Похищенный

Меньше чем через минуту дверь с лёгким шипением поползла в сторону. Майору не нужно было оборачиваться, чтобы угадать вошедшего.

– Котёночкин, доложить обстановку.

– Как вы узнали, что это я?

Майор Полов обернулся. Светлые глаза сверкнули, рыжие брови почти упали на глаза.

– По походке.

Котёночкин почесал затылок, – М… ясно. Так, что касается «обстановки»…

– Быстрее.

– Наша дуна на борту. Помещена в свой отсек, занята изучением округи.

– С ним кто-нибудь уже контактировал?

– Только СИЖ. Она должна была передать алфавиты и примитивные словестные конструкции. Хотя мы ещё не взлетели, – время начать обучение.

– Это так. Только СИЖ? И… как прошёл контакт?

– Не знаю. Я с ней не общался после этого. Наверное, она занята рапортом.

– Вы наблюдали за ним? Камеры работают?

– Нет и да. Не наблюдали, но камеры в норме.

– Откуда знаешь, если не наблюдали?

– Я проверял, – ответил только что вошедший инженер.

– Хорошо… Сейчас нам главное понять… – он понизил голос. – Есть ли смысл в миссии? Получится ли что-то? Он нас… понимает?

– Майор! – Котёночкин округлил глаза. – Не… не надо так говорить. Сами знаете, кто может услышать…

– Знаю! – прорычал майор, и резко отвернулся. – Всё я знаю. Так что насчёт дуны?

– Дуна разумен, – кивнул биохимик. – Контакт должен произойти. Тем более что способ его общения… это… чувства. Боюсь, что он сумеет узнать о нас такое… чего мы сами о себе не знаем. Определённо: миссия имеет смысл.

Как только майор собрался обсудить дальнейшие планы, в его мысли стрелой вонзилась идея, от которой закружилась голова.

Дуна может понять нас лучше, чем мы… Он способен анализировать, считывать эмоции… Вполне возможно, что он обладает большим потенциалом, чем показалось во время наблюдения.

А значит…

Дуна может прочитать любого. Даже самого скрытного из людей.

Майор Полов вдруг растянулся в хитрой улыбке. Веснушки из круглых превратились в овальные, верхняя губа обнажила десну.

– Мы обязаны наладить контакт. И не просто «контакт», а такой, чтобы этот чёртов дуна доверял нам! В ближайшее время я к нему наведаюсь. И… подскажите: агент Иванов уже посещал нашего гостя?

– Не знаю, – ответил Котёночкин. – можно посмотреть по камерам. Или… спросить?

Майор кивнул, – Понял.

Прикрыв глаза ладонями, он погрузился с головой в новую и такую манящую мысль.

– Долматова. Остановитесь.

Полина Максимовна замерла. Позвавший её голос был низким и бархатистым. Он не кричал, не злился и даже не приказывал. Однако в его тоне чувствовалась угроза…

СИЖ не до конца понимала, какую роль в миссии играет этот странный агент Иванов, однако кое-какие догадки у неё были.

Кто-то из верхушки.

А если это правда – ни в коем случае не стоит переходить ему дорогу. Да, что уж дорога? Даже смотреть на него не стоит – вдруг, неверно поймёт? Замерев прямо у входа в научный отсек, Полина, не оборачиваясь, спросила:

– Чем могу помочь?

Агент обошёл её со спины. Посмотрел сверху вниз, и улыбнулся.

– Вы были у нашего подопытного.

Как же он высок… – подумала она, – Так не типично для азиатов…

И для восприятия Полины тоже. С самого детства она была одной из самых высоких девчонок в любом коллективе – ещё в подростковом возрасте доросла до ста восьмидесяти трёх сантиметров. Она любила свой рост, длинные ноги, и никогда по этому поводу не комплектовала. Однако привыкла удивляться, когда встречала человека выше себя. Как правило, окружающие её люди были ниже или же одного с ней роста.

А этот агент…

– Да. Передала ему справки.

– Ну, ладно, майор… – вкрадчиво начал он. – но вы… учёная, умная женщина… Чего ради ему эти бумаги? В туалет если только сходить?

– Вы о чём? – скромно уточнила она.

– Как он может выучить алфавиты, если не знает не только букв, но и их произношения?

– Вы правы, агент. Разумеется, мы это понимаем. Просто для начала… после похищения… не стоит начинать обучение. Ему нужно привыкнуть к окружающей обстановке. Если бы мы сразу начали на него наседать… Неизвестно, как он отреагировал бы. Поэтому… пускай для начала покопается в простых бумажках. А когда вылетим в открытый космос… Плотно займёмся обучением.

– Как интересно… то есть, боитесь, что дуна испытает стресс? А сам факт похищения, думаете, как ему? По нраву?

– Мы долго изучали этот вид, агент. И… как бы странно это не звучало: да. Ему это по нраву. Дуны очень любопытные создания… А ещё совершенно не агрессивны. Он… не воспринимает это как «похищение». Для него это новый интересный опыт. Он воспринимает это… как приглашение.

– В таком случае, почему бы не начать обучение сейчас?

– Он пока не всё изучил в своей… комнате. Ему нужно проанализировать каждую мелочь.

– Тогда зачем ему эти бумажки?!

– Они, скорее, для удобства в будущем… Вы… м-м… дело в том, что начинать сходу обучение нельзя, но и оставлять его совсем без информации тоже. Бумаги – идеальный, для нашего нынешнего положения, вариант.

– Зачем ждать вылета? Чего вы боитесь, СИЖ? Что он проявит агрессию?

– Нет… вернее, не совсем. Я боюсь, что когда начнётся обучение… ему станет скучно. Он решит, что мы слишком примитивны, и… захочет вернуться домой. А если захочет – вернётся. И хотя дуны совершенно лишены агрессии, – очень сильны физически. Мы не сможем его удержать… А когда окажемся в космосе – ему попросту некуда будет идти.

Агент поморщился, но, вероятно, ответ принял, – Вы были у него… – повторил он. – И с ним общались.

Она не ответила – сил хватило лишь на то, чтобы заставить голос не дрогнуть тогда, когда ответить придётся.

– Вы же знаете о камерах там, верно?

– Конечно…

– И о том, что они прекрасно пишут звук?

– Да, агент.

Он улыбнулся – едко, словно собирался отвесить сальный комплимент, – Как пообщались с дуной, СИЖ? Хорошо поговорили?

Она опустила голову. – Я… да, я понимаю, что это… глупо.

– Я слышал. Я слышал как вы это сказали. А ещё услышал ваше истинное мнение о миссии.

У неё закружилась голова, – Агент…

Он резко махнул рукой давая понять, что оправданий выслушивать не собирается.

– Полина Максимовна, вы же знаете, что пилотам не разрешено находиться там, где мы держим инопланетянина?

– Я знаю это, агент. Разумеется, знаю. Доступ в тот отсек есть лишь у нескольких человек.

– Отлично, – он ухмыльнулся. – Не удивляйтесь, когда по прилете наши очаровательные близнецы-пилоты куда-то пропадут.

Всё же, голос её дрогнул: – Ч-что?

– И так будет с каждым, кто нарушит правила.

– Агент, я…

– Если не желаете лишиться большей части экипажа, будьте любезны, следите за помещением с дуной. Какого чёрта туда так легко зайти?

– Простите, но я не отвечаю за…

Не позволяя ей договорить, он резко развернулся.

– Вернитесь к работе, СИЖ Полина Максимовна.

– Л-ладно.

– Удачи.

Он ушёл так же тихо, как и появился за её спиной.

Оказавшись в научном отсеке, Полина сумела выдохнуть. Несколько раз огляделась, и только тогда позволила себе стиснуть от раздражения зубы – как же надоело это терпеть!

Несколько учёных (тех, кому пока недозволенно видеть дуну) бросили на неё слегка пренебрежительные взгляды.

Отлично…

Даже здесь расслабиться не удастся! Кто знает, сколько «ушей» есть у агента на этом корабле? Полина стряхнула с бёдер несуществующую грязь, и попробовала улыбнуться.

Да… ни в коем случае нельзя как-либо показывать своё истинное отношение к миссии. Ни словом, ни даже дыханием неровным.

Они везде.

Они могут подслушать, подсмотреть, настроить коллег против. Они могут всё! И даже, наверное, немного больше. Однако… к великому счастью они пока не могут залезть в мысли к Полине.

Или же… может, всё-таки могут?

Да, нет же! Полина бы знала.

Хотя…

Как бы то ни было, но СИЖ Полина решилась на дерзость – уж в думании она себя ограничивать точно не будет! Тем более что тотальная слежка за человеческими мыслями звучит уж слишком фантастично. Разумеется, они могут следить. Могут отслеживать по выражению лица, по неровному дыханию и по тому, как раздражённо Полина Максимовна стряхивала с себя несуществующую грязь. Но они могут лишь предположить! Предположить, что мысли её невыгодны, но разве предположение – повод? Полине казалось, что нет.

Она решила, что отныне будет контролировать выражение своего лица. Мимику, язык тела, тембр голоса. Всё же, она думала, что настолько жестоким настоящий мир быть не может. Так что… мысли принадлежат ей и только ей, и думать она станет так, как только пожалеет!

А сейчас она хочет обозвать агента Иванова самыми грязными и неприличными словами. Неужели он так пошло ей угрожал?

Полина никогда не сомневалась, что некто из верхушки более чем способен на убийство неугодных. Тех, кто помешал, неверно думал или неправильно выразился. Она бы и думать не стала о них хорошо.

Однако угрожать так нагло, пошло и вульгарно. Словно… по шаблону. Это уже за гранью! Агент Иванов словно был ненастоящим – сборник клише.

А как звучит его голос? А как он ухмылялся? А как нагло говорил, что пилотов убьют?

Полина и без его слов это понимала! Неужели было необходимо это озвучивать?

Мысленно она усмехнулась, и усмешка та даже просочилась в реальный мир – отразилась на бледных губах. Агент Иванов словно пародировал того, кем являлся. Угрозы, убийства, секретность и немыслимая жестокость… Что-то здесь не так.

Но что?

– Полина Максимовна, вас ждут на мостике.

– Что?

– На мостике. Вас ждут, – повторил учёный.

Протерев лицо обеими руками, она ответила: – Хорошо.

– Надеюсь на исключительно хорошие новости.

С этими словами майор Полов встретил СИЖ.

– Что для вас «хорошие новости», майор? – едко спросила она, – Новости нейтральные. Дуна в норме.

– И?

– Что?

– Это всё?

– Прошло не так много времени… Дуна получила наши бумаги… изучает. Судя по всему, настрой у него неплохой. В целом, новости действительно хорошие, – она поджала губы. – Хорошие. Да.

– Ладно. Давайте пройдёмся по дальнейшим планам. Скорей бы уже двинуться в сторону дома…

Биохимик поправил очки, – Осталось совсем немного. Ещё одна высадка, и… всё. – не без разочарования сказал он.

– Зачем?

– Необходимо взять для дуны местную пищу, – ответила СИЖ. – И хотя в будущем мы его, разумеется, будем кормить земной едой, для начала пища не помешает – мы не знаем, как отреагирует его организм. На время полёта ему следует питаться тем, чем привык. А уже по прилёте начнём приучать…

– Так. Что дальше?

– Необходимо собрать биологические образцы для дальнейшего изучения. И в целом… взять то, что сумеем. Неизвестно, когда в следующий раз удастся высадиться на экзопланете.

– Так что ждёте? Спускайтесь! – он перевёл взгляд на инженера.

– Корабль в норме?

– Да, всё отлично.

– Замечательно. Приступайте!

– Но вы не отдавали приказ… – скромно заметил биохимик.

– Так даю! Приступайте! Игорь, ты командуешь отрядом. Возьмите с собой учёных, – каких хотите.

– Вы уверены, что им стоит спускаться? – уточнила СИЖ.

– А почему им не стоит спускаться? Думаешь, они не догадались, где именно сейчас находятся? – он закатил глаза. – Приступить!

СИЖ остановилась перед тем, как покинуть мостик. Несколько раз сжала руки в кулаки, и развернулась к сидевшему в кресле майору. Как только они остались вдвоём, Полина Максимовна спросила:

– Могу задать вам вопрос, майор?

– Нет, – отрезал он. – Разве ты не поняла, что тоже спускаешься?

– Мне нужна лишь минута.

– Тогда не трать её понапрасну!

За долю секунды она оказалась рядом, и не сдержалась – огляделась. Разумеется, Полина понимала, что этому разговору просто не суждено стать приватным, однако всё равно решилась на него. Главное – аккуратность. Плавные речи, долгие пути к самой сути…

– Майор. Необходимо внимательнее следить за экипажем.

– Что? – его губа дёрнулась.

– Возможно, к дуне следует приставить охрану.

– Отличная идея! Сейчас прыгну в какой-нибудь космолётик, и быстренько смотаюсь на землю. Привезу вам, СИЖ, парочку здоровяков. Или что предложишь? Может, ещё несколько дун своруем?

Она прочистила горло, – Сегодня произошёл… инцидент. Мне чётко дали понять, что если о подробностях миссии узнают те, кто знать не должен, то… Майор, необходимо что-то предпринять.

– Кто? – прохрипел он. – Кто «дал понять»?

– Простите. Я знаю, что мне не следует давать вам советы. Тем не менее… если я верно понимаю, стоило вам это передать.

– Кто?!

– Я пойду готовиться к высадке.

Полина Максимовна оставила майора в одиночестве медленно краснеть.

Несмотря на плотную экипировку, запах пыли и меди просочился прямиком в ноздри. Тело ощущалось так, как ощущается под водой – стоит прилагать больше усилий, если собираешься передвигать ногами. Серо-оранжевое небо таяло в розоватой дымке, которая постепенно мутнела, превращаясь в грязно-серую пелену. Полупрозрачные жёлтые тучи были высоко – так высоко, как не бывают на земле.

Эта планета ощущалась больше… гораздо, гораздо больше чем Земля. Почти каждый из экипажа ощущал себя кем-то вроде комара на земле. Гигантские, словно металлические деревья почти касались облаков. Такое ощущение, что если попробовать на них забраться… можно выйти в открытый космос. Ветер был сильным – тёплым. Он разгонял запах пыли и чего-то чужеродного, в некоторых местах превращался в смерч, и подхватывал бежевую почву. Золотистые растения танцевали на ветру – их странные твердые листья с радостью поддавались Поре Ветров.

Противный скрип бил по ушам. Его сложно с чем-то сравнить, но если постараться, можно вспомнить лязг старых ржавых качелей.

Интересно, маленькие дуны качаются на качелях? А взрослые? Игорь Котёночкин размашисто махнул рукой. Пошевелил внутри костюма пальцем, и у всех членов высадки раздалось в наушниках:

– Несколько метров вперёд!

Биохимик сделал пару шагов, и оказался во главе учёных. Движения его были плавными, мышцы в ногах горели от напряжения. Всё же, не зря он занимался спортом… Если бы Игорь, как большая часть коллег, всё время посвящал науке, то не сумел бы здесь оказаться.

А оказаться здесь – было его самой главной и важной мечтой. Даже немного грустно: как же дальше-то жить – без мечты?

Запах местной флоры сводил с ума – такой непривычный, действительно чужеземный. Металлический нотки смешивались с отчётливым запахом пыли – создавалось ощущение, что он находился в маленьком помещении, в котором только что работал старый пылесос. Было жарко и темно. Глаза дун, разумеется, за годы эволюции адаптировались к вечной дымке, а вот землянину было действительно трудно. Напоминало те секунды ночью, когда в темноте встаешь в туалет, а очки не надеваешь – всё мутное и еле различимое.

Скрип увеличивался с каждой новой секундой. Уже не просто «качели», скрип чистых полотенец и старых дверей, снега под ботинками и старых окон на ветру. И как они только с ума не сходят?

Игорь медленно двигался в сторону чего-то вроде фермы. Он был уверен, что эта высадка просто не имеет шанса на успех, однако даже если бы мог отказаться – не стал бы. Уж слишком сильно хотелось лишний раз спуститься на эту планету. Оранжевые клубки пыли напоминали перекати-поле, вихри, что подхватывали почву, так и норовились подхватить и землян. Вдруг откуда-то сбоку послышался странный писк. Котёночкин замер, подняв руку к верху. Он медленно обернулся, и…

– Не боимся. Это пищит местная флора, – прошипел его голос в наушниках коллег.

Улыбка сама нарисовалась на лице. Удивительный мир! Ещё в период наблюдения за планетой Игорь узнал, что некоторые местные деревья по ночам издают странные звуки, походящие на пение. Фауны в этих краях почти не было – никаких тебе домашних кошек или кур. В определённое время года местный воздух наполняли что-то вроде земных насекомых – больше всего они походили на комаров, но были размером приблизительно с пони. Если людям верно удалось понять, в былые времена – когда дуны ещё не успели отказаться он мяса – они питались этими огромными комарами. Сейчас же дуны не обращали на животных почти никакого внимания, что, разумеется, не могло не радовать. Если бы им пришлось ловить этих существ… Кто знает, кто стал бы жертвой.

Увидев вдали круглые поля, биохимик скомандовал во внутренний микрофон:

– Пришли! Собираем всё, что увидим – эти растения пригодны для питания.

Отключив связь, он двинулся вперёд. Местные фермерские поля представляли собой круглые – а в некоторых местах и овальные – грядки. Их корни не уходили вглубь земли – торчали на поверхности. Игорь уже знал, по какому принципу шло распределение выращиваемых продуктов.

На самом большом круге росли кустарники, но листья больше походили на грибы – губчатые плотные полосы желтого и золотистого цвета были наделены большим количеством белка, и являлись основой пищи дун. В следующем круге – круге помельче – росли полупрозрачные плоды, от которых исходил пар. Они были горячими, пульсировали при сборе – обладали множеством жиров и полезных минералов. В третьем круге росли клубни, что по виду сильно напоминали картофель – чистый углевод. В самом последнем – и самом маленьком круге – росли высоченные бордово-коричневые растения, больше походившие на деревья. Почвы под ними видно не было – росли они хаотично. Дуны питались ими целиком – в твёрдых тёплых листьях было много клетчатки, а из стеблей сочился сок – дуны любили пить его, предварительно обработав. Так же в некоторых частях планеты встречались и другие виды растений, и каждый из них был уникален – сладкие и солёные, холодные и горячие, бархатистые и терпкие – в плане питательной растительности дунам, определённо, повезло. По большей части не было необходимости пищу готовить.

Чем ближе Игорь подходил к ферме, тем глубже погружался в собственные мысли. С одной стороны ему казалось, что дунам действительно повезло: не было необходимости ловить и убивать этих огромных комаров ради пропитания. Белки, жиры, углеводы и другие питательные вещества были доступны так же, как доступен человеку сон – подходи, рви, и ешь! И никакой помехи. И даже микроволновки им не нужны – по большей части, все продукты были теплыми – такова планета. Дунам не нужно тратить ресурсы на пропитание. Везёт же некоторым! С другой же стороны… разве Земля не так же богата на выращиваемые продукты? Быть может, не во всех точках планеты, но всё же… Настолько мир был бы проще, если бы вечно друг с другом не враждовал… Мотнув головой (получилось плохо из-за гравитации) Игорь приказал в заранее включенный микрофон:

– Приступаем к сбору. Срываем всё!

Как только рука коснулась мягкого губчатого листика, случилось следующее:

Откуда-то из грядок вверх взмыло… нечто. Человекообразное существо с широкими крыльями полетело вверх. Игорь так испугался, что потерял всякое равновесие – начал падать на спину, хотя и медленно. Группа высадки начала паниковать, часть учёных рванула в сторону космолёта.

Началась самая настоящая суматоха.

Спина Игоря коснулась почвы, когда в небе показался второй гуманоид – теперь его можно было рассмотреть детальнее.

Ростом около двух метров. Тело худощавое, мышечное, он был одет в облегающую чёрную мантию. Лицо вытянутое, изо рта торчали сотни мелких зубов. Глаза большие, кожа светло-зелёная. На затылке что-то вроде вытянутого хохолка, его крылья были частью тела – не как у птицы, а как у…

Игорь вытянул руку вверх, и прокричал в микрофон:

– Он очень, очень похож на… птеродактиля! Ребята, кажется, этот гуманоид произошёл от кого-то вроде земных птеродактилей! Вы понимаете? Это… летающие динозавры, да? Вот это он! Это… даже не гуманоид – у него нет рук! Вы понимаете? Вместо рук крылья. Там вроде есть… пальцы? Плохо видно…

– Заткнись! – прошипел учёный, – Нам надо уходить!

– Но мы их не видели! Откуда?! – послышался в наушнике возбуждённый голос другого подопечного.

– Откуда я знаю?! – Игорь не отрывал взгляда от летающего существа, – Слушайте…

– Хватит болтать! Уходим!

– Мы же… – биохимик проигнорировал коллегу, и даже не попытался встать. – Помните, как мы обсуждали, что здесь очень… много места? Ну… ввысь? Так вот… мы же, по сути, следили только за почвой. А за воздухом нет… Может они в горах где-то живут, а? Или в районе облаков… Их же хрен заметишь в таком тумане! Мы их… как-то пропустили?

– Какая разница? Судя по всему… мы только что их ограбили!

– Но ведь мы следили! Эти овощи выращивали дуны. А это что за хрень?!

Игорь сглотнул подступивший ком. Как и он сам, существо смотрело на него – заглядывало прямо в глаза, его крылья были тонкими – почти прозрачными.

Нет… определённо, это не просто представитель фауны. Это – один из дун. Но так ли он дружелюбен как те, за кем удавалось следить? И…

Почему их не удалось засечь во время слежки? Человеческий фактор? Или же эти существа хотели скрыться?

– Аккуратнее. Земные птеродактили были хищниками. Если этот чем-то на них похож… мы не знаем, чего от них ожидать.

Полина отчётливо чувствовала, как бурлит кровь в жилах. Собственный пульс барабанил по черепной коробке, к счастью, трясущиеся руки не помешали – при местной гравитации попросту не могли трястись.

В начале высадки она нехило отстала, ведь никак не могла подобрать верную походку. Она не видела гуманоида, но отчётливо слышала разговор учёных – на их пути встал кто-то… иной?

Она не знала, что сказать. Хотела бы подойти поближе и рассмотреть незнакомца, но не могла.

Боялась.

Нажав на нужную кнопку внутри костюма, СИЖ всё-таки спросила:

– Кто ближе всех к… нему?

– Я! – послышался гордый голос Котёночкина.

– Хорошо. Опиши его подробнее. Ты уверен, что это не дуна? Всё же, вряд ли мы бы упустили целый вид! Наверное, ты просто…

– Чёрт возьми, да, я в этом уверен! Полин, у него хреновы крылья за спиной! Он ле-та-ет!

– Может… в эту Пору у них… вырастают крылья?

– Тебе ли не знать, что это бредятина! – с нервным смехом ответил он.

Вообще-то… да. Кому-кому, но специалисту по инопланетным жизням это хорошо известно – полнейшая бредятина. Быть может, где-то в далёкой-далёкой галактике и существуют виды, способные выращивать крылья для определённого сезона, однако на этой планете таких новшеств нет.

Или…

Ну, нет же! Полина бы знала.

Поджав губы, она продолжила расспрашивать, при этом стараясь, всё же, подойти ближе.

– Опиши его. Что он делает сейчас?

– Ничего… Когда я сорвал плод одна вот такая летающая хрень взмыла в небо и испарилась, потом неведомо откуда-то прилетела вторая. Он тупо висит в воздухе. Шевелит крыльями. У него лицо как у птеродактиля из детских книжек про динозавров, зубов много… очень много… крылья вместо рук, хотя я вроде вижу пальцы. Он типа… белки-летяги, знаешь? Только рептилия. Глаза огромные, и… умные. Он мне просто в глаза смотрит. Полин… – он помолчал. – я не знаю, что делать.

Ей-таки удалось подойти немного ближе. Набравшись смелости, она поделилась тем, чего действительно хотела:

– Думаю, стоит установить контакт.

– Ты с ума сошла? Без подготовки? Без разведки? Мы же ничего о них…

– А-а-а-а-а-а-а!!!

Крик одного из учёных заставил землян замереть. Они не дёрнули головами в сторону звука – попросту не сумели.

– Что это было?! – спросил Игорь.

Полина обернулась, и заметила кричавшего.

– Это… М-марк… его унесло вихрем… – прошептала она.

Полина чувствовала, как сердце сжималось от вида одной лишь картины: её коллегу, одного из умнейших учёных, уносил оранжевый пыльный вихрь. Мужчина в большом костюме пытался вырваться, его тело, словно под водой, выкручивало странные пируэты. Лицо исказилось чистым ужасом, однако каких-то пара секунд, и он пропал из поля зрения, словно его подняли на борт лучом, который так и не сработал у землян. Он… исчез в пыльном небе.

– Ребята… будьте осторо…

– Отпустите меня, суки!!! Отпустите!!! Не смей…

Помеха прервала крик отчаяния – голос Марка перебили механические трески.

– Врубился его микрофон, но он… слишком далеко… – бесцветным голосом сказал Игорь, и мигом приободрился, – Держимся за всё, что только попадётся в руки! Хватайтесь за растения, сопротивляйтесь ветру, и…

Очередной крик прервал главу высадки. Двое учёных, поддавшись панике, не сумели выполнить приказ – как и Марка, их унесло в небо. Полина прильнула к земле, и попробовала закопать руки в почву – так себе решение, однако растений поблизости не оказалось.

– Уходим! – скомандовал Игорь, – Аккуратно уходим!