Божественные безделушки: Павшая армия

— Затея проникнуть в самую высокую башню города? — прищурилась девушка. — Как-то не верится.

— А вы поверьте. Я не подозревал, что окажусь в вашей спальне, — продолжал заверять Дан. — И вообще… Я же не о том сейчас думаю!

Матушка, родная деревня и как вернуться обратно — вот что должно его волновать в текущую минуту, а не светские беседы с незнакомой девицей.

— Именно! — согласилась владелица покоев. — Вам стоит озаботится тем, как нам выбраться отсюда, пока сюда не набежала стража.

— «Нам»? — переспросил Дан сквозь очередной приступ удивления. — Я же сказал, что едва могу управлять своими силами, а вы от меня ещё какие-то порталы просите!

Девушка закрыла крышку чемодана и щёлкнула замками.

— Увы, Дан, но сейчас вы не в том положении, чтобы ставить свои условия, — неторопливо, вполголоса проговорила она. — Вам придётся забрать меня отсюда, иначе я буду вынуждена позвать стражу. И чем это для вас обернётся, думаю, в пояснении не нуждается.

— Угрожаете мне? — слегка прищурил глаза юноша.

Ответом ему стал едва уловимый вздох. Девушка села на край белоснежной кровати и внимательно посмотрела на гостя.

— Вы знаете, каково это быть запертой в четырёх стенах с самого рождения?.. — вдруг спросила она прежним тихим тоном. — Я устала. Эта невыносимая пытка длинною в двадцать лет должна прекратиться сегодня же. И вы поможете мне в этом, хотите ли того или нет.

Дан вновь погрузился в мысли, которые, правда, не отняли у него много времени — буквально считанные секунды.

— Знаете, я всё понимаю, — начал говорить он, не желая отступать. — И сама история у вас грустная. Но хоть я и не знаю, кто вы, но думаю, вас посадили сюда не просто так, как бы грубо это ни прозвучало. И поэтому я даже боюсь представить, что со мной будет, если меня поймают вместе с вами во время побега…

— «Во время побега»… — повторила девушка его последние слова. И тут же посмотрела на собеседника с нескрываемой надеждой. — Значит, вы согласны?

Оставлять в беде человека, который сам просит помощи, — один из высших злодеяний, что обязательно припомнят на небесах. Зная это со слов покойного старосты, Дан решил не брать грех на душу и попытаться помочь.

— Похоже, у меня нет выбора, — повёл плечами юноша, окончательно смирившись с ситуацией. — Я попробую, но не обещаю, что получится.

— Хоть на этом спасибо, — с пониманием кивнула хозяйка покоев. — А что касается стражи… В любом случае, вы сможете использовать меня как «живой щит», чтобы у гвардейцев не было возможности препятствовать вам.

Дан едва заметно вздрогнул. Взгляд девицы, её тон… Похоже, что она действительно готова подставиться сама, лишь бы уберечь того, кто может помочь ей сбежать.

— Если честно, стража, это последнее, о чём я хочу думать… — невзначай проговорил юноша, аккуратно переводя тему. — Так. Дайте мне руку.

— Любую? Или это не имеет значения?

— Не знаю. Ну, дайте правую.

Девушка поднялась с места, взяла чемодан и протянула юноше свою тонкую изящную руку. Дан принял её, на секунду задержав взгляд на странном устройстве, закреплённом чуть выше запястья.

— Эвва, — представилась она, отвлекая своего спасителя от изучения необычного механического браслета. — В данный момент этого достаточно, чтобы коммуницировать между собой. Можем также перейти на «ты» для большего удобства.

— Как скажешь, — согласился Дан, которому, по правде, было всё равно. — А теперь, пожалуйста, давай оба помолчим. Мне нужно сосредоточиться.

Юноша очистил разум от посторонних мыслей. Затем прошептал самому себе, что хотел бы оказаться в совершенно другом месте, там, где будет спокойно и не менее безопасно…

Но ничего не произошло.

— О-о-о, началось… — вздохнул Дан, понимая, сколько теперь времени они могут потерять.

Вторая попытка также не принесла результата, а потому юноша занервничал. Заметив его переживания, Эвва вдумчиво проговорила:

— Так вот о чём ты говорил. Теперь я понимаю…

Дан кивнул, всё ещё пытаясь заставить свои способности выполнить приказ хозяина. И повёл левой рукой в сторону, направив её в сторону открытого окна. «Хотя бы на стену переместиться — это уже неплохо», — подумал он, размышляя о том, почему дематериализация опять не подчиняется.

— Что?.. — вдруг сказала девушка.

Дан взглянул на Эвву и с удивлением заметил, что они уже не в её покоях, а стоят на вершине высокой стены замка.

— У тебя получилось… — проговорила спутница, пребывая в лёгком шоке от произошедшего. — П… П-получилось! — возрадовалась она, от счастья подпрыгнув на месте. — Ха-ха!..

— Эй, вы! Стоять на месте!

Не успели Эвва порадоваться за Дана, а тот за себя, как их уже обнаружила стоящая у подножия стены стража в доспехах при оружии.

— Тревога! — прокричал один из бойцов, повернувшись куда-то в сторону. — Пленница сбежала!

Едва он закончил оповещать окружающих о случившемся, как над тут же над всей территорией замка раздался звон сигнального колокола. Всего несколько секунд — и с ближайших постов и казарм к месту происшествия начали сбегаться солдаты в передовом, но типовом обмундировании, с различным оружием при себе, от простых мечей и копий до винтовок.

Началась самая настоящая суматоха, виновником которой стали двое молодых людей, оказавшиеся не в то время и не в том месте…

— Дан… — тихо произнесла девушка, нерешительно пятясь назад. — Перемести нас в другое место…

Юноша попытался повторить трюк с рукой и желанием в мыслях, но вместо ожидаемого результата почувствовал лишь сильную боль в предплечье, из-за чего содрогнулся и чуть не упал, благо Эвва успела подставить своё плечо.

— Дан! — говорила она с отчётливыми нотками тревоги в голосе. — Нас сейчас схватят, сделай что-нибудь!

Стараясь не обращать внимания на боль, парень поднял голову и бегло осмотрелся по сторонам. Если магия вновь решила подвести в нужный момент, придётся полагаться только на самих себя. Вдохновлённый этой мыслью, он решительно сказал: «Туда!» — и потянул девушку за собой к противоположному краю стены.

Добравшись туда, спутники поднялись на короткую станционную платформу. От расположенных в центре архаичных механизмов, обильно усиленных оловянными шестернями, далеко вниз, к городу тянулась длинная и очень плотная лебёдка из переплетённых между собой стальных тросов.

— Что это? — быстро поинтересовалась Дан, указав рукой на подвешенный под путями домик, напоминавший богато оформленную карету без лошадей. — Эта штуковина спустит нас вниз?

— Разумеется, это же фуникулёр… — растерянно ответила девушка, удивившись вопросу.

Услышав то, что хотелось, юноша, пропустив дальнейшее уточнение: «Правда, я никогда им не пользовалось…», рискнул пойти на отчаянный шаг.

— Пошли! — бросил он, направляясь к фуникулёру.

На стеклянной двери, усиленной по бокам деревом и железом, висела табличка с изящно написанным словом «Временно не работаем». «Как удачно», — отметил про себя Дан, пропуская девушку вперёд себя.

Как только они оба оказались внутри, юноша запер дверь на встроенный замок и, не став долго оценивать богато обитые кресла, расположенные вдоль стен, подошёл к предполагаемой панели управления. Подошёл и… замер при виде целого многообразия рычагов, где ни один из них не был подписан или хоть как-то обозначен для понимания, какой за что отвечает.

— Подвинься, — сказала Эвва, встав рядом с ним. — Я попробую.

Не став спорить, Дан отступился. Затем, оглянувшись назад, через панорамное окно он увидел, как по стене к платформе движется большая группа солдат в чёрных доспехах, во главе которой бежала трусцой женщина с короткими двуцветными волосами.

— Разобралась? — встревоженно обратился Дан к спутнице. — Там по наши души целая толпа гвардейцев явилась!

— Я пытаюсь, не отвлекай! — тем же тоном ответила Эвва, не отворачиваясь от панели. — Так…

Пробежавшись внимательным взглядом по всем рычагам, девушка с опаской в сердце взялась за центральный и, приложив усилия, направила его вверх. Заскрежетали заработавшие механизмы, и фуникулёр, дёрнувшись, начал медленный спуск вниз.

— Сработало! — победоносно воскликнула Эвва, одновременно и восхищаясь, и тревожась происходящему.

Она заглянула в просторное окно перед собой. Их причудливое транспортное средство проезжало над зелёным склоном. Как только он закончится, начнётся городская река, сразу за которой расположилась изящная набережная, полная людей, и первые ряды многоквартирных домов в три этажа. Там и закончится путь этой кабинки, после чего придётся скрываться от солдат уже пешком.

Но девушка почти не думала об этой проблеме. Эвва смотрела на красоту столицы и пыталась принять тот факт, что она наконец-то свободна. После двадцати лет заточения ей удалось вырваться из одинокой башни…

— Рано радоваться, — прервал её эйфорию Дан. — Уверен, что внизу нас уже ждут. Ты бывала в самой столице, ходила по её улицам? Знакома с местностью? Хотя бы приблизительно?

— Я же говорила, что меня всю жизнь продержали на вершине башни, — повторила девушка, слегка нахмурив брови. — А что насчёт тебя? Бывал здесь?

— Нет, — признался юноша. — В таком случае, у меня новость.

— Хм?

— Мы в…

Кабинку тряхнуло, из-за чего оба спутника попадали на пол.

— Почему остановились?.. — незамедлительно поинтересовался Дан, поднимаясь обратно на ноги. И протянул Эвве руку, от которой она не отказалась.

— Не знаю… — честно ответила растерянная девушка.

Эвва вернулась к панели управления и попыталась повторить уже знакомые ей манипуляции с главным рычагом, но ничего не произошло. Затем, спустя всего несколько секунд, транспортное средство вновь начало движение, по какой-то причине не как прежде вниз, а обратно к стенам замка.

— Этого ещё не хватало! — разозлился Дан.

— Кто-то управляет этим извне, — предположила Эвва, посмотрев на спутника. — Что будем делать?

Вместо ответа Дан подошёл к ранее примеченному ящику. Отперев крышку, выбрал из всего ассортимента инструментов железный лом с приплюснутым и загнутым концом. «Знакомая штука», — проговорил юноша, после чего, подойдя к двери, отпер её и выглянул наружу.

— Что ты задумал?.. — насторожилась девушка, прижавшись спиной к панели управления.

— Сиди здесь и жди, я скоро, — сказал Дан не тот ответ, на который рассчитывала Эвва, и выбрался наружу.

Стараясь не смотреть вниз, он с трудом вскарабкался наверх по разным выступам на плоскую крышу, в центре которой находился внешний механизм — множество разногабаритных шестерней, приводившие в действие незнакомое юноше устройство, соединённое напрямую с транспортной лебёдкой.

Бегло изучив механизм, Дан, не долго думая, вбил лом в шестерни и принялся заклинивать механизм. К его великому счастью, рискованная — что ещё мягко сказано — затея удалась: кабинка вновь остановилась и спустя считанные секунды продолжила спускаться вниз…

Постепенно набирая скорость!

Юноша против своей воли рухнул на колени и едва успел ухватиться за кольцевой выступ. Транспортное средство начало стремительно мчаться вниз, да настолько быстро, что из механизма сначала забили искры, а затем одна за другой принялись вылетать шестерни и прочие детали!

— Ой… — только и смог сказать Дан, поняв, что натворил.

Однако как следует испугаться он не успел. Фуникулёр резво достиг реки, пролетая над которой его внешний механизм окончательно вышел из строя. Как закономерный итог — транспортная кабинка сорвалась с пути и полетела прямиком в воду.

Раздался мощный всплеск. Нисколько не растерявшись Дан тут же занырнул глубже, доплыл до двери и принялся по ней бить. Безуспешно.

Предугадав действия напарника по несчастью, всё ещё находившаяся внутри кабинки Эвва, преодолев приступ страха, вытащила из ящика другой лом и изо всех сил ударила по окну в двери. Последовал звонкий треск, осколки стекла разлетелись по всем возможным направлениям, и девушка, несмотря на бьющий поток, при помощи Дана выбралась наружу из идущей на дно коробки.

* * *

Как Дан и предполагал, девушка не умела плавать. Ухватив её со спины, он принялся грести ногами в сторону берега. Добравшись до песчаной отмели, Эвва по инерции вырвалась из рук спасителя и, оперевшись на мокрый песок, принялась тяжело дышать. Её спутник сел рядом на колени, запрокинул голову назад, посмотрел на солнце.

Никто из молодых людей не ожидал, что сегодня им предстоит искупаться в столичной реке, а потому на лице той же Эввы застыло смятение. Дан же выглядел на порядок спокойнее — оказаться в воде было самым лёгким из всех тех злоключений, которые ему подкинула судьба.

Его больше заботило другое, что всё оставшееся позади — только начало. Теперь же предстояло решить ещё одну непростую задачу — выбраться из огромного незнакомого города, кишащего жандармами и солдатами.

— Хватит… Уходим… — сказал он, поднимаясь обратно на ноги.

Девушка обернулась назад. Кабинка фуникулёра уже полностью скрылась под толщей воды.

— Мой чемодан… — с жалостью проговорила она в перерыве между двумя затруднёнными вздохами. — Чёрт…

— Ты не о том думаешь, — резонно заметил юноша, протянув спутнице руку. — Пойдём отсюда, пока зевак не набежало.

Поднявшись по ступеням на высокую каменную набережную, ограждённую кованым забором, спутники оказались среди толпы изумлённых жителей столицы. Судя по бездействию горожан, никто из них не осознавал важность представших перед ним персон, из-за чего никто не пытался помешать их скорейшему уходу. Всё, что они попробовали, — узнать, не нуждаются ли пострадавшие во врачебной помощи, на что Дан каждый раз отвечал отказом.

— Мы в порядке, — говорил он, покачивая головой. — Лучше дайте нам пройти.

И никто не возразил, не попытался разобраться в ситуации, а просто… пропускал. Так, словно всё произошедшее для жителей города обыденность, которой они давно перестали удивляться. Подобное халатное отношение несколько озадачило Эвву. Однако остановиться и как следует проанализировать ситуацию ей не давал спаситель, тянущий за собой вперёд подальше от зевак.

Пробравшись через скопление горожан, Дан начал озираться по сторонам, пытаясь сообразить, в каком направлении им теперь двигаться. Долго раздумывать не пришлось — завидев на одной из дорог проспекта людей в строгих синих мундирах при погонах, юноша тут же устремился туда, куда глядели глаза, и вскоре ребята оказались в гуще незнакомого, но красивого города.

Высокие дома из белого и бежевого камня, с крышами из синей, как зависшее над городом небо, черепицей, опоясывали множественные конструкции из меди и стали — транспортные пути для самоходных карет на паровых двигателях. Ухоженные сады и парки, обилие магазинов и ремесленных лавок, влекущих к себе покупателей демонстрацией ассортимента через большие витрины, фонтаны и памятники.

Отдельного внимания удостаивались граждане столицы, одетые в дорогие костюмы и платья, которые только могли предложить последние тенденции моды. На их фоне Дан, носящий на себе простенькую и достаточно потрёпанную одежду, выглядел как оборванец. Как наёмный грабитель из бандитского клана, влачивший за собой похищенную молодую дворянку.

Возможно, о чём-то подобном подумали и стоящие в центре улицы у постовой будки двое жандармов, обратившие пристальное внимание на характерную парочку. Ответив на раздавшийся свист более быстрым шагом, Дан лишь окончательно убедил блюстителей закона в правоте своего предположения.

— Бежим! — тихо шикнул юноша своей спутнице.

— Куда? — озадаченно вопросила Эвва, устремляясь за Даном.

— Увидим, — последовал неоднозначный ответ.

И они побежали. Но не одни, как бы им того не хотелось, а с жандармами на хвосте.

Не радый подобной компании, Дан, пробегая мимо овощной лавки, на ходу схватил ящик с высушенным горохом и с силой швырнул назад. Бежавший первым усатый жандарм успел среагировать и увернуться от образовавшейся преграды, а вот его отстающий напарник, напротив, попался на уловку и, поскользнувшись, упал на спину.

— Молодчина! — воскликнула Эвва, успев обернуться и оценить результат действий напарника.

— Не останавливайся! — отозвался юноша на комплимент, продолжая бежать вперёд что есть сил.

Непродолжительная погоня привела напарников поневоле в узкую подворотню, расположенную между двумя домами. Ушедшие на перерыв работники удачно оставили приставленную к недостроенной каменной перегородке лестницу, чем и воспользовались молодые люди. Любезно уступив девушке право первого, Дан встал в стойку и приготовился давать отпор преследователю.

— Стоять! — грозно приказал явившийся за ними усач, ловким движением руки отцепляя от пояса дубинку. — Вы задержаны по подозрению в похищении высокопоставленного гражданина! Попытка сопротивления приведёт к ещё более серьёзным последствиям!

Оценив свои шансы — кулаки против дубинки, — Дан, вопреки ожиданиям жандарма, не стал вступать в схватку, но и сдаваться тоже. Вместо этого юноша принялся карабкаться по лестнице следом за девушкой.

— Стоять! — всё не унимался обладатель ухоженных усов и, добравшись до лестницы, начал подъём. Вот только этому помешала сначала Эвва, сбросив на мужчину банку с белой краской, а затем и Дан, толчком ноги уронивший лестницу вместе с жандармом на землю.

— Не судьба! — ответил ему воодушевившийся юноша, разведя руки в стороны.

Разделив его радость, Эвва кратко улыбнулась. Одолев второго преследователя, спутники продолжили спасаться бегством, углубляясь в незнакомый и крайне неприветливый по отношению к ним город.

— Нам нужно где-то переждать этот день, — говорил Дан как можно тише — настолько тихо, что его, наверное, не в силах были услышать даже боги. — Ночью, под покровом темноты, выбраться из города будет проще.

Следуя дальше по узким подворотням, захламлённым и увешанным выстиранным бельём, спутники всё глубже продвигались в опасную неизвестность. Что будет за очередным поворотом, не мог предугадать ни юноша, ни его спутница. Однако одно им было известно точно — их ищут, а значит, остановиться и поддаться панике всё равно что добровольно подписать себе приговор.

— Ставлю свой кинжал на то, что по тревоге подняты все жандармы города, — продолжал говорить Дан, больше размышляя, чем раскрывая детали плана. — Чёрт, на что я вообще подписался…

— Между прочим, не всё так плохо. Ты спас девушку из многолетнего заточения, — сказала Эвва, приложив правую руку к груди. — За что получаешь должника на остаток жизни в моём лице, — и, немного подумав, добавила: — Друг.

— Ага, — грустно хмыкнул Дан. — И впридачу к этому кучу проблем с властями. Похоже, появился ещё один повод прибиться в какой-либо клан.

— Клан? — удивилась девушка. — Какой клан? Родословный?

— Хм? — перенял её удивление юноша. — Не знаешь, что это?

— Только определение данного слова, — ответила Эвва.

— Ого. Я так посмотрю, тебя в этой башне держали в полном неведении, — задумался Дан. — За что же ты так провинилась?

— Не знаю, — вздохнув, покачала головой девушка. — Я была заперта там столько, сколько себя помню. Возможно, что с самого рождения… Так о каких-таких кланах ты говорил?

— Сопротивление. Или мятежники, как их называют власти. Названия разные, но смысл один, — рассказал юноша. — Они появились, когда на трон взошёл самопровозглашённый король, и недовольные люди из народа подняли восстание. Но затем, побитые в боях с предателями и интервентами, остатки восставших разбрелись по всем уголкам Флаверии, где сбились в стаи. Так вот эти стаи и называются «кланами».

— Надо же… — проговорила девушка, выслушав спутника. — Я даже и предположить не могла, что здесь сейчас подобное происходит… И, что, борьба всё ещё продолжается?

Её глаза загорелись искренней заинтересованностью.

— Продолжается, — кивнул Дан. — Ещё как продолжается. Только уже в менее значимых масштабах.

— Ты упомянул, что хочешь вступить в один из этих кланов, — напомнила Эвва. — Если не секрет, то что послужило поводом?

От прозвучавших слов шедший впереди Дан невольно остановился и опустил взгляд в истоптанную землю. Остановилась и Эвва, понимая, что, возможно, сказала что-то не то, что до глубины души задело юношу.

— Ты вправе не отвечать, если тебе неприятна эта тема… — осторожно проговорила девушка вполголоса. — Я не настаиваю…

— Тирания, — вдруг сказал Дан, поднимая взгляд на стену рядом с собой. Даже загаженная стена в нелюдных задворках была обклеена листовками с информацией о разыскиваемых магах и членах сопротивления.

Юноша обернулся к спутнице и продолжил говорить.

— Король с крестьян сдирает последнюю рубаху, издаёт законы, где один мерзостнее другого, ведёт кровавую охоту на магов и просто неугодных людей. Ещё и бездействует перед интервентами, словно прислуживает им. То на севере кусок земли отдаст, то на юге, — сообщил он голосом, в котором отчётливо проскальзывали нотки искренней ненависти к властям. — Но моя главная причина поднять меч против Р’Эна стала его политика по отношению к простым мужикам из деревни, коих силой забирают работать в шахты, с которых никто и никогда не возвращается.

Увлёкшись собственным повествованием, полным злобой к королю, Дан ловко выхватил из-за пояса кинжал и начал кромсать воздух перед собой, словно фехтовал с десятком солдат разом. Для Эввы — простое мальчишество, для юноши — способ эмоциональной разрядки.

— Такая участь постигла и моего отца, — сообщил он, наконец завершив дуэль с воображаемыми противниками. — Я обязан вытащить его оттуда. А для этого нужно убить Р’Эна и привести к престолу потерянных…

— Стоять на месте!

Дан и Эвва обернулись на внезапно раздавшийся мужской голос. У выхода из подворотни, за которой виднелись торговые ряды рынка, появился недюжего роста жандарм. Следуя инстинктам защиты слабых, юноша немедленно загородил собой девушку и выставил перед собой остриё клинка, приготовившись дать отпор. Ни страха, ни колебаний — только желание прикончить того, кто причастен к трагедии его семьи…

Однако вступать в схватку с настоящим противником не пришлось.

На шею жандарма легла чья-то рука, из-за чего представитель официальной власти тут же попытался повернуть голову назад, но не успел. Всего одно движение пальцами — и здоровый мужчина рухнул плашмя на землю, будто сражённый пулей в сердце.

Позади поверженного жандарма стоял не менее высокий человек примерно сорока лет, одетый в неприметный пылевой плащ. Острое скуластое лицо, выразительные брови и жёлтые глаза, каштановое каре, завязанное в короткий хвостик на затылке, с несколькими длинными прядями по бокам головы.

Он опустил глаза на результат проделанной работы, после чего коснулся правой рукой сначала лба, а затем центра груди, приговаривая спокойным и неторопливым голосом:

— Да простит наивысший свет моё вмешательство.

Сказав это, мужчина, с интересом посмотрев на молодых людей, добродушно улыбнулся.

— Полагаю, вы и есть беглецы из замка? — начал он знакомство не с приветствия, а с вопроса. Заметив воинственный настрой юноши, продолжавшего держать на вытянутой руке кинжал, добавил: — Опасаться меня — это последнее, что вы должны делать в сложившейся ситуации, молодой человек. Моё имя Арихольд. Я представляю интересы «Алой розы» в этом городе. И сейчас этот клан как никто другой заинтересован в том, чтобы уберечь вас от беды.

— «Алой розы»?.. — произнёс Дан так, словно не поверил своим ушам. — Клан Эрла Скаута?..

— Вижу, вы о нас наслышаны, — заметил Арихольд. — Что ж, это облегчит мою работу… Так вы именно те, о ком я думаю?

— Да, — ответил юноша. — Как вы нас нашли?

— Скажем так, у нас всюду свои глаза и уши, — уклончиво пояснил мужчина. — Лучше благодарите небеса, что мне удалось найти вас раньше поисковых отрядов короля. А теперь, когда мы прошли этап любезностей, предлагаю не простаивать в этом удручающем месте, дожидаясь прибытия напарников этого несчастливца, и пройти за мной.

Дан посмотрел на стоящую позади Эвву, будто ожидая услышать от неё ответ — согласна ли она? Поняв его без слов, девушка прошептала: «Кажется, у нас нет иного выхода».

— Мудрое решение, молодые люди, — одобрительно кивнул Арихольд, то ли услышавший шёпот Эввы, то ли прочитав её ответ по движениям губ. После этого он снял со спины небольшой мешок, развязал горловину и вытащил несколько плащей того же цвета, что был и на нём. — Примеряйте, не стесняйтесь. Ну же, смелее. Мы имеем не так много времени, чтобы продолжать смотреть друг на друга с недоверием.

Дан и Эвва подошли к Арихольду, взяли протянутые просторные плащи и принялись надевать их поверх своей одежды.

— С этого момента и пока не доберёмся до безопасного места, мы с вами паломники из «Ордена святой Алисы». Прибыли в столицу, чтобы помогать бедному люду, — сообщил мужчина «легенду». Терпеливо дождавшись, пока ребята оденутся, сказал: — А теперь держитесь меня и, чтобы ни случилось, не вступайте в диалог с местными и жандармами. Говорить буду только я. Пойдёмте.