Шёпот Кха'ззри

Глава 5

ГЛАВА 5

Магра

Свет раннего утра пробивался через полупрозрачные шторы, нежно касаясь кончиков волос Магры. Её глаза медленно открылись, и первое, что она увидела, была комната, окутанная мягким золотистым сиянием.

Стены спальни, выложенные светлым ониксом, мягко светились изнутри, отражая рассветное солнце и наполняя пространство теплым, живым светом. Резная мебель из лунного камня, казалось, дышала прохладой, а тонкие шелковые ткани постели и покрывал переливались всеми оттенками рассвета.

Девушка потянулась, наслаждаясь моментом тишины и покоя, прежде чем реальность дня начала наступать на неё.

Она перевернулась на бок и взглянула на кровать Аиши. Двоюродная сестра уже не спала, тихо сидела, расчесывая свои иссиня-черные волосы перед зеркалом. Магра наблюдала за ней, любуясь ее грацией и собранностью.

– Магра, ты спишь? – Аиша обернулась, и на ее лице появилась легкая, чуть насмешливая улыбка. – Проспишь все самое интересное! Я уже почти готова.

Девушка приподнялась на локтях, сонно потирая глаза.

– Не могу же я радоваться твоему отъезду с утра пораньше, – пробурчала она, натягивая на себя тонкое шелковое одеяло. – Ты же знаешь, как я буду скучать. Туата опустеет без тебя.

– Не драматизируй, – Аиша рассмеялась, подходя к кровати и присаживаясь рядом. – Я же не навсегда уезжаю. Всего на две недели. Ты даже не успеешь соскучиться.

Она взяла Магру за руку, и та почувствовала, как тепло передается от ее ладони.

Магра кивнула. Она знала, как важна для Аиши эта поездка в Аланн, где находилась лучшая академия ювелирных искусств. Девушка обучалась заочно, приезжая лишь два раза в год чтобы сдать экзамены и получить новое задание до следующей сессии.

– Аиша, возьми меня с собой! – Взмолилась Магра, вскакивая с кровати. – Я буду тихой, обещаю! Никто и не заметит моего присутствия.

Аиша ласково потрепала ее по щеке.

– Ты же знаешь, что это невозможно. Твои родители никогда не позволят.

– Но почему? – Отчаяние захлестнуло Магру. – Чем я хуже тебя? Почему тебе можно, а мне нет?

– Ты принцесса, Магра, – мягко сказала Аиша. – У тебя другая судьба. А мне, сироте, приходится пробивать себе дорогу самой.

Она поднялась с кровати, легкая и собранная, и подошла к дорожному сундуку, стоявшему у стены. Склонившись над ним, Аиша принялась за дело, с деловитой аккуратностью укладывая в него вещи. Ее движения были быстрыми и точными – платья из тонкого шелка ложились ровными стопками, небольшие флаконы с духами и мазями занимали свои места в специальных отделениях, а пачка рисовальной бумаги и несколько карандашей аккуратно устроились сверху, готовые сопровождать ее в дороге.

Магра знала, что сестра права, но от этого было только больнее. Она с завистью смотрела на сборы Аиши, на ее независимость, на возможность путешествовать и учиться.

Встав с кровати, девушка подошла к окну и распахнула его настежь. Свежий утренний воздух заполнил комнату, принося с собой ароматы цветущих дворцовых садов.

Сады Туаты открывались ее взору во всем своем великолепии – каскады зелени, водопады цветов невероятных оттенков, серебряные нити ручьев, петляющих среди мраморных дорожек. Деревья с листвой, сверкающей словно самоцветы, тянулись ветвями к небу, а в воздухе разливался сладкий аромат экзотических цветов и поющих камней. Глубоко вдохнув, Магра почувствовала, как жизнь начинает пульсировать внутри.

Надев своё любимое платье – лёгкое и воздушное, идеальное для жаркого летнего дня, она посмотрела на холст, стоящий в углу комнаты. Едва начатый рисунок – попытка запечатлеть закат над морем. С мечтательным выражением лица Магра представила, как добавит несколько мазков, чтобы передать игру света и тени.

Взгляд Магры упал на ее отражение в большом, в полный рост, зеркале, оправленном в раму из черненого серебра. Из глубины зазеркалья на нее смотрела прекрасная, но печальная девушка с копной непокорных, вьющихся волос цвета темного коньяка, в которых, казалось, запутались отблески заката. Глаза, большие и выразительные, сейчас, подернутые дымкой грусти, напоминали морскую волну перед штормом – глубокий, переменчивый цвет, в котором бирюза боролась с изумрудом, не уступая друг другу ни пяди. Тонкий, чуть вздернутый носик, пухлые, как лепестки розы, губы, нежная, алебастровая кожа – все в ней было прекрасно, совершенно, но… безжизненно. Словно искусно выполненная кукла, лишенная души.

– Ну что, пойдем на завтрак? – предложила Аиша, закончив сборы, и ласково провела рукой по ее непокорным кудрям. – Родители уже ждут нас.

Коридоры дворца постепенно оживали, наполняясь приглушенными голосами слуг и запахами свежеиспеченного хлеба и пряных трав. Спустившись по витой лестнице, они вошли в просторную столовую.

Стены столовой, украшенные резьбой по светлому дереву, создавали ощущение увеличения пространства. Высокие арочные окна открывали вид на внутренний двор дворца, где фонтаны били в полдень, словно серебряные колокола. В воздухе витали ароматы не только свежей выпечки, но и тонкий запах ладана и фенхеля – невидимое присутствие магии в каждом уголке дворца.

За длинным столом уже собралась вся семья.

Король Басим Хамза, величественный и спокойный, как и всегда, сидел во главе. На нем был просторный шелковый халат цвета ночного неба, не такого, которое бывает ночью, а такое, когда солнце уже скользнуло за горизонт, а луна еще не успела вступить в полную власть. Ткань струилась мягкими волнами, скрывая мощную фигуру, но не скрывая величия осанки. В короткой черной бороде серебрилась редкая нить седины – тонкий штрих времени на лице, казалось, неподвластном старости. Легкие морщины, словно тонкие руны, легли вокруг губ и глаз добавляя мужчине оттенок мудрости и опыта.

Он был скалой, о которую рассекаются волны невзгод, незыблемым центром не только Зафирии, но и своей семьи.

Мать Магры, с ее мягкой улыбкой и неизменной добротой в глазах, сидела рядом с мужем и разливала чай из серебряного чайника.

Королева Салаха, миниатюрная и хрупкая, казалось, состояла исключительно из мягкого света и утонченности. Рыжие волосы, собранные в скромный пучок на макушке, открывали тонкую шею и нежное лицо. Ее маленькая фигурка рядом с величественным Королем невольно рождала вопрос – как эти две столь разные сущности сумели найти друг друга?

Амир тоже был там. Высокий, статный, с насмешливой улыбкой на губах, он стоял у окна, рассматривая в ладони серебряную монету. Заметив девушек, он демонстративно подбросил ее в воздух и ловко поймал.

– Что ж, сестрица, – протянул он с усмешкой, усаживаясь рядом с родителями, – отправляешься в этот… Аланн, колдовать над своими камушками. Надеюсь, ты хоть что-то полезное там научишься, помимо того, как превращать медь в золото. Хотя, сомневаюсь, что в твоем случае это вообще возможно.

Аиша, не обращая внимания на язвительный тон брата, пожала плечами.

– По крайней мере, мои «камушки», как ты их называешь, Амир, могут исцелять, – парировала она, бросив многозначительный взгляд на Магру. – В отличие от твоих боевых навыков, которые пригодны лишь для разрушения.

Магра, уловив скрытую поддержку в словах Аиши, слегка улыбнулась. Она уже несколько лет обучалась целительству в дворцовой школе и прекрасно понимала, насколько важны магические артефакты для их работы. И все же… зависть к Аише не отпускала. Аиша увидит мир, познакомится с новыми людьми, получит доступ к знаниям, которые ей, Магре, недоступны.

– Амир, прекрати! – Король положил руку на плечо сына. – Не нужно дразнить девочек.

Но слова отца не принесли облегчения. Магра знала, что он тоже не одобряет ее тайных грез.

– Скорее берите печенье, – обратилась к ним мать, тепло улыбнувшись. – Надеюсь, вы обе готовы к новому дню?

Девушки синхронно кивнули. Магра села рядом с Аишей, а отец, Басим, внимательно посмотрел на них обеих.

– Аиша, ты хорошо подготовилась к поездке? – Спросил он.

– Конечно, дядя, – ответила Аиша, чуть покраснев. – Всё готово.

Магре, сидевшей рядом и до этого лишь молча наблюдавшая за беседой, почувствовала, как в груди защемило. Сердце забилось чаще, подталкивая ее. Сейчас или никогда.

– Отец, – робко начала она, и ее голос, обычно звонкий и уверенный, звучал тише обычного, почти шепотом. Она сложила руки на коленях, сжимая ткань платья, – Позволь мне поехать с Айшей в Аланн. Хотя бы на несколько дней. Я очень хочу увидеть город… – она сделала крошечную паузу, подбирая слова, которые не вызовут немедленного гнева, – …увидеть, как живут те, кто по ту сторону Стен.

Она не произнесла слово «слепые» вслух – это считалось грубым, почти оскорбительным в высшем свете, подобно тому, как в присутствии калеки не упоминают о его увечье. Но все в зале понимали, о ком речь.

«Слепые». Так в Зафирии называли людей, лишенных дара видеть и чувствовать потоки магии. Для магов, чья реальность была пронизана сияющими реками энергии, мерцающими аурами и узорами силы, такие существа были подобны живущим в вечной тьме. Их мир считался плоским, бедным, лишенным красок и измерения. В детских сказках «Слепые» часто изображались почти как животные, существа инстинкта, не способные к возвышенным мыслям и истинному искусству. Их города, вроде Аланна, представлялись скоплением унылых, серых построек, где царили примитивные технологии и грубая сила.

Король Басим внимательно посмотрел на дочь, и Магра увидела в его глазах не вспышку гнева, которого она ожидала, а нечто более тяжелое – глубокую, выстраданную усталость и бездонную печаль. Он медленно покачал головой, и в этом движении была не просто досада, а словно бы предчувствие ее просьбы, давно его преследовавшее.

– Магра, мы уже говорили об этом, – произнес он мягко, но непреклонно. – Зафирия – закрытое королевство. Для тебя, как для принцессы, особенно важно оставаться здесь, под нашей защитой. Твое место – во дворце.

– Но почему Аише можно, а мне нельзя? – В отчаянии воскликнула Магра, чувствуя, как к горлу подступает ком.

Король Басим тяжело вздохнул, его пальцы сжимали нож и вилку. Он обменялся быстрым, почти невидимым взглядом с супругой. В этом молчаливом диалоге была целая история их родительских тревог.

– Аиша едет учиться, Магра, – мягко вступила в разговор королева Салаха, ее голос звучал утешительно, но твердо. – У нее есть важная цель. Ты же… ты еще слишком юна для таких путешествий. И мир их… он совсем не так прекрасен, как тебе кажется. Там нет магии, там царят совсем другие законы. Это опасно для нас, магов.

Салаха обвела взглядом роскошные покои, залитые волшебным светом, где даже воздух переливался от сконцентрированной магии.

– Опасно? – Магра недоверчиво взглянула на мать. – Но Аиша же не боится! Она два раза в год ездит в Аланн!

– Аиша – другое дело, – коротко отрезал Амир, бросив взгляд на сестру, полный неодобрения. – Хватит спорить, Магра. Решение родителей – окончательное.

Эти слова прозвучали как приговор. Магра опустила взгляд, чувствуя, как жаркие слёзы обиды и горького разочарования подступают к глазам, предательски застилая всё вокруг. Она сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, пытаясь физической болью заглушить боль в груди. Там, за рёбрами, словно разрасталась ледяная, бездонная пустота, вымораживая всё надежды.

И сквозь горечь она уловила это снова – в голосах родителей звучала не просто родительская твердость. Сквозь неё пробивалась какая-то иная, глубокая и скрытая тревога, словно они боялись не просто путешествия, а чего-то большего, чего-то, чего она, Магра, понять пока не могла.

Аиша, заметив ее расстройство, легонько коснулась ее руки.

– Не печалься, Магра, – прошептала она тихо, чтобы брат и родители не услышали. – Поверь мне, в мире слепых не так уж и интересно, как ты себе представляешь. Там нет волшебства, нет красок Зафирии. Это мир серый и грубый. Но… я обязательно привезу тебе оттуда что-нибудь особенное. Какой артефакт ты хочешь? Может быть, новый набор игл для акупунктуры с магическими наконечниками? Или браслет, усиливающий целительскую энергию?

Магра вытерла слезы и попыталась улыбнуться.

– Не знаю, – прошептала она. – Выбирай сама. Ты лучше знаешь, что мне нужно.

После завтрака, в то время как Аиша заканчивала свои сборы, перепроверяя списки и заклинания защиты, Магра сидела на широком подоконнике в солнечных покоях, задумчиво поджав ноги. Она невидящим взглядом следила за игрой света и тени в цветущем саду, где волшебные колибри пили нектар из поющих цветов. Но сегодня даже их мелодичные трели не могли рассеять тяжесть в ее сердце. Каждый лепесток, каждое мерцание магии за окном напоминало ей о стенах – и видимых, и незримых, – что окружали ее жизнь.

Аиша, закончив укладку своего скромного дорожного сундука, на мгновение задержалась у двери, наблюдая за сгорбленной спиной кузины. Легкая грусть тронула ее черты. Затем, сделав шаг вперед, она мягко опустилась на подоконник рядом, их плечи почти соприкоснулись. Безмолвное понимание витало в воздухе между ними.

Она открыла свою сумку и достала оттуда увесистый том в кожаном переплете – «Артефакты Зафирии. Символы и принципы создания». Книга пахла старой кожей и пылью библиотек. Но Аиша искала в ней не знания. Ловкими пальцами она нащупала потайной карман на внутренней стороне обложки и извлекла оттуда две небольшие, изящные записные книжечки, переплетенные в мягкую темно-синюю кожу, отполированную до бархатистости тысячами прикосновений.

Одна из них, чуть помятая, с углами, истончившимися от времени и частого использования, легла ей на колени, словно старый, верный друг. Вторую, с идеально ровными, нетронутыми страницами и едва уловимым ароматом свежей кожи и чернил, она бережно положила в ладони Магры. На обложках обеих книжек, если приглядеться, едва заметно мерцали маленькие, изящно вытисненные серебряные руны – не просто украшение, а сердце скрытой магии.

– Смотри, – тихо прошептала Аиша, и в ее голосе звучала таинственность, словно она делилась величайшим секретом.

Она легко коснулась указательным пальцем одной из рун на своей книжке. Серебро под ее кожей на мгновение вспыхнуло теплым светом. Магра, затаив дыхание, повторила движение на своей книжке. Ее палец ощутил легкое, почти эфемерное покалывание, и между двумя книжками, в пространстве воздуха, промелькнула быстрая, едва уловимая искра синего света, похожая на крошечную молнию, соединившую их на мгновение.

Аиша улыбнулась, ее глаза блестели. Не отрывая понимающего взгляда от Магры, она открыла свою помятую книжечку, достала из специального желобка на переплете миниатюрное перо и быстрым, уверенным почерком вывела на пожелтевшей странице несколько слов:

«Не грусти. Я буду писать. Обещаю!»

Едва она закончила последнюю букву, на идеально белой, пустой странице книжки в руках Магры, словно проявляясь из ничего, возникли те же самые слова. Чернила были такими же, почерк – точной копией. Магра ахнула от удивления и восторга, проводя пальцем по еще влажным, на ее взгляд, чернилам. Они были сухими и лишь слегка теплыми.

Девушки обменялись долгими, безмолвными улыбками, в которых было больше понимания, чем в сотне произнесенных слов. В этой магии была не просто связь, а частичка души Аиши, которую она оставляла с ней.

Затем Аиша с нежностью закрыла свою книжку – верную спутницу в дальних странствиях – и упрятала ее обратно в тайник учебника. Другую, теперь заряженную связью, она оставила Магре. Магра сжала свою записную книжку в руке, прижимая ее к груди. Она была не просто предметом. Она была мостом через предстоящую разлуку, живым, дышащим доказательством невидимой нити, что навсегда связывала ее с сестрой, где бы та ни была. В этой маленькой синей книжечке теперь жила надежда.

***

Вся семья вышла во внутренний двор, чтобы проводить Аишу в дальний путь. Ей предстояла долгая поездка на карете до самых границ, где будет произведена пересадка на легковой автомобиль. Эта штука вызывала дикое любопытство у Магры.

Карета, запряженная четверкой волшебных белоснежных лошадей, уже стояла у ворот, готовая к отправлению. Казалось, они были созданы из лунного света и горного тумана, – их шерсть искрилась перламутром, а длинные гривы и хвосты ниспадали жидким серебром. В глубоких, бездонных глазах горел мягкий голубой огонь, как отражение магических звезд Зафирии. От них исходило легкое, необычное сияние, озарявшее двор волшебным светом, и едва уловимый аромат горных трав.

Кучер, в ливрее с гербом Туаты, почтительно держал дверцу открытой. Аиша, одетая в дорожный костюм из прочного шелка, обняла на прощание Магру.

– Не грусти, сестренка, – сказала она, сжимая ее руки. – Я буду писать тебе при каждой возможности.

– Обещай, что будешь осторожна, – прошептала Магра, едва сдерживая слезы.

– Не волнуйся, – улыбнулась Аиша. – Я справлюсь.

Она еще раз обняла Магру, затем попрощалась с родителями и Амиром, который, как обычно, ограничился холодным кивком. Взойдя в карету, Аиша помахала рукой из окна. Магра махала в ответ, пока карета не скрылась за поворотом.

Оставшись одна, Магра почувствовала, как на нее снова накатывает волна тоски и отчаяния. Она с завистью смотрела вслед удаляющейся карете, представляя себе, как Аиша будет путешествовать по бескрайним просторам Зафирии, а затем пересечет границу и окажется в совершенно другом мире – мире, полном новых возможностей и впечатлений.

В их мире магия была тонкой, неуловимой энергией, пронизывающей всё живое. Она питалась от естественных источников: солнца, луны, земли, воды. Технологии же, напротив, основывались на грубой, искусственно созданной энергии, которая разрушала магическое поле.

Магия и технологии взаимно поглощали друг друга, аннигилируя одна другую. Магическая энергия, сталкиваясь с технологической, теряла свою силу, рассеивалась, превращаясь в ничто. Точно так же и технологии, попадая в зону сильного магического поля, переставали работать, ломались, рассыпались на части.

Но это противостояние не было абсолютным. Полная аннигиляция происходила лишь при прямом столкновении, при попытке смешать несовместимое – грубую силу машин с тонкой энергией волшебства.

На деле же, всё было несколько сложнее.

Граница между магией и технологией не была чёткой, как линия, проведённая углём на пергаменте. Скорее, это была широкая, размытая полоса, зона, где две силы взаимодействовали друг с другом, ослабляя, искажая, но не уничтожая полностью.

В этой пограничной зоне сложные устройства, основанные на электричестве, двигателях внутреннего сгорания или точных расчётах, действительно выходили из строя. Их механизмы начинали барахлить, электроника сбоила, энергия рассеивалась впустую. Но простые, гениальные в своей примитивности устройства, где все работало, за счет не хитрой конструкции, а четких законов физики, вроде рычагов, блоков, пружин и противовесов, продолжали функционировать, пусть и теряя в эффективности.

Так, например, порох, заключенный в металлическую оболочку, мог взорваться в руках стрелка, а сложное устройство паровой машины – заглохнуть на полпути. А вот обычный арбалет, приводимый в действие силой натянутой тетивы, все еще мог отправить в цель свой болт. Пусть уже не с такой сокрушительной силой, как в мире, лишенном магии.

Именно поэтому Зафирия была отрезана от остального мира. Королевство было огромным, занимало целый континент, но на расстоянии нескольких миль от его границ не существовало ни одного поселения, ни одного города.

На границах Зафирии стояли пограничные посты, где несли службу стражи, вооруженные особым оружием. Они использовали глефы, длинные древки с лезвиями из обсидиана – вулканического стекла, которое, как известно, проводит магическую энергию, но не генерирует свою собственную.

Благодаря этому глефы не подавлялись технологиями и не подавляли магию стражей в обычное время, когда они находились далеко от границы. Лезвия глеф были отравлены ядом змеи Заарг, чей яд вызывал у жертв мгновенный паралич и медленную, мучительную смерть. Технологии в этом регионе, за пределами буферной зоны, функционировали исправно, но стража не использовала их из гордости и презрения к «бездушным машинам». Они считали, что истинный воин должен полагаться только на свою силу, ловкость и мастерство владения холодным оружием.

В спальне все еще царил легкий беспорядок, оставшийся после сборов Аиши. На столе лежали забытые ленты, на полу валялась книга по ювелирному искусству, которую Аиша читала вслух, а на туалетном столике поблескивал флакон с духами, подаренными Аише перед отъездом.

Магра взяла флакон в руки, поднесла к лицу и вдохнула тонкий аромат жасмина и сандала. Слёзы снова навернулись на глаза.

Ее удел – смиренно ждать, когда родители выберут ей достойного мужа, который, скорее всего, окажется таким же скучным и предсказуемым, как и вся ее жизнь.

Глава 6

ГЛАВА 6

День Х

Эйдан не привык отступать. Заполучив поддержку Императора, закупив оружие и раздобыв Сплетенье, он с головой окунулся в подготовку к операции по проникновению в Зафирию.

Год, опрометчиво брошенный на чашу весов в споре с Циараном, таял, как утренний туман. План проникновения в Зафирию – эту нерушимую крепость, хранящую магию от чуждого мира, – до сих пор был лишь набором разрозненных идей.

Чтобы выиграть, ему нужно было действовать быстро, первым шагом стала информация. И Эйдан знал, где искать этот бесценный товар.

– Маркус, подними всех наших старых знакомых, – распорядился Эйдан, нервно расхаживая по кабинету. – Крыса, Слизня, Шептуна – всех, кто торгует информацией. Мне нужны сведения о Зафирии. Все, что касается королевской семьи.