Фэнкуан: циклон смерти
— А-а-а! Помоги! Помоги мне! — закричал он, понимая, что в одиночку уже не справится.
Крик будто разбудил Алину. Она подскочила на ноги. Но что она могла сделать? Она сама еле двигалась от холода, у неё не было оружия, она была тощая и слабая. Один неадекват впился ему в воротник куртки, второй - в плечо. Парень догадался расстегнуть дублёнку, чтобы вывернуться, но тут подоспела та самая женщина. Он ударил её ногой в живот, и она отлетела к Газели, под которой лежала труба. Что произошло дальше и удалось ли ему отбиться, Алина не увидела, потому что снова побежала за лайкой. Они вновь выбежали на просоленную реагентами, но уже автомобильную дорогу и чуть не попали под машину.
***
Как только друзья сели в корейца и захлопнули двери, радио, забытое на той же волне, заиграло снова. Но вместо привычного залихватского балагура из динамиков полился ровный, бесстрастный голос, сообщающий совсем не праздничные новости:
— Внимание. Внимание. Внимание. На территории Москвы и Московской области введён режим чрезвычайной ситуации. Всем гражданам, находящимся вне помещений, надлежит немедленно найти закрытое убежище. Запрещается покидать жилые дома, служебные помещения и транспортные средства. Окна и двери должны быть надёжно и герметично закрыты.
Нахождение на улицах разрешено исключительно лицам со специальным разрешением. Граждане, подлежащие мобилизации, обязаны надеть герметичную одежду, полностью исключающую контакт кожи с внешней средой, и средства защиты органов дыхания (респираторы с экраном, противогазы). Если у вас нет указанных средств защиты, не покидайте текущее помещение и вывесьте на окно или балкон с внутренней стороны кусок ткани белого цвета. Ожидайте дальнейших инструкций. Адреса пунктов сбора объявляются по местным частотам и дублируются в SMS.
Запрещается любой контакт с лицами, проявляющими признаки неадекватного поведения, включая друзей и родственников. Таких лиц следует немедленно изолировать. На окно со стороны помещения необходимо вывесить кусок красной ткани таким образом, чтобы он был виден снаружи. При появлении симптомов недомогания — немедленно самоизолироваться и также вывесить красную ткань. За нарушение режима ЧС предусмотрена уголовная ответственность.
Повторяем: это не учения. Соблюдайте спокойствие и строго выполняйте инструкции.
Эфир после объявления замолк окончательно. Больше не играли попсовые новогодние треки, не лились дурацкие шутки, не было праздных новостей, слышался только белый шум.
Только Артём выехал с парковки на дорогу, как его телефон тут же завибрировал. Он сразу понял, что это было за сообщение. После такого объявления и удивляться не стоит. Но у него было другие планы. Для него сейчас на первом месте его друзья.
— Это как понимать? — Олег сейчас был белее снега, хлеставшего в стекло. Такие объявления не транслируют просто так, и до него наконец дошла вся чудовищность происходящего. Творилось куда более страшное дерьмо, чем он мог предположить.
— Не знаю, Олежа. Зайди, посмотри, что в пабликах творится, может, там хоть понятнее будет…
— ТВОЮ МААТЬ!
— ААААА!
Два взрослых мужика, уже с изрядно потрёпанными нервами, взревели в унисон. Олег лишь мельком увидел, как чьё-то тело перелетело через капот его корейца и исчезло за ним в снежной круговерти.
— Артём, ты чё? Человека сбил?
— Я хер знает, откуда он на дороге вылез! — Артём, до этого державший себя в узде, сорвался.
Оба выскочили из машины, не глуша мотор и не закрывая двери, отчего в салон тут же начал залетать снег. Артём первым подбежал к сбитому.
— Господи… Эй… э, чело… мужчина?
Человек лежал на боку в неестественной позе. На нём были лишь чёрная майка, мятые домашние штаны и чёрные носки, совсем без обуви и верхней одежды. Тело выгнулось так, что под тканью чётко проступал неправильный, острый угол в районе поясницы, торс скрутило в одну сторону, а ноги лежали плоско и безвольно, как будто ватой набитые.
— Бля, ты, походу, ему хребет переломал? — проблеял Олег, с ужасом разглядывая позу.
— Думаешь? — огрызнулся Артём, отряхивая с лица мокрый снег. — Сраный снег… Я тоже долбан, куда ж я так гнал… Я звоню в скорую…
— Эй, мужчина! — Олег заметил движение. Сбитый зашевелил рукой, загребая снег и укладывая ладонь на землю, будто пытаясь оттолкнуться. — Эй, вы как? Жёваный-бобаный, чё за дебильные вопросы я задаю…
— А скорая не отвечает! — с раздражением отчитался Артём.
— Ты прикалываешься?
— А похоже, что я прикалываюсь?
— Э-эй! — Олег наклонился ближе.
Мужчина резко повернул к нему лицо и зашипел, обнажив испачканные чем-то тёмным зубы.
— ХСССС!
— Твою маааать! — Олег отпрыгнул, поскользнулся на пятке и слегка ударился затылком о фару машины, но боль тут же потерялась в волне чистого испуга.
— Это ещё что за дерьмо? — Артём убрал телефон от уха и ошарашенно уставился на мужика.
Тот был мертвенно-бледным, с краснющими глазами. Но пугало не только это. Весь рот и шея были залиты тёмной, уже подзапёкшейся кровью, которую снег лишь слегка размочил в багровые, отвратительные разводы. Крови было слишком много, чтобы это оказалось внутренним кровотечением или последствием удара их машиной.
— Ар-тём… Я чё, сплю?
Мужик не собирался просто лежать. С хриплым, булькающим звуком он начал активно загребать снег своей целой рукой, подтягивая искореженное тело в сторону Олега. Разумеется, со сломанным позвоночником дело шло туго, но он упорно полз, оставляя за собой на снегу кровавую борозду.
— Вы бы не двигались, — забормотал Олег, отползая от приближающегося к нему тела и не в силах отвести от него взгляд. — Мы сейчас скорую вызовем…
— Олег, походу, ему скорая уже не поможет, — глухо произнёс Артём, глядя на неправильный изгиб позвоночника и те мутные, лишённые разума глаза.
— Ты чё?! Ты посмотри на него!
— Олег, вставай! — Артём уловил движение справа.
Позади них раздался отчаянный, протяжный рёв клаксона. Кто-то жёстко вдавил гудок и мчал на полном ходу прямо к ним. Олег успел лишь вжаться в капот, как в трёх метрах от него, едва не задев ползущего мужика, пронеслась легковушка. Она проигнорировала светофор, но задела какого-то человека около него. А тот от удара крутанулся вокруг своей оси и упал в снег, более не поднимаясь. Сама же тачка круто рванула за угол, чуть не завалившись на бок, и исчезла в снежной пелене..
— Олег, вставай! — Артём, не выдержав, грубо поднял друга за локоть. — В тачку! Быстро!
Олег, ковыляя к сиденью, проследил за взглядом друга и увидел впереди, сквозь густую завесу снега, четыре пошатывающихся силуэта. Сказать, что они были далеко, нельзя: метров пятнадцать, наверное. Но из-за метели невозможно было разглядеть ничего, кроме странных движений, будто четверо бухариков раскачивались в их сторону. Артём силком втолкнул Олега на пассажирское сиденье.
— Пристегнись, — бросил он, уже обходя машину и бросая взгляд на сбитого мужика, который всё ещё пытался до них доползти. — Олег, возьми телефон, посмотри, что в соцсетях пишут. И набирай мужиков… — скомандовал Артём.
Он запрыгнул в корейца и поспешил убраться с этой улицы.
Олег сидел, уставившись невидящим взглядом в лобовое стекло, по которому ползли густые белые хлопья, сменяя друг друга. Его руки мелко и неконтролируемо задрожали, будто кто-то включил в них невидимый моторчик, и он не мог это остановить.
— Олежа? Олежа, дружище! — Артём понимал, что у друга сейчас настоящий шок, уже собирался отхлестать его по щекам, но услышал странное, глубокое клокотание у того в животе. Друг неестественно сглотнул, его лицо перекосила судорога.
— Твою мать...
Олега вывернуло. Спазмы выплеснули содержимое желудка на его же штаны и часть торпеды. Его тошнило мучительно долго, минуту, а может и больше, и Артём сам с трудом сдерживал подступающую тошноту, стискивая зубы. Он едва вздрогнул, когда молчащее радио снова ожило и тем же бесстрастным голосом повторило сообщение о режиме чрезвычайной ситуации.
— Дай... водичку... — прохрипел Олег, вытирая рот тыльной стороной ладони.
Артём достал из карманчика двери бутылку воды и протянул Олегу. Тот отпил несколько жадных глотков, осушив почти половину тары. А пока он пил, его взгляд непроизвольно скользнул вправо, к ярко и по-новогоднему украшенному магазину цветов, где в сиянии жёлтых гирлянд застыла безобразно жуткая картина. Двое людей, сидя на коленях в снегу, с усердием разбирали на части чьё-то уже бездыханное тело. Олег невольно встретился взглядом с тварью, которая, низко наклонившись, обгладывала кисть руки, словно куриное крыло. Он резко зажмурился, отвернулся и затрясся, чувствуя, как по спине пробегают ледяные мурашки.
— Похоже, ты был прав… Зомби-апокалипсис, мать его за ногу…
— Я не понимаю… — хрипло прошептал Олег. Всё произошедшее плохо укладывалось у него в голове. Ведь одно дело шутить об этом, а совсем другое - переживать.
Олег открыл бардачок, вытащил пачку влажных салфеток и начал вытирать руки, затем принялся за испачканную торпеду. Чистыми, всё ещё дрожащими пальцами он взял свой телефон, и в тот же миг экран вспыхнул - это звонил Ромка. Он ткнул в кнопку громкой связи.
— Мужики! — из динамика хлестнул знакомый голос, сдобренный паникой.
— Рома… тут такой пиздец начался… — начал было Олег, но его тут же перебили.
— Пиздец - это не то слово! Мужики, блядь, слушайте! Езжайте ко мне, срочно! Мы в жопу попали, конкретно! У нас тут какой-то… настоящий зомби-апокалипсис! Мы в гримёрке заперлись, выйти не можем! Ни полиция, ни МЧС, ни скорая, никто не отвечает! Нам тупо не выбраться! — Рома тараторил, словно заведённый, слова лились сплошным потоком, без пауз и передышек.
— Стоп… Что? — переспросил Олег, его мозг с трудом обрабатывал этот водопад информации.
— Что «что»?! Я ж говорю, блядь… короче, у нас за дверью две, а может уже и больше, этих… невменяемых тварей! Бабы… Бабы хотят нас растерзать! Они хотят нас сожрать, я не шучу! Мы заперлись, отбиться нечем! Нам помощь нужна реальная!
— Минут через двадцать будем, — коротко бросил Артём, уже прокладывая в голове маршрут. Он в отличие от Олега смог мобилизовать свои моральные и психические ресурсы. — Серёгу наберите, скорее всего у него тоже проблемы.
Олег кивнул, пальцы побежали по экрану, добавляя контакт друга в общую конференцию. Через несколько секунд в динамике раздался новый голос.
— Парни… — произнёс Серёга. — Новый год отменяется.
— Серёга… Ты тоже столкнулся с неадекватами? — спросил Олег, уже догадываясь об ответе.
— Да. Ко мне нельзя.
— Почему?
Тишина затянулась на пару тяжёлых секунд.
— Дед… С дедом что-то не так. Я его запер в его комнате.
Олег и Артём встретились взглядом.
— Серый, собирай вещи первой необходимости, документы возьми, наличку если есть. Мы сейчас Рому вызволим и за тобой заедем.
— Я никуда не поеду… Как я его оставлю? Одного?
Все замолчали. В динамике слышалось только тяжёлое дыхание Ромы, перемежающееся с чужими мужскими голосами, какими-то шорохами и далёкими ударами.
— Мы к тебе подъедем, наверное, через час-полтора, как получится… Все вместе… И будем думать… — Олег говорил медленно, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Ром, а нам как к тебе попасть-то?
— С чёрного входа, мужики! — снова затараторил Рома. — Там, где выход на шестнадцатиэтажки! Не с главной улицы! Там полнейшая срань! Вас там до костей обглодают! Только будьте осторожны, надо чем-то обороняться… Тёмка, ты после службы, кажется, что-то закупал?
— Да, но если тебе срочно нужна помощь, то пока я домой заеду… времени много уйдёт…
— Дерьмище!
— У меня есть монтировка, гаечный ключ… — Начал вспоминать Олег. — О, стоп, и карбоновые клюшки для гольфа в багажнике уже сто лет лежат. Лика подарила… БЛЯТЬ, ЛИКА!!!!
Олег сбросил конференцию, зашёл в последние входящие и нажал на контакт своей девушки.
— Бля, бля, бля…
Артём резко затормозил. Олег от неожиданности выронил смартфон прямо в наблеванную лужу на полу.
— Да грёбаный сыр! — Он скорчился и посмотрел укоризненно на Артёма. А потом - на худющую девушку с волосами-сосульками, которая положила руки на капот и испуганно уставилась на мужиков.
— Это? Зомби? — Проблеял Олег.
— Па-па-памагитеее! — Девушку трясло от холода, губы посинели, сама она едва держалась на ногах. В сорока метрах Артём расплывчато разглядел пошатывающиеся силуэты и понял, что девушка убегала от них. А ещё он увидел странное движение совсем внизу капота, как будто кто-то машет кисточкой.
— Садитесь! — крикнул Артём, опуская стекло.
Девушка обрадованно кивнула и запричитала что-то благодарное. Она открыла дверь машины, но вместо неё на заднее сиденье метнулось что-то пушистое.
— Воу-воу! — парни сначала испугались, а потом увидели милую лайку, которая тут же забилась в угол и жалобно заскулила.
— С-спасииибо вам! — Девушка устроилась рядом с собакой, обнимая себя за тощие плечи и стуча зубами.
Артём окинул её взглядом: она убегала откуда-то даже не одевшись, бежала по снегу босая! Он снял с себя куртку и протянул ей.
— Накиньте! Сейчас согреетесь! Печка работает!
Девушка открыла рот, не веря такому везению.
— Мужики, спасибо вам! Спасибо! Если бы не вы…
Артём поехал дальше, а Олег достал свой телефон из зловонной жижи, снова пустил в ход салфетки, стараясь побыстрее очистить гаджет.
— Я Алина… — представилась девушка, кутаясь в куртку.
— Я Артём, это Олег. А собака ваша?
— Нет… соседская… но вот сплотились… по несчастью.
— Что случилось?
— Я… Я… — Алина начала всхлипывать, закрывая лицо руками.
— Алло! Алло! Лика! — Олег заголосил в трубку. Артём мог расслышать тоненький, но неразборчивый голосок Лики.
— Боже… Детка моя… Где ты? Что? БЫЫЫЛЯЯЯТЬ! — Олег посмотрел на Артёма, который был сосредоточен и объезжал две столкнувшиеся машины.
— Что там?
— Они в «Полисе»… Заперлись в салоне красоты, в раздевалке… Лика и Ленка…
Артём выдохнул через нос. Ну что за день сегодня такой? Ведь они находились в одно время в одном месте и так глупо разминулись…
— Зайка… Зайка, послушай… Да-да, я понимаю… Да… Послушай… ДА, Я… Я не…
Артём вырвал трубку из рук друга.
— Слушай сюда внимательно. Вы заперты? Дверь выдержит?.. Что значит «не знаю»? Укрепите чем-нибудь. Не реви! — рявкнул он в трубку.
— Эй, полегче ты… — Олег возмущённо посмотрел на товарища.
— Подтащите стол, стул, кресло — что угодно! Мы сейчас вызволим друга… — Артём на секунду задумался. Промелькнула мысль всё же заехать за его оружием и машиной и разделиться: один помчит к Роме, другой — к девчонкам. Но он тут же её отмёл. Никто из них не понимал, с чем имеет дело. Было слишком рискованно сгинуть поодиночке. — Мы сейчас подберём одного человека и сразу к вам. Что? Потому что до него ехать ближе, мы почти у него. Оставайтесь на связи. Не выходите! Поняла? Не ори на меня, я тебе не Олег. Всё. Сидите тихо и ждите.
Артём сбросил вызов и сунул смартфон обратно в дрожащую руку друга.
— Что значит «я тебе не Олег»? — возмутился тот.
Артём не ответил. Он был целиком сосредоточен на дороге. На улицах творился сплошной звездец. Если ещё полтора часа назад всё казалось немного странным, то теперь разворачивалось нечто совсем уж инфернальное. Люди бродили по тротуарам, по сугробам, выходили прямо на проезжую часть, тянули руки к проносящимся мимо машинам. Те, кто ещё выглядел адекватным, убегали или отбивались от тех, кто таковым не был. Некоторые водители игнорировали светофоры и мчали как угорелые. Повсюду стоял вой сирен, машины сталкивались на перекрёстках. В остановочный павильон врезалась синяя маршрутка. Но самое стрёмное — это было видеть, как одни люди поедают других. Пока такие картины попадались редко, за весь путь друзья видели это лишь трижды, но каждый раз внутри всё сжималось от животного ужаса.
— А… а почему тут так странно пахнет? Тут кто-то наблевал? — зарёванная девушка подала голос с заднего сиденья.
— Да, был такой инцидент, — покраснев, пробормотал Олег. — Тёма, у тебя кстати кусочек перца на щеке…
— Фу, блядь! — Артём скривился и резко смахнул красную кожурку.
— Шакшуку на завтрак ел… — оправдывался Олег.
— А вы куда едете?
— У нас друг в беду попал. Выручать едем, — сухо ответил Артём. — Алина, вы меня простите, но вас не покусали?
— Нет… А что? Ах! Вы думаете, эта хуерага через укусы передаётся?
Оба мужика не ожидали крепкого словца от хрупкой девушки, поэтому выпучили глаза от удивления на секунду.
— А.. эм… не знаю. Сейчас крутят информацию о режиме ЧС, говорят, не контактировать с этими… чудиками…
— Чудиками? — Алина удивилась выбранному слову. — Такой чудик ма-мму м-мою… — Она снова начала всхлипывать. Лайка, которая сидела рядом с ней, сочувственно заскулила и ткнулась носом в её ляжку.
— Соболезную.. кхм… — нахмурился Артём.
— Мне надо бате с матерью набрать… — Олег поспешно набрал номер отца. — Чёрт… не отвечает.
— Они ж в Армении. — напомнил Артём.
— А что, если эта… эм, как высказалась леди, «хуерага» - по всему миру? Ты вспомни, что говорили про обе Кореи? Про Китай?
— Так это что, получается, эта хуерага там началась? — Алина вытерла слёзы тыльной стороной ладони.
— Да кто ж её знает… Говорили просто о беспорядках… Границы позакрывали… — Олег почесал лысую макушку.
— Ну, если задуматься, — прокомментировал Артём, — похоже, действительно… всё оттуда и пошло…
— Алин, вы извините… — Олег повернулся к девушке и начал внимательно её осматривать. Пусть она и сказала, что её никто не кусал, ему захотелось визуально в этом убедиться, и он старался делать это максимально ненавязчиво, чтобы она не приняла его за извращенца. — А вы куда направлялись? Ну, там… на улице? Куда вас отвезти?
— Кстати да, мы так офигели от происходящего, что логичного вопроса не задали… — Поддакнул Артём.
— А… мне и не… некуда идти… Там дома у меня… весь подъезд таких ненормальных уродов!
— Господи… А как же вы выбрались? — Олег выпучил глаза.
— Я с козырька подъезда сиганула… Друг моей матери с катушек слетел, урод конченый… — Алина снова вытерла слёзы, решив не рассказывать двум, как ей казалось, обеспеченным и приличным мужчинам, что этот «друг» на самом деле был любовником и её, и её матери. — Он её… и погнался за мной… Я выскочила из квартиры, побежала… а там… В подъезде ещё четверо таких же было… Парни! Не бросайте меня! Умоляю! Я… я всё, что хотите, сделаю!
— Да-да, вы что… Да мы… Ну конечно, мы вас не выгоним… — Олег и не знал, что ответить на такую отчаянную просьбу. Он ещё не понимал, что это за девушка и на что она способна, но ему стало неловко. При этом он не отводил взгляда: ноги, слегка синеватые от холода, ран не имели. Его интересовало наличие укусов, а вот что скрывалось под тёминой курткой, надетой на неё, разглядеть не удавалось.
Артём нахмурился. Он тоже не знал, как поступить. Идти ей некуда, она спаслась бегством, и у неё с собой ничего нет: ни паспорта, ни денег, ни даже нормальной обуви. При этом у них теперь и своих забот выше крыши. Но они же не уроды какие-то, не могут же они её просто выкинуть из тачки. В любом случае, на обратном пути всё же нужно заехать за оружием и машиной. Затем они с Олегом заберут Рому. Затем рванут к Серёге, скинут у него своих попутчиков, а потом — за девчонками. Точнее, за пока ещё девушкой Олега и её подругой. Тёма с Леной ведь были чужими людьми теперь…
— А собачка, вы говорите, соседская?
— Угу… Можно на «ты»… Мне всё-таки двадцать три… а не пятьдесят… — Девушка кинула заискивающий взгляд на Артёма, но он не придал этому значения, просто вёл машину. — Собака из соседнего подъезда, её хозяйка тоже, походу, стала чокнутой или её загрызли… она спрыгнула с балкона.
— Девочка, да? Красотка пушистая. — Олег хмыкнул и протянул к ней руку. Лайка принюхалась, лизнула костяшки пальцев и опустила нос на сиденье.
— Чёрт… — процедил Артём.
— Чего такое? — нахмурился Олег.
— Глянь.
На основной дороге, которая вела к месту работы Ромы, скопилась огромная пробка, вставшая в два ряда.
— Попробуем объехать? — спросил Олег.
— Направо посмотри.
— Ёпть… А че они не чистят? — удивился Олег, увидев, что дорогу в переулок замело по колено.
— Кто? Олег, люди людей жрут… Посмотри, что творится. — Артём показал пальцем на рыжеволосую женщину в розовом халате, которая шла между машинами и била по стёклам растопыренными ладонями. Как только она приближалась к очередному автомобилю, водители и пассажиры инстинктивно отшатывались в страхе.
— Господи… Она из этих?
— Выглядит как одна из этих… Щас до нас дойдёт — точно поймём.
— Мамочки! — Алина закрыла лицо руками.
У рыжей не оказалось нижней губы; на подбородке и на боковой стороне правой ладони виднелись чёткие следы человеческих зубов.
— Да что с ними такое?
— Внимание. Внимание. Внимание…
— ААААА! — Очередное сообщение о чрезвычайной ситуации, вновь прервавшее молчание радио, напугало троицу в машине. Их общий вскрик возбудил женщину, и она с новой силой принялась скрестись в стекло водительской двери.
Артём вдавил гудок. Ему отчаянно хотелось, чтобы машины поскорее тронулись. Ему казалось, все стоят, просто ждут зелёного. Но светофор уже горел зелёным, даже начал мигать, переходя в жёлтый. Так почему же ни одна грёбаная тачка впереди не сдвинулась с места?
Тут послышались отрывистые, сухие хлопки, похожие на быстро лопающиеся воздушные шары.
— Опа… — непроизвольно вырвалось у Олега. — Слышишь?
— Слышу.
— Что это? — спросила Алина. Звуки были чёткими, резкими и совершенно незнакомыми ей.
— Автоматы.
Рыжеволосая у окна замерла на секунду. Её внимание переключилось в сторону шума, голова медленно повернулась, как у животного, уловившего новый запах.
— Ой, мляяя… — протянул Олег, замирая.
Между машинами проскочил тонкий красный луч. Он скользнул по капоту корейца, по крыше, задержался на мгновение, будто выбирая точку, и остановился ровно в центре лба женщины. Прошло секунды три. Раздался один-единственный глухой хлопок. Из затылка рыжей вырвался сгусток тёмной кашицы с мелкими белыми осколками. Брызги крови и ткани веером окропили заднюю дверь и крыло их джипа. Женщина рухнула, как подкошенная.
— ААА! — Алина вжалась в сиденье и снова закрыла лицо руками.
— А вот это был не автомат… — пробормотал Олег, чувствуя, как в животе холодеет, а тело напрягается.
— Не автомат... — подтвердил Артём.
По стоящим машинам уже ближе и активнее забегали резкие белые лучи тактических фонарей. Прямо по дороге слева и справа двигались люди в плотных белых комбинезонах. Лица скрывали респираторы с круглыми стёклами. Они шли парами, синхронно, подходя к каждой машине, заглядывая внутрь, помогая себе фонарями.
— Смотри, — Олег кивнул на серую Ладу в двух машинах впереди в соседнем ряду.
Возле неё задержались двое бойцов. Один подошёл к водительской двери, второй занял позицию у пассажирской. Тот, что оказался слева, склонился к стеклу и что-то произнёс, обращаясь к водителю. Судя по реакции бойца, тот ему ничего не ответит, тогда он дёрнул ручку, но дверь не поддалась. Он обратился к напарнику и качнул головой. Они одновременно отступили на шаг, вскинули автоматы и прицелились в нижние углы боковых стёкол. Короткие очереди разорвали тишину, стёкла тут же покрылись паутиной трещин и осыпались внутрь, обнажая салон. Из проёмов сразу же потянулись бледные руки. Солдат у водительской двери, не сближаясь, выпустил одну пулю, и рука, тянувшаяся к нему, безвольно обвисла. Его напарник проделал то же самое с пассажирской стороны. Бойцы переглянулись и двинулись дальше к следующему автомобилю.
— Ёбушки-воробушки… Они что, просто по людям? — прошептала Алина, не в силах оторвать взгляд.
— Сомневаюсь, что это… были люди, — глухо ответил Артём.
Их от созерцания этой жуткой чужой работы оторвал прямой ослепительный луч фонаря, ударивший в лица через лобовое стекло. Все в машине инстинктивно зажмурились.
— Внимание всем! Данную зону необходимо немедленно покинуть! Окна и двери не открывать! Из машин не выходить! Контакты исключить! — проорал хриплый голос через громкоговоритель.
Луч убрали так же резко, как включили. Фигура в белом комбинезоне, не задерживаясь, пошла дальше, к следующей машине.
— Да как мы поедем, когда тут… — начал Олег и осёкся.
— Поедем, — бесстрастно сказал Артём.
Машина перед ними медленно, сантиметр за сантиметром, начала ползти вперёд. Дорога оживала, но теперь она вела мимо оставленных, неподвижных автомобилей, в салонах которых лежали трупы. И таких машин было несколько впереди, поэтому и образовалась такая пробка. Что с ними будут делать потом, и с машинами, и с мёртвыми в них, не известно, да и не заботило это сейчас троицу.