кот. Ладно, не надувайся, а то не только треснешь, но и лопнешь. – Иван взял бутылку и плеснул понемногу в два бокала. – Пей, – предложил он, пододвигая бокал коту под самый нос.
Тот, немного подумав, протянул лапу к тонкой ножке бокала и длинными когтями вцепился в нее. Сопя от натуги, он аккуратно поднес бокал к морде и принялся струйкой вливать вино в пасть. Правда, в пасть попадало гораздо меньше, чем проливалось на шерсть.
– Может, соломинку дать? – Иван, млея, наблюдал за потугами кота и продолжал подтрунивать над ним. – Или в блюдечко налить?
– Очень смешно! – досадливо фыркнул кот.
Вернув на стол пустой бокал, он принялся вылизываться.
– Тоже способ, – окончательно развеселился Иван. – Вот откуда, оказывается, произошло выражение «нализаться».
– Остряк-самоучка! – Кот протянул лапу к тарелке с колбасой, лихо подцепил когтем кружок и отправил его в пасть. Пожевал, прикрыв веки. – М-м, сто лет не ел!
– Угощайся, – предложил Иван, с умилением наблюдая за странным животным.
– Благодарствую, – отозвался кот с набитой пастью и стибрил еще один кружок, запихнув в пасть поверх первого. – Чавк, чавк. Мняу!.. А ый аой?