Танец драконов и ключей. Том 2
— Уютненько, меня даже выпускают поразмяться на улице, чего не делали в прежней, — равнодушно отозвался Гилберт и подошёл ещё ближе. Тут он заметил меня и постарался скрыть удивление. — В одежде ты нравишься мне меньше, — тем же тоном заметил он.
От того, каким взглядом на меня покосилась Нелли, я захотела сбежать.
— Мне нужен твой дракон, — переключилась на деловой тон всадница.
— Этот поганец нынче пользуется популярностью, я начинаю ему завидовать. Но боюсь, что отсюда я не могу им управлять. — Гилберт демонстративно попробовал развести руки в стороны, но цепь между кандалами не позволила.
— Брось, мне можешь не врать. Я знаю, что ты все десять лет не разрывал связи и наблюдал за городом и крепостью его глазами. Просто попроси его проводить меня к Глоиру. Он ведь знает, куда лететь. — Нелли смотрела на мужчину одним из своих суровых взглядов, но руки скрестила на груди и нервно постукивала носком сапога о пол.
Гилберт с подозрением прищурился. Во мне же слова всадницы вызвали замешательство. Захотелось прервать этот диалог и спросить: «А что, так можно, что ли?»
— Значит, ты поверишь мне, если я скажу, что тебе не стоит лететь туда? — неожиданно серьёзно ответил пленник.
— Ты видел его смерть? — прямо спросила Нелли.
— Я видел двадцать пять всадников. Хоть они и младше тебя, а их драконы мельче, но зубов у них в двадцать раз больше. А ещё я видел их наблюдательные посты. Они засекут твоё приближение за несколько часов и успеют либо перехватить в небе, либо напасть у гор. Одной туда соваться нельзя.
То, как он говорил, словно прекрасно разбираясь в поднятой теме, мне понравилось. Их беседа пока не касалась меня, но слушать почему-то было интересно и волнительно. Мой взгляд невольно скользил по вырванному из тени камеры силуэту Гилберта, отмечая, что даже за несколько недель взаперти он не растерял физическую форму.
— Значит, ты полетишь со мной! — уверенно заявила Нелли.
— Ага, вот уже сел и полетел! — ей в тон отозвался пленник.
Он поднял руки и сделал шаг вперёд, из-за чего сковывающие запястья кандалы упёрлись в решётку с характерным звуком.
— Брось, ты это за полчаса снимешь. — Она махнула рукой на его оковы.
— Только потом меня запрут ещё глубже, что явно не в моих интересах. Так что найди тех, кто полетит с тобой, а я попрошу Аргентуса показать вам путь.
Нелли громко выдохнула, у неё из ноздрей почти шёл пар от злости. Заскрежетав зубами, она буркнула что-то неразборчивое, развернулась и направилась к выходу, бросив себе за спину:
— Ты идёшь или предпочтёшь остаться с ним?
Это явно было адресовано мне.
— Подожди меня, пожалуйста, у выхода, — мягко попросила я, так и не оторвав взгляда от пленника.
— Только недолго воркуйте, голубки.
Недовольно фыркнув, всадница махнула на меня рукой и стремительно пошла прочь, громко стуча каблуками. Только когда её шаги затихли, я нашла в себе силы и заговорила полушёпотом:
— А что, если есть способ вытащить тебя из камеры на законных основаниях?
Волнение постепенно растекалось от плеч по рукам и груди.
— Контуир не отпустит меня, только чтобы я проводил Нелли в горы. Он скорее запретит ей лететь или запрёт в соседней камере.
— Нет, ты не понял. — Я сделала шаг вперёд. — Он может выпустить тебя навсегда.
На несколько минут воцарилась тишина. Гилберт смотрел на меня с нескрываемым интересом. Пришлось побороть неуверенность, взять себя в руки и озвучить то, что я так и не смогла сформулировать у себя в голове за последние несколько часов.
— Ты ведь так и не нашёл ключ и на свободу за пределы крепости не рвёшься из-за него, я права?
— Допустим, — напряжённо ответил Гилберт.
Впервые при общении с ним я растерялась настолько, что начала путаться в своих мыслях. Опасения, что привычные приёмы не сработают и всё снова обернётся против меня, отрезвили в одно мгновенье. Давать какие-то намёки на близость было нельзя.
— Контуир опасается, что если ты обретёшь свободу…
— То перетрахаю всех баб в этом городе, а Аргентус спалит здесь всё дотла. Да, да, я это уже слышал, — устало прервал меня пленник.
— Но если ты заверишь его, что этого не будет…
— Он мне не доверяет и не поверит ни одному моему слову. А стража, что будет следить за каждым моим шагом, мне ни к чему.
— А ты скажи ему, что другие бабы… — от этого слова меня перекосило, но я всё же решила употребить именно его, — тебя не интересуют. Что спать ты будешь только со мной. И пообещай не отходить от меня ни на шаг. — Фразы срывались с языка быстрее, чем я успевала их обдумать. — Скажи, что принял выбор Аргентуса и решил остепениться. — Мой голос дрожал. Я ступила на скользкую дорожку, затронув опасную тему, которую не была готова обсуждать всерьёз.
Гилберт задумался. В его глазах отражалось пламя факела, а уголки губ тонули в объёмной бороде, скрывая от меня ухмылку.
— И ты согласна на это?
— Я сама это предложила.
— Ты готова проводить со мной каждую минуту своего времени и делить постель? — В его голосе слышалось искреннее удивление.
— Только, чур, я сплю на правой половине кровати, и ни одна часть тебя не должна её касаться, — наигранно огрызнулась я.
В груди же у меня всё сжалось от предвкушения ответа. Гилберт не мог отказаться. Предложение было в его интересах, и так он не узнал бы, что на самом деле сыграл бы роль моей защиты от Килиана, а значит, ничего не потребовал бы взамен.
— Хорошо, так и быть, кровати касаться я не буду, — хитро заметил он.
— Никаких прикосновений ко мне! — сквозь зубы заявила я.
Судя по тому, как изменилось выражение лица Гилберта, он что-то увидел в моём взгляде.
— Так и знал, что во фразе «будешь спать только со мной» есть какой-то подвох. Ладно, твоя взяла. На деле разберёмся, кто к кому первый полезет.
По груди прокатилась волна облегчения. В душе захотелось прыгать от радости и танцевать. Жаль, что музыка обычно играла только в городских тавернах, а без Кела мне туда ходить не следовало.
При воспоминании о нём сердце кольнуло, но я постаралась проигнорировать это. Естественно, слухи о том, что Гилберт будет ночевать в моей спальне, разлетятся на весь замок.
— Я предупрежу Контуира о наших внезапно вспыхнувших чувствах, но разговаривать с ним о своём освобождении придётся тебе. — Я надеялась, что Гилберт не воспримет мои слова всерьёз и поймёт задумку.
— Я нас не подведу, — сухо отозвался он.
— Не забудь помыться, когда выйдешь отсюда, — бросила я на прощание и направилась к выходу.
— Постельное бельё поменяй, я предпочитаю шёлковое, — с весёлостью в голосе отозвался пленник. — И место в шкафу освободи!
Почему-то его слова вызвали улыбку на моих губах.
Глава 6. Диалог за диалогом
Кэри
Санти долго не могла поверить рассказу о случившемся с Изабель, но моё заплаканное лицо и ребёнок, которого я уже достала из корзинки и пыталась успокоить, её переубедили.
Молча забрав младенца, она сказала, что отнесёт его, куда было велено, и я смогла вернуться к своим обязанностям.
Налив в ведро воды и захватив чистые тряпки, я направилась к кабинету главы Веллума, намереваясь приступить к уборке в шкафах. В случае, если Контуир передумал бы или оказался слишком занят, всегда можно было протереть пыль в его спальне.
С трудом дотащив ведро до второго этажа, я свернула за угол и оказалась в коридоре, где находились нужные комнаты, и застыла на полушаге, чуть не расплескав всю воду.
Прямо возле двери кабинета первого элестора стоял мужчина. При моём появлении его фигура сразу напряглась, а взгляд единственного глаза оказался направлен на меня. На втором красовалась аккуратная чёрная повязка.
Прижавшись ухом к щели между створками, подозрительный тип внимательно вслушивался в происходящее за дверью. На нём была форма солдата, поэтому я лишь фыркнула от подобной нескрываемой наглости.
Подняв поставленное на пол ведро, я продолжила путь к кабинету и уже собиралась заговорить, когда мужчина медленно поднёс палец к губам и хитро улыбнулся. В его единственном глазе блеснул недобрый огонёк, и находиться рядом с ним стало жутковато.
Отстранившись от двери, подозрительный тип подмигнул мне, сцепил руки за спиной и уверенным, но медленным шагом направился к лестнице с невозмутимым выражением на лице. Он выглядел так, словно не переживал, что я кому-нибудь расскажу о том, что только что видела.
Проводив его взглядом, я подошла к дверям и уже собиралась постучать, но замерла и прислушалась.
— Я не сошла с ума! — почти кричала какая-то женщина.
Опустив ведро на пол, чтобы не сгибаться под его тяжестью, я сама не поняла, как заняла место незнакомца возле щели между створок.
— Никто так не думает, милая, выдохни. — Эти слова явно принадлежали рыжему. — Просто некоторые лекарства Антуана и правда могут вызывать весьма реальные сны. Я не говорю, что это не могло быть правдой…
— Ты именно это и говоришь! — снова взорвалась та же женщина, и я посмела предположить, что это была его дочь. Ни с кем другим Реймонд не был бы столь мил.
— Давай обсудим всё, когда я вернусь. Только ты и я, хорошо? — словно подтверждая мои мысли, необычно мягко произнёс бархатный голос.
— Значит, решено. Рей, вы с Сандрой вылетаете на дежурство немедленно и сразу после него выдвигаетесь в сторону того каньона. Отдохнёте где-нибудь ночью.
— Как они узнают, куда лететь? — строго спросил незнакомый женский голос.
— Мы обыщем горы возле той последней деревни, где они застали нападение драконов, и заодно увидим всё своими глазами. Гвен отсутствовала не так долго, её не могли унести слишком далеко, — равнодушно ответил Реймонд.
— Нелли, дракона размеров Вирдиса нельзя не заметить. Если он и Глоир где-то там, они его найдут, — попытался заверить женщину Контуир.
— Я сама полечу с Реймондом! — продолжала упираться незнакомка.
— Нет, не полетишь, — отрезал Реймонд. — Ты слишком эмоциональна и неконтролируема. В случае, если он и правда там, ты не сможешь здраво оценивать ситуацию и можешь погибнуть, а я могу не успеть тебя спасти.
— Рей прав, Нелли. Ты останешься здесь, на тебе Мейс. Я устал с ним бороться…
— Я ему не нянька. Если он хочет обниматься ночами с бочкой вина — это его дело, но, может, тебе пора уже урезать его содержание, чтобы он просто не мог её себе позволить?
— Если я поступлю подобным образом, он начнёт распродавать всё, что не прибито к стенам замка, так что это не вариант. Он нужен нам сейчас на время отсутствия Рея и Сандры. Пару дней. — Скрипнули половицы — вероятно, Контуир поднялся.
— Займусь им после ужина. Когда я выходила из своей спальни, он только начал храпеть, — ответила ему та же женщина, с которой мне пока не доводилось сталкиваться. — В таком состоянии с ним бесполезно разговаривать.
Сообразив, что глава Веллума идёт к двери, я отпрянула от неё и сделала вид, что смиренно дожидаюсь возле стены и рассматриваю какую-то картину.
В этот момент из-за угла, где находилась лестница, показалась знакомая фигура солдата с растрёпанными пепельными волосами.
Вспомнив, что Контуир собирался поговорить и с ним, я сдержала желание закатить глаза. Похоже, уборка откладывалась ещё на какое-то время. Заметив моё присутствие, Келегорн собирался что-то сказать, но тут двери кабинета распахнулись, и оттуда уверенной походкой вылетела женщина с длинными чёрными волосами, собранными в хвост. Она пронеслась мимо, чуть не сбив нас с ног.
— Нелли, подожди, пожалуйста, — позвал женский голос от дверей, и я увидела переступившую порог рыжую девку.
— Что ещё? — поинтересовалась брюнетка и развернулась на зов.
— Мне потребуется твоя помощь… — начала было рыжая, но запнулась, уставившись на Кела.
Солдат вжался в стену напротив дверей и явно чувствовал себя неловко, а моего присутствия с другой стороны от входа вообще никто не замечал.
— Гвен. — Бархатный голос её отца привлёк внимание девки. Оторвав взгляд от Келегорна, она посмотрела на подошедшего сзади Реймонда и устало выдохнула. Тот заботливо обнял её и аккуратно прижал к груди. Его ладонь легла на затылок дочери, а вторая принялась поглаживать спину. — Мы поговорим, когда я вернусь, обещаю. Просто это займёт много времени, а я не хочу прерываться и спешить, — чересчур мягко произнёс он и всего на секунду скользнул взглядом по мне.
Поняв, что у этой сцены оказалось довольно много свидетелей, рыжий выпустил дочь из объятий. Та понимающе закивала, но выражение на её лице явно говорило, что она недовольна таким развитием дел.
— Ну сколько можно? Я нужна или нет? — напомнила о себе брюнетка.
— Да, мне нужно кое-что сделать… — опомнилась рыжая.
Она ещё раз взглянула на своего отца и пошла, заметно прихрамывая.
Каждый шаг давался ей с трудом, и это не укрылось от внимания Кела. Отстранившись от стены, он собирался помочь всаднице, но Реймонд опередил его. Оказавшись возле дочери, второй элестор позволил ей опереться о себя и повёл вперёд по коридору.
— А, Келегорн, ты как раз вовремя, проходи, — заметил присутствие солдата Контуир.
Всю эту сцену он стоял посреди кабинета и молча наблюдал за происходящим. Сообразив, что меня ему не видно, я сделала шаг в сторону, и взгляд главы Веллума скользнул уже по мне.
— Ты тоже заходи, начнёшь с верхних полок, — распорядился он, развернулся и направился к письменному столу.
Кел даже не посмотрел на меня и прошёл в кабинет первым. Подхватив ведро вместе с привязанными к ручке тряпками для уборки, я последовала за ним и кое-как закрыла за собой дверь. Окинув взглядом книжные шкафы по правую и левую стороны от входа, задрала голову и ужаснулась от предстоящего объёма работы. Обречённо вздохнув, взяла один из свободных стульев и приставила его ближе.
— Мне тут стало известно, что тебе кто-то приказал принести детскую кроватку в спальню прислуги, — сразу перешёл к делу Контуир.
Он обогнул письменный стол и, устроившись в кресле, стиснул ладонь в кулак и положил его перед собой. Замерший почти в центре кабинета Келегорн попытался незаметно посмотреть на меня, но передумал.
— Это было не совсем так, — уверенно ответил он.
Брови главы Веллума даже не дёрнулись от удивления, зато я чуть не свалилась со стула, на который взобралась, чтобы достать до верхних полок шкафа.
— А как? — с интересом поинтересовался Контуир.
— Мы с Ником нашли её в одной из кладовок, немного привели в порядок и решили принести Изабель. Нам никто не приказывал. Нику было жалко её и ребёнка, и он хотел хоть чем-то им помочь. Но она могла отказаться от такого дара, особенно если бы знала, что он от нас, — с явной неохотой признался Кел.
Вытаскивая книги с самой верхней полки, я распихивала их по другим, где было место, а сама косилась на солдата внизу.
— И ты решил прикрыться именем того, чей приказ ты не смог бы не выполнить, — сделал вывод Контуир.
— Вам явно некогда заниматься чем-то таким, потому я назвал диа Реймонда.
— Почему Изабель могла бы отказаться от подарка, будь он от вас?
Воцарилась тишина. Из-за неё звук, с которым я слезла со стула и смочила тряпку в ведре, показался слишком громким. Всплеск воды разнёсся по кабинету. Кел обернулся и посмотрел на меня. Встретившись с ним взглядом, я отвернулась первой и забралась обратно.
— Я бы не хотел давать ответ при посторонних, — спокойно заявил он.
— Кэри останется, а ты ответишь на мой вопрос или понесёшь наказание за допущенное самоуправство, ставшее одной из причин несчастного случая, — холодно возразил Контуир.
— Несчастного случая? — непонимающе уточнил Келегорн.
— Почему Изабель могла отказаться от вашего подарка? — повторил глава Веллума.
Протирая пустую полку, я старалась не оборачиваться и не смотреть на солдата. Его молчание и реакция выглядели неоднозначно и пробуждали во мне любопытство.
От неожиданной догадки я даже выронила тряпку и начала слезать со стула.
— Изабель не знала, кто отец её ребёнка… — тихо пробормотала я.
Кел будто бы вздрогнул.
— Я жду, — напомнил Контуир.
— Судя по всему, Изабель забеременела на одной из наших ночных посиделок в оружейной. Риз и Лари сами не знали, кто отец, ведь оба были с ней в ту ночь. Риз хотел взять на себя ответственность, если бы ребёнок был похож на него, но не стал обнадёживать Изабель раньше времени. И как известно, до рождения ребёнка он не дожил… — с явной неохотой пробубнил Келегорн.
Теперь уже настала моя очередь испытывать чувство вины за совершённое убийство двоих солдат. Подняв тряпку, я сделала вид, что всё в порядке, и снова забралась на стул.
— Но при чём тогда тут вы? — уточнил глава Веллума.
— Мы с Ником тоже были там в ту ночь. Но мы к девушкам не прикасаемся, а Изабель нам не верит, она подозревает всех четверых. — Голос Келегорна дрогнул.
В нём слышались нотки вины и раздражения одновременно.
— Не верит? А сама она не помнит?
Солдат замялся. Контуир же неожиданно закрыл глаза и глубоко вздохнул, словно догадавшись о причинах.
— Не прикасаетесь, но и не останавливаете своих друзей? — хмуро заметил он.
— Риз и Лари не тащили их к себе насильно. — Кел пожал плечами. — Девушки соглашались прийти сами. Не хотели бы, не приходили бы.
— Свободен. Позови ко мне капитана Бадена, — распорядился Контуир и кивнул на дверь.
Развернувшись, стражник поспешил на выход, даже не посмотрев на меня. От осознания, в чём именно он принимал когда-то участие, моя симпатия к нему резко поубавилась, и я даже обрадовалась, что тогда в конюшне мы не зашли слишком далеко. Захотелось поскорее вырваться из стен крепости и увидеться с Аликом, но в этот раз уже не представлять на его месте другого.
— Что за бардак творится в этой крепости, — устало пробормотал Контуир.
За Келегорном не успела закрыться дверь, как в неё тут же снова постучали, и, получив позволение, порог переступил другой солдат. Отдав полагающийся знак почтения, он выпрямился перед главой Веллума.
— Диа Контуир, пленник просит у вас аудиенции.
— Кто?
— Диа Гилберт. Он утверждает, что это важно…
— Веди, а то он опять начнёт орать на весь замок, и у меня снова заболит голова.
Кивнув, солдат удалился.
— Думаю, сегодня тебе лучше заняться уборкой в моих покоях. Здесь решили устроить проходной двор, — сдался глава Веллума и обратился уже ко мне.
Повернувшись, я кивнула и принялась ставить книги назад, чтобы не бросать шкаф в неопрятном виде. В тот момент, когда я закончила и слезла со стула, снова раздался стук, и в кабинет вошёл мужчина лет пятидесяти с короткими седыми волосами и аккуратной бородкой. Его внимательные серые глаза сразу заметили меня.
Кинув тряпку в ведро, я подняла его с пола и спокойно протиснулась в так и оставшиеся открытыми двери. Только после моего ухода седой мужчина плотно закрыл их.
— Баден, у меня к тебе сразу несколько просьб. Во-первых, мне нужно, чтобы ты собрал всех мужчин с одним глазом перед замком. Я хочу осмотреть их. Может, узнаю того, кто мне нужен. — Голос Контуира звучал тихо, но его слова всё равно донеслись до моих ушей.
При упоминании одного глаза я застыла и невольно обернулась. Сразу вспомнился незнакомый тип, что подслушивал под дверью. Я хотела постучать и рассказать об этом и уже занесла руку для удара по створке, но тут диалог по ту сторону продолжился.
— При всём моём уважении к тебе ты знаешь, как я к этому отношусь. Девчонка явно прикидывается и пытается отсрочить свой суд, — хрипло буркнул незнакомый голос.
— Я не могу проигнорировать тот факт, что ей просто незачем врать о подобном, — заметил Контуир. — Тем более придумывать отсутствие глаза. Это слишком явная примета. Двадцать лет назад у Килиана не было такого изъяна.
— Когда ты уже позволишь назначить дату суда?
Глава Веллума пробормотал что-то так тихо, что я не расслышала, а потом добавил немного громче:
— Просто собери людей. Не думаю, что это займёт много времени. Здесь не может быть огромного числа одноглазых парней. Когда я буду уверен, что его нет среди них, думаю, можно будет устроить и суд и снять ограничения на выход за стены для прислуги. Кто бы ни украл печать у Изабель, мы его уже не найдём.
— Ловлю тебя на слове… — ответил ему мужчина.
Он сказал что-то ещё, но меня отвлекли звуки с лестницы. Звон цепей разнёсся по всему этажу и вынудил отойти от дверей кабинета и прошмыгнуть в личные покои Контуира. Я не могла весь день стоять и подслушивать деловые разговоры первого элестора, следовало сделать хоть какую-то работу.
Мысль, что скоро выход из крепости снова будет доступен для всех, согревала душу. Это означало для меня долгожданную свободу. Раз желанная месть так и не свершилась, а я понятия не имела, где и как искать сведения про нужную всадницу, то лучшим вариантом было просто сбежать и забыть обо всём, через что мне пришлось пройти в этих стенах.
Когда вечером совершенно без сил я вернулась в общую спальню служанок, детской кровати уже не было, а постель Изабель оказалась аккуратно заправлена, словно сегодня она и вовсе не приходила к нам.
Глава 7. Проклятье выбора
Гвендолин
Иголка в очередной раз уколола подушечку пальца, и на коже выступила крошечная капелька крови. Мимолётно слизнув её, я покосилась на невозмутимое выражение на лице Нелли и поразилась этой женщине.
Всего каких-то два часа назад она почти десять минут орала на Контуира в его кабинете, совершенно не стесняясь в выражениях, а теперь сидела в моей комнате и помогала пришивать к полупрозрачному тюлю крохотные круглые колокольчики с самым спокойным выражением на лице, какое я когда-либо у неё видела.
Для той, чей муж был на грани гибели или уже мёртв, она держала себя прекрасно и даже пыталась шутить, смеяться и улыбаться. В глубине души мне хотелось быть похожей на неё, и я жалела, что раньше мы редко общались. Это объяснялось тем, что всё своё время Нелли проводила с Глоиром. Если я и видела её в крепости, то только в компании супруга. И всегда считала их идеальной парой.
— Могла бы позвать служанок и приказать им это сделать, а не портить иголками свои пальцы, — заметила всадница и откусила нитку.
Проверив, что пришитый колокольчик плотно держится, Нелли взялась за следующий.
— Чтобы они потом шептались у меня за спиной и строили догадки, зачем мне вдруг понадобилось расшивать тюль колокольчиками? — Я усмехнулась, не поднимая взгляда. Моя иголка никак не хотела пролезать в небольшое отверстие. — Нет уж, лучше самой, но без лишних слухов.
— Напомни, зачем мы потратили два часа нашей жизни на тренировки по применению этого орудия пыток? — Нелли сделала уже десяток стежков, пока я пыталась справиться с одним. Вытащив иглу, она подняла её на уровень глаз в качестве наглядного примера для демонстрации своих слов. — Хочешь засыпать под музыку?
— Почти. — Я сдалась, аккуратно завязала узел и тоже откусила нитку. — Я повешу занавеску вокруг своей половины кровати. И когда кто-то решит до меня дотронуться, колокольчики зазвенят.
От одной мысли, что мне и правда предстоит спать в одной постели с Гилбертом, начинали трястись руки. Учитывая панику, что постоянно охватывала меня от любого прикосновения, бессонные ночи точно были обеспечены. Потому на ум внезапно пришла столь гениальная идея, и я сразу попросила Нелли помочь в её воплощении.
— То есть ты хочешь сделать себе… занавес с сигналом тревоги? — В её голосе мелькнула насмешка. — Гвени, милая, если кто-то решит к тебе прикоснуться, уж поверь, он найдёт способ не задеть твою красоту из тюля.
Плотно стиснув губы, я решила не отвечать. Всё равно других идей, как защитить себя от рук Гилберта у меня не оказалось, а выставлять его за дверь, учитывая предполагаемого караульного в коридоре, было как-то не к месту. Ну не просить же его спать в шкафу…
— Постой… Не хочешь же ты сказать, что пытаешься отгородиться от Гилби вот этим? — догадалась Нелли и демонстративно потрясла тюлем с множеством уже пришитых колокольчиков. Крохотные шарики внутри них пришли в движение, и на всю комнату разлился мелодичный перезвон.
— От него в том числе, — буркнула я и снова уколола себе палец.
Разочарованно опустив руку, Нелли осуждающе помотала головой из стороны в сторону и тяжело вздохнула. На её лице читалось всё, что она обо мне думала.
— Гвени, слушай. — Всадница потянулась, собираясь коснуться моей ладони, но я вовремя это заметила и отвернулась, якобы за новой ниткой. Корзинка со швейными принадлежностями и оставшимися колокольчиками стояла на стуле перед кроватью. Всё это богатство вместе с тюлем мы отыскали в кладовой главной швеи замка. И я очень надеялась, что она никогда не свяжет пропажу со мной. — Гилби не насильник, милая, и не извращенец, не неотёсанный грубиян или мужлан и уж точно не наглец, не знающий значения слова «нет», хоть и хочет таким казаться. Его можно просто попросить, и он всё поймёт.