Магический университет Скандийской империи (МУСИ). Факультет хиромантии

— Группы разделяются по двое. Кураторы уже распределены. Найдите свою пару в списке на доске и садитесь за стол напротив друг друга.

Я подошла к доске и пробежалась глазами по списку.

— Агата Сагасас?

Я обернулась. Передо мной стояла Далия Лаутра. Волосы цвета пшеницы, мягкие черты, серые глаза и немного взволнованная улыбка. Подруга Эрика. Та самая, которая встречала нас в космопорту.

— Похоже, я твой куратор, — сказала она и пожала плечами. — Не волнуйся. Я не кусаюсь. Если что, помогу.

Я заставила себя улыбнуться. Почему-то рядом с ней мне становилось неуютно. Странно. При первой встрече ничего подобного я не чувствовала. Но сейчас... Нет. Я не собиралась делать выводы на пустом месте. Села напротив неё.

Лавренций тем временем расположился неподалёку, заложив руки за спину. Он смотрел на всех одинаково внимательно. И всё же мне почему-то казалось, что на наш стол он поглядывает чаще остальных.

— Итак, — Далия положила ладони на стол. — Начнём с простого. Попробуй увидеть моё ближайшее будущее.

Она протянула мне руку.

— Пусть появится хотя бы образ, слово или звук. Не придумывай. Просто смотри.

Я кивнула. Пришлось заставить себя не думать о том, что мне неприятно находиться рядом с ней. Пальцы коснулись её ладони. Тёплая кожа. Аккуратный маникюр. Пухлые, мягкие руки. Я сосредоточилась. Мир дрогнул. Свет ламп словно приглушили. Тени на стенах вытянулись. А по ладони Далии скользнула тонкая серебряная полоска. Я задержала дыхание. Она двигалась по линиям, словно искала какую-то конкретную нить. Я следила за ней. И... Ничего. Минута. Другая. Пустота. Ни образа. Ни слова. Ни звука. Только туман. Слепая тишина. Я уже собиралась отступить, когда перед глазами вспыхнуло. Я оказалась внутри огромного храма. Не такого, какие я знала. Стены уходили вверх настолько высоко, что терялись в темноте. Под потолком висели серебряные нити, переплетаясь в спирали. Свет шёл снизу. Не от свечей. Не от магических ламп. Он исходил словно из самого пола — холодный, дрожащий, почти живой. Я услышала гулкие шаги и увидела её. Статую Феригг. У её основания стояла Далия. Она смотрела прямо на меня. И почему-то от одного её взгляда мне захотелось отступить. Я резко выдернула руку.

— Что-то увидела? — осторожно спросила Далия.

Я сглотнула.

— Я... не уверена. Кажется, это было не только твоё будущее.

— Как это?

Я уже хотела ответить, но почувствовала странное покалывание в собственной руке. Посмотрела вниз и похолодела. На моей ладони медленно проступал тот самый символ. Тонкий, резкий, серебряный. Будто кто-то невидимой иглой рисовал его прямо под кожей. Нет, только не сейчас. Я тут же опустила рукав, закрывая запястье, и сжала пальцы. Сердце снова заколотилось. Я подняла глаза. И поймала взгляд Лавренция. Он смотрел прямо на меня. Слишком внимательно и долго словно именно этого момента и ждал. Я первая отвела глаза.

— Всё в порядке? — Далия наклонилась ко мне. — Ты стала совсем бледной.

— Просто устала.

Я постаралась улыбнуться.

— Практика... здесь сложнее, чем я думала. В храме всё было иначе. Мы просто учились читать линии. Я не думала, что увижу образ.

Это была ложь. И я отчаянно надеялась, что выгляжу достаточно убедительно. Потому что дело было вовсе не в практике. Символ появился не просто так. Он отозвался на храм. И на что-то ещё, чего я пока не понимала.

— Так что же ты увидела? — Далия не собиралась отпускать тему.

Я помедлила.

— Храм Феригг. Но не такой, как наши. Кажется, намного старше. Там была ты...

Я сглотнула.

— И я тоже.

Её лицо на мгновение изменилось. Всего на секунду. В глазах мелькнуло что-то такое, от чего мне стало не по себе. Но уже через мгновение Далия снова улыбалась.

— Скорее всего, ты увидела то, чего другие ещё не знают. В конце года у нас будет практика с вашим курсом. Возможно, нас отправят в какой-нибудь дальний храм.

Звучало разумно. Настолько разумно, что я почти поверила. Почти.

— Давай ещё раз попробуем, — предложила она.

Я снова взяла её руку. Ничего. Ещё раз. Опять ничего. Через полчаса я была выжата так, будто сама лично пыталась вытянуть все нити судьбы из пространства. Мы подошли к Лавренцию. Далия объяснила, что у меня получилось увидеть образ, но, вероятно, из-за усталости дальше ничего не выходит. Профессор кивнул.

— На сегодня достаточно.

Мы вышли в коридор.

— Увидимся на следующей практике, Агата.

Я уже собиралась уйти, но остановилась.

— Да, конечно... Что?

Я повернулась.

— Разве практика не проводится один раз?

Далия рассмеялась.

— Нет. Что ты. Теперь я твой куратор практики.

— Понятно.

Я заставила себя улыбнуться.

— Ну... увидимся.

Развернулась и ушла. Обрадовалась ли я? Не очень. Если честно, каждая следующая секунда рядом с Далией начинала казаться мне маленькой пыткой.

Столовая гудела, как улей. Запах тушёных овощей, горячего хлеба и сладкого какао смешивался с голосами студентов. Я вошла почти на автомате, всё ещё чувствуя слабое покалывание под рукавом. Символ никуда не исчез. И, конечно же, первым я увидела Эрика. Он сидел за длинным столом у окна, на полутёмной стороне, где свет падал только на одну скулу. Перед ним лежала толстая тетрадь, исписанная мелким почерком и исчерканная карандашом. Он читал, нахмурившись так, будто пытался решить какую-то особенно неприятную задачу. Увидев меня, он тут же закрыл тетрадь. Хмурость исчезла.

— Агата, иди сюда. Не стой в дверях.

Он выглядел так, будто ждал меня уже вечность. Я взяла на раздаче первое, что попалось под руку: салат, гарнир и чай. Поставила поднос напротив него и села. Несколько секунд мы молчали. Эрик смотрел на меня. Очень внимательно.

— Ты выглядишь так, будто тебя только что тряхануло заклинанием, — наконец сказал он.

Я вздохнула.

— Почти.

И начала рассказывать. Сначала про вчерашний вечер. Про девочек. Про то, как они меня поймали после комендантского часа. Про то, как мне пришлось выкручиваться. И, наконец, про мою гениальную идею с несуществующим свиданием. Эрик выслушал и хмыкнул.

— Значит, мы теперь... официальная легенда?

Он приподнял бровь.

— Ну ладно. Хотя мог бы я заранее знать о собственном свидании.

— Не смешно.

Я спрятала смущение за кружкой.

— Они наверняка уже распускают слухи.

— Отлично, — совершенно серьёзно ответил он. — Значит, надо постараться, чтобы легенда выглядела убедительно.

— Эрик!

Я покраснела и одновременно возмутилась. Он поднял руки.

— Всё-всё. Не ругайся.

И уже совершенно серьёзно добавил:

— Рассказывай дальше.

Я замолчала на секунду. А потом рассказала о сне. Сначала осторожно. О фигуре в плаще. О девушке. О том, что я узнала её голос, но не могла понять, чей он. О слове «сестра». Эрик слушал молча. Только пальцы его слегка постукивали по столу.Я рассказала о практике. О храме, Далии и символе. Когда я закончила, он замер.

— Покажи.

Я крепче сжала рукав.

— Нет.

— Лавренций?

Я кивнула.

Эрик откинулся на спинку скамьи и провёл ладонью по волосам.

— Так...

Он говорил медленно, будто собирал мысли.

— Ты видишь то, чего не видит никто. Символ появляется снова. Сон явно не просто сон.

— Похоже на то.

Он посмотрел на меня так серьёзно, что мне стало не по себе.

— Тогда тебе нужно рассказать мне всё. Только не здесь.

— Что ты предлагаешь?

Эрик наклонился ближе.

— После занятий приходи ко мне. В комнату.

Он улыбнулся уголком губ.

— Чтобы наша легенда выглядела убедительно.

— Эрик...

Я уже набрала воздуха, чтобы высказать всё, что думаю о таком фривольном предложении, но он поднял ладонь.

— Я не шучу.

Улыбка исчезла.

— Если то, что ты видела, связано с тем, что я вчера нашёл, нам нужно собрать всё вместе. Пока никто другой не сложил этот пазл раньше нас.

— Что ты нашёл?

— Расскажу вечером.

Голос стал тише.

— Но поверь мне. Это связано с пророчеством.

Он сделал короткую паузу.

— И с тобой.

У меня невольно сжались плечи. Я уже начинала ненавидеть это слово. Пророчество. Каждый раз, когда оно звучало, внутри вспыхивало что-то странное — страх вперемешку с предчувствием. Эрик встал, взял свой поднос и, прежде чем уйти, посмотрел на меня.

— И постарайся больше не попадаться под пристальный взгляд Лавренция.

— Почему?

— Мне не нравится, как он сегодня на тебя смотрел.

И ушёл. А я осталась сидеть, глядя ему вслед. Страх, волнение, смущение и предчувствие охватили меня. Символ никуда не исчез. Сегодня вечером я могла узнать правду. И уже не из прорицаний.

Его комната оказалась совсем не такой, какой я почему-то её представляла. Она была на удивление тёплой и аккуратной. Книги стояли на полках ровными рядами, на письменном столе лежали заметки и свитки, а возле окна горела небольшая свеча с запахом можжевельника. Я остановилась посреди комнаты. Эрик тихо закрыл дверь.

— Садись.

Он указал на кресло.

— Здесь нас никто не услышит.

Я опустилась в кресло и сцепила пальцы. Только сейчас поняла, насколько сильно устала за этот день. Эрик сел напротив. Чуть ближе, чем обычно.

— Расскажи дословно, — попросил он. — Всё, что говорила та девушка.

Я глубоко вдохнула. И повторила разговор. Про план, загадочные убийства, избранную и то, что она не должна узнать. И наконец произнесла то, что до сих пор отдавало болью в груди:

— «Ты не помешаешь мне опять, дорогая сестра».

Эрик слегка подался вперёд.

— Сестра...

Он повторил это слово почти шёпотом.

— Это уже не просто видение.

Он встал, подошёл к столу и взял несколько листов пергамента.

— Я хотел показать тебе это только после того, как ты всё расскажешь.

Вернулся и разложил бумаги передо мной. На них были строки, схемы, какие-то рисунки и заметки на полях.

— Это всё связано с ученицей Феригг, — начал Эрик. — С женщиной, которую много веков назад считали последней, кто напрямую общался с Богиней Судьбы. По легендам, она могла управлять нитью любого человека.

— Мы уже читали о ней.

Я нахмурилась.

— На истории предсказаний... или на мифологии прорицания. Не помню.

— Читали.

Эрик перевернул лист.

— Но там не было вот этого.

На обратной стороне была короткая запись. Буквы старые, выцветшие, но всё ещё читаемые. Я пробежала глазами по строкам. «Её дочь, унесённая ветром судьбы, выжила, когда мать победила свою сестру, порабощённую тьмой. От неё пойдёт род, который породит ту, в ком возродится светлая сестра. Вернёт судьбы к порядку, и равновесие восстановится». По позвоночнику пробежал холод.

— То есть...

Я подняла взгляд.

— Дочь выжила?

Эрик кивнул.

— И от неё пошёл род.

Я медленно выдохнула.

— Потомок...

— Избранная.

Слово прозвучало почти одновременно с моими мыслями. Он положил лист на стол.

— Та, что восстановит порядок нитей.

Я молчала. Эрик посмотрел мне прямо в глаза.

— Агата. Символ на твоих руках...

Он замялся.

— Я думаю, он появляется не просто так.

Сердце ударило сильнее.

— Ты хочешь сказать...

Голос предательски дрогнул.

— Что всё это про меня?

— Я не утверждаю.

Эрик опустился на корточки перед моим креслом, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

— Но совпадений слишком много.

Он загнул палец.

— Ты видишь то, чего не видит никто.

Ещё один.

— Символ реагирует на магию.

Он посмотрел мне в глаза.

— И кто-то действительно охотится на Избранную.

Тишина.

— А тот, кто был в твоём сне...

Его лицо стало серьёзнее.

— Может быть очень опасен.

Комната будто стала меньше. Я опустила взгляд.

— Мне страшно.

Слова сами сорвались с губ. Эрик не стал говорить, что всё будет хорошо. Не сказал, что мне нечего бояться. Он просто ответил:

— Значит, будем разбираться вместе.

Я подняла глаза. Он был совсем близко. В его взгляде не было ни страха, ни сомнений. Только решимость. И что-то ещё. Что-то мягкое и тёплое. Он осторожно протянул руку, словно оставляя мне выбор. Я вложила свою ладонь в его. Символ под кожей тут же отозвался. Тихим тёплым пульсом. Эрик улыбнулся уголком губ.

— Хороший знак.

— Или предупреждение.

— В любом случае...— Он чуть крепче сжал мои пальцы. — Я не дам тебе пройти через это одной.

На несколько секунд между нами повисло что-то совсем не похожее на расследование. Что-то тянущее, опасное и почему-то очень горячее. Я отвела взгляд. Но руку не убрала. Мне хотелось ещё немного чувствовать тепло его ладони.

— Завтра мы продолжим искать.

Эрик кивнул.

— Завтра.

Он всё ещё не отпускал моих пальцев.

И тогда я впервые подумала, что судьба — это не только нити и пророчества. Иногда судьба — это чья-то рука в твоей. Твёрдая, тёплая и пугающе близкая. Я немного помолчала, а потом тихо спросила:

— Посидишь со мной ещё немного?

Наверное, мне стоило сразу уйти, но я осталась. Эрик пересел в кресло у окна, а я устроилась рядом, почти свернувшись у него на руках. Он был как большая тёплая стена. Надёжный, крепкий и спокойная. А через несколько минут я почувствовала, как вокруг нас раскрылись его эфемерные крылья. Они почти не были видны, но я ощущала их силу. Они укрыли нас, отсекая нас от остального мира. И впервые за весь этот день я действительно расслабилась. Мне больше не снилась тьма. Не было фигур в капюшонах. Не было серебряных нитей. Не было пророчеств. Только тепло.

Мы расстались уже после ужина. В столовой девчонки, конечно, успели заметить наши соединённые руки и обменялись парой многозначительных улыбок. Но, к моему удивлению, допроса не последовало. Наверное, решили оставить самое интересное на потом. А я вернулась в комнату, открыла учебники и попыталась подготовиться к занятиям. Получалось плохо. Перед глазами всё время всплывала одна и та же фраза.

«Ты не помешаешь мне опять, дорогая сестра».

И почему-то сильнее всего меня пугало даже не то, что у меня появилась Избранная роль. А то, что та тёмная фигура, возможно, действительно знала меня. И если она называла меня сестрой... то кто же тогда была она?