Волчья Стая

Собраться. Взять себя в руки.

Она расчесала пальцами взъерошенные волосы, заплетая их в косы — всё автоматически, чтобы не думать.

— Вставай, соня! — крикнула она весело, поправляя причёску и выходя в коридор. — Эй, ты ещё дрыхнешь?

Тишина.

Она подошла к комнате Кирэла.

— Я захожу… — голос дрогнул, и Джена сглотнула. — Если ты там, оденься, ладно? Нам пора.

Постояла пару секунд. Потом распахнула дверь. Покой были пусты. Кровать расправлена. Опрокинутый стул. На полу — небрежно брошенная одежда, как свидетельство того, что он «точно был здесь». Недавно.

— Ага, решил с утра пораньше погулять по поселению без одежды? — фыркнула она, поднимая кофту.

Но улыбка сошла сама собой.

Почему он не разбудил её? Почему не сказал, куда уходит?

Она сжала ткань одеяния крепче и шагнула за порог. На дворе — ни следа. Костёр давно потух. Ни золы, ни тепла.

«Значит, он не сидел у огня …»

Озеро. Быстро, в два шага.

— Кирэл?! — выкрикнула она, но слишком тихо.

Мгновение — и громче, голос срывался:

— КИИИРЭЭЭЛЛ!!!

Эхо разнеслось по пустым улицам. Никто не ответил.

Её глаза бегали в поисках хоть какой-то знакомой зацепки. Накатывало беспокойство.

Пусто. Что-то не так.

Голова болезненно отозвалась давлением — мысли врезались копьём прямо в висок.

— Ну давай… скажи что-нибудь… где ты?.. — Джена судорожно обвела взглядом деревья, голос дрожал. — Это… это тупая шутка, да?

Тишина. Такая, что начинало звенеть в ушах.

«Соберись… просто… просто соберись!» — отчаянно повторяла она про себя, стискивая пальцы до боли.

— Может, он пошёл в лес? Охотиться? Да… да, точно! — она шагнула вперёд, будто тело само решило поверить этой версии.

— Кирэл! — снова крик. Громче. Без ответа.

— Найду тебя… прибью, дурак! Это не смешно! — её голос стал высоким, почти на грани хрипа. Она кусала губу, оставляя на ней солоноватый привкус крови.

«Я одна. Одна. Совсем. Что, если…» — мысль, как игла в сердце, оборвалась.

Над головой с шелестом пронеслось что-то большое. Джена вскинула голову, но — ничего. Только тень и размытое пятно на небе.

И тогда — холод. Не от ветра. Тот, что внутри. Кто-то смотрит. Как охотник. Как… хищник. Обернувшись, она заметила силуэт. Знакомый. Неподвижный. В тени деревьев.

— Ты точно ребёнок… Прятки? Серьёзно? — выдохнула Джена со смехом, который вырвался с облегчением, почти всхлипом.

«Он здесь. Нашла. Меня не бросили. Я не одна…»

Ветка под ногой треснула, издав яркий хруст. И в этот момент мужчина напрягся, как тетива.

— Кирэл? — голос Джены дрогнул. — Почему ты здесь? Как ты…

Он сделал шаг к ней. Лицо — то же самое. Голос — похожий. Но в глазах… пустота.

Джена замерла. Сердце билось, как птица в клетке: «Нет, нет… это невозможно. Он же…»

— Не приближайся! — выкрикнула она, пятясь.

Он усмехнулся, и на лице появилась странная тень.

— Ты скучала по мне?

Это было не то. Не Кирэл. Не его интонация. Не его взгляд.

Джена отступила ещё на шаг.

Страх, как холодный туман, залил грудь. Ноги подогнулись. Одежда мужчины выпала из рук.

— Стой на месте! — она отдала приказ, пытаясь вложить в свой голос всю свою пошатнувшуюся уверенность.

Но этим лишь вызвала неоднозначную реакцию: мужчина закусил нижнюю губу и растянулся в довольной натянутой до предела улыбке. Вид был на грани сумасшествия будто он уже упивался победой. Или представлял в мыслях, как она проведет последние секунды своей жизни.

«Бежать!»

Она резко развернулась. Но до того, как девушка успела сделать шаг, Кирэл сорвался с места.

— НЕТ! — взвизгнула она. — ОСТАНОВИСЬ! Я ПРИ-КААА-ЗЫ-ВАЮ! — крик был и паническим, и яростным. Слёзы не спрашивали разрешения, просто потекли.

Он не остановился. Оковы, что сдерживали его, сейчас отказывались работать и сдерживать тёмную сущность внутри мужчины.

«Быстрее. Спасаться.»

Ноги сами несли девушку вдоль леса. Быстрее к поселению. Казалось, дыхание хищника вот-вот настигнет её продрогшее от страха тело.

Джена вбежала в ближайший дом, захлопнула дверь, вдавила в косяк тяжёлый комод. Всё — на автомате, как во сне. Точнее — в кошмаре.

— Пожалуйста… пожалуйста, прошу… — шептала она, дрожа всем телом, прижавшись к стене.

Снаружи — грохот. Он бился в дверь. Бешено. Не как человек. Её взгляд метнулся к окну. Решение вспыхнуло само. Пока иной Кирэл ломится в дверь — у неё есть шанс.

Она прыгнула. Сквозь оконную раму. Ударилась, сбила локоть, но не почувствовала боли — страх двигал её дальше. Двор, пролёт, забор — всё сливалось в сплошной мазок паники.

Свобода? Нет.

Резкий удар — и земля вылетает из-под ног. Джена упала. Над ней навис он.

Но это не был её Кирэл.

— Приказываю… Кирэл, остановись… — прохрипела она, надеясь… хоть на искру. Хоть на отклик.

Оковы на его теле не дрогнули. Не засветились.

Только его лицо — с искажённой, чужой, хищной улыбкой.

— Вот теперь только ты и я, сладкая… — выдохнул иной с гулкой вязкостью в голосе. — Решила приручить пёсика? Любишь играть с огнём, да?.. Контролировать хочешь? ТЫ? ТЫЫЫЫ? — лютая ненависть охватила хищника.

Слова капали ядом. В каждую пору. Как будто он говорил сразу изнутри неё.

Джена смотрела, и с каждой фразой её глаза наливались ужасом. В груди что-то надрывно хрустнуло.

«Арон... он ведь предупреждал…»

— Глупая… глупая… глупая! — прошептала она уже себе, сжимая кулаки, пока ногти не впились в ладони.

Кирэл склонился над ней. Медленно. С хищной неторопливостью.

Его тень закрыла свет. Зрачки были расширены, безумны. В них не было ничего человеческого. Шрам, украшавший его лицо, теперь выглядел устрашающе.

Он наклонился ближе… и лизнул её щёку. Медленно, как зверь, пробующий еду на вкус.

— Теперь-то я тебя съем, милая, — прохрипел он, почти нежно.

И — вскинул руку. В ней блеснул кинжал. Лезвие, как игла ужаса.

Он поднял его над ней. Медленно. Смакуя.

— Будет быстро... или ты хочешь почувствовать, как это — быть беззащитной до конца? — прошептал он, и в его голосе не было ни капли знакомого Кирэла. Только голос чужого. Внутриутробного. Монстра.

Клинок замер в воздухе. Он уже почти коснулся её кожи. Джена не кричала — только всхлипывала, зажмурившись, дрожа, как осенний лист.

«Вот она я. Вот и всё… Вот и конец… Глупая… доверилась… Арон же говорил…» — в голове билась одна мысль о собственной беспомощности. Всё слилось в один судорожный ком: страх, стыд, сожаление.

И тут — удар.

Резкий, сокрушительный.

Кирэла откинуло в сторону. Его самодовольное лицо исказилось болью и злостью. Кинжал вылетел из руки и вонзился в землю в сантиметре от головы Джены.

— Отвали от неё, тварь! — прорычал голос. Глубокий, яростный.

Арон.

Он возник будто из воздуха. Он не остановился ни на миг — с размаху бросился на лже-Кирэла, повалил его на землю, и удары посыпались один за другим. Без пощады. Без тормозов. Он бил кулаками, локтями, словно хотел стереть лицо врага с его черепа.

— НЕНАВИЖУ!!! — кричал он сквозь удары, каждый из которых был как гром.

Кирэл — или то, что от него осталось — завозился под Ароном, но тот будто черпал силу из самого гнева. Из того, что увидел. Из страха Джены.

— Ты к ней пальцем... ПАЛЬЦЕМ! Посмел! — голос блондина сорвался, стал сиплым. Он продолжал наносить удары, даже когда кожа под кулаками уже не была кожей, а лишь алой размазанной массой.

И в этот момент Джена, лёжа на земле, заплакала в голос. Без сил. Без попытки бороться.

Кулаки Арона были уже в крови — его, чужой, неважно. Он продолжал наносить удары, будто боялся, что стоит ему остановиться — и этот зверь под ним снова поднимется.

Но тут — слабый голос за спиной.

Надтреснутый, отчаянный, почти без дыхания:

— Арон... Хватит. Пожалуйста. Он... всё.

Он застыл. Рука осталась в воздухе, напряжённая до белизны.

— Прошу... — повторила Джена. В голосе не было ни приказа, ни упрёка. Только усталость. И слёзы.

Арон тяжело выдохнул сквозь зубы. Его плечи дрожали. Он не сразу отпустил, не сразу встал —боялся, что, если ослабит хватку, чудовище снова оживёт. И спустя лишь несколько минут плечи Арона опустились. Медленно. На девушку спаситель не глядел.

Не хотел, чтобы она увидела, каким он был сейчас. Каким мог быть.

Лже-Кирэл закашлялся, хрипло, с хлюпаньем. Он приподнял окровавленное лицо, на котором всё ещё плескалась злая усмешка.

— Где же твой знак «Достойный?» — прошипел он, глядя на своего оппонента сквозь заплывшие глаза.

В ответ — хлёсткий, короткий удар. Контрольный.

Арон опустил кулак с такой силой, что лже-Кирэл больше не зашевелился. Рухнул на землю.

Спаситель Джены выпрямился. Дыхание рваное, грудь ходила вверх-вниз. Он не говорил ни слова. Только смотрел в сторону. Не на девушку. Не на тело. В никуда. Руки в крови. Просто стоял, готовый вновь сорваться, если Кирэл хоть пальцем шевельнёт.

И тут в тишине, прерываемой только его сбивчивым дыханием, Джена прошептала:

— Ты… ты всегда был моим светом, Арон. Тем, кто… не поддаётся ярости. Кто сдержан. Кто не теряет себя.

Он сжал кулаки. Словно каждое её слово отрезвляло — и одновременно ранило.

— А сейчас… — голос девушки дрогнул, — ты будто… спустил на него всех своих демонов.

— Я не позволю таким, как он… касаться тебя, — тихо, глухо произнёс он, почти сквозь зубы. Ни тени оправданий. — Ни словом. Ни телом.

— Но это был не ты, — прошептала она. — Это не был мой брат…

— Я всё ещё твой брат, Джена, — сказал он, устало, глухо. — Даже если иногда... внутри меня слишком темно, чтобы ты туда заглядывала.

Девушка осторожно поднялась на ноги. Сделала шаг. И ещё один. Она не знала, чего боялась больше — того, что он сорвётся снова… или того, что между ними что-то навсегда надломилось.

— Арон… — она медленно протянула руку, чтобы коснуться его плеча.

Он резко дёрнулся в сторону. Отстранился, будто обжёгся. Лицо исказилось злобой, усталостью и… болью.

— Я тебе говорил, — рявкнул он, глядя не на неё, а в сторону, в никуда. — ГОВОРИЛ тебе, не сближаться с ним!

Она вздрогнула от резкости, когда карие глаза спасителя встали перед её взором.

— Он — чёрт возьми, демоническое отродье, Джена! — с его губ сорвалось это, как пламя. — Сколько ещё нужно было тебе доказательств? Тебе надо было бежать от него при первой же возможности. А ты…

Он зарычал и отвернулся, снова, упрямо, не позволяя себе встретиться с её взглядом. Не хотел. Не мог.

А Джена… стояла в нескольких шагах, прижав ладонь к груди. В глазах — слёзы. Не только от страха. От разочарования. От столкновения с реальностью.

— Ты... Ты никогда не кричал на меня, — сказала она тихо, почти детским голосом. — Никогда не смотрел так. Словно я… виновата в его зле.

Арон сжал челюсть. Тело было натянуто, как струна.

— Потому что раньше ты слушала, — хрипло прошептал он. — А теперь… я едва успел.

Арон стоял, всё ещё глядя куда-то поверх её плеча, будто Кирэла уже не существовало, но в глазах горело что-то опасное.

— Мы летим к Андоре, — произнёс он низко и жёстко, без намёка на просьбу. — Ты и я. Прямо сейчас.

Джена моргнула, не сразу поняв, что он сказал.

— Одни?

— Да. — Он едва заметно кивнул. — Здесь мы всё сделали.

Она стиснула губы.

— Нет. Мы не можем просто оставить его здесь! — голос задрожал, но в нём прозвучала решимость. — Андора, возможно, знает, как ему помочь. Уверена, что это место как-то повлияло на него.

Арон медленно повернул голову к ней, и по его лицу скользнула тень — смесь ненависти и безумия.

— Помочь? — он усмехнулся без радости. — Джена, он — дьявольская падаль. Предатель! Я тебе говорил, держись от него подальше. ГОВОРИЛ!

— Он не… — начала она, но он перебил, шагнув ближе, и в его взгляде полыхнуло.

— Не что? Не чудовище? — его голос стал резким, как удар. — Ты видела, что он сделал. Видела, что он собой представляет. И всё равно защищаешь его?

— Он мой… друг, — тихо, но упрямо сказала она. — И если есть хоть шанс его спасти…

Арон резко вскинул руки, потом опустил, будто сдерживая себя от нового взрыва.

— Чёрт, Джена… Ты даже не понимаешь, что он мог с тобой сделать. Сколько раз я должен тебя вытаскивать из твоей наивности?!

— Это моё последнее желание, — её голос стал почти шёпотом, но в нём была стальная нота. — Последнее, которое я прошу у тебя как у брата. Пожалуйста…

Он замер. Его лицо напряглось, словно он боролся с самим собой. Кулаки снова сжались, и на секунду показалось, что он просто уйдёт, оставив её здесь.

— Ты… — он выдохнул глухо, — даже не понимаешь, во что нас втягиваешь.

— Понимаю, — ответила она, глядя прямо в его глаза. — Но я не оставлю его умирать, Арон.

Тишина между ними стала густой, как дым после боя. И только в её взгляде читалось: она не отступит.

Арон молча подхватил Кирэла, словно мешок с чем-то тяжёлым и нежеланным. Его движения были резкими, нервными. Девушка пыталась помочь, но он лишь бросил на неё мрачный взгляд, в котором читалось: «не вмешивайся.»

Он уложил Кирэла на спину дракоптицы, закрепил ремнями, чтобы он не свалился в полёте и не создал им новые проблемы. Арон проверил крепления дважды — не из заботы, а из холодного прагматизма.

— Летим, — бросил он, садясь впереди.

Ветер бил в лицо, рвал волосы. Джена держалась за Арона, но слишком осторожно, словно боялась задеть его лишний раз. Полёт был неровным, и в какой-то момент её тело чуть соскользнуло вбок.

Арон резко, почти инстинктивно, перехватил её руку. В его движении не было нежности — только резкий испуг, мгновенное возвращение контроля. Он рывком подтянул её ближе, прижав к своему торсу.

— Держись крепче, — произнёс он хрипло, не сводя взгляда с горизонта.

Она инстинктивно прижалась к всаднику крепче, обняв его за талию, и упёрлась лбом в его спину, закрыв глаза. Дыхание вырвалось с дрожью.

Мужчина напрягся. На одно мгновение — до судорог в плечах, до скрипа пальцев на поводьях. Но не от злости. Что-то в её прикосновении, в этой безусловной близости — задело его глубже, чем он ожидал.

Прошло несколько секунд. Тишина между ними пульсировала.

— Спасибо, Арон, — прошептала она почти неслышно. — Что пришёл за мной.

Он не двинулся, но она почувствовала: его дыхание изменилось. Это слово моментально смягчило что-то внутри светловолосого спасителя. Плечи опустились. Мышцы расслабились.

— Я только сейчас поняла… — добавила она тише, — могла умереть… А я даже не поблагодарила тебя.

Он молчал. Губы сжались. Его рука обхватила её кисть. Пальцы всадника — осторожно, несмело — касались её запястья, как будто искали успокоение или говорили за него.

Это был не контролируемый жест. Это была реакция сердца, не разума.

— Я… не должен был кричать на тебя. — Он сделал паузу. Голос был хриплым, чуть сдавленным. — Ты не виновата. Это всё я. Я не сдержался…

Слова были как покаяние. Сухое, сжатое, но настоящее.

Его пальцы всё ещё касались её руки — неуверенно, как будто спрашивали: «Ты всё ещё рядом?»

Для Джены этот момент стал точкой, в которой чувства наконец коснулись её кожи. Это был не просто «брат». Не просто защитник. Его прикосновения были такими, какие не делают из долга. В них было то, что рождается в сердце мужчины, когда страх за другого становится личным, почти болезненным.

Арон всегда был проще в действиях, чем в словах.

Пальцы мужчины чертили на девичьей коже невидимый узор — чуть медленнее, чуть мягче, будто он сам уже понял, что делает, но не решался прекратить.

Это не было похоже на привычную защиту. Не было приказа, не было давления. Это было… вовлечённость. Необъяснимая, неуместная, но отчего-то тёплая.

Джена попыталась сосредоточиться на ветре, на дрожании дракоптицы, на боли в рёбрах — всё, что угодно, лишь бы не думать о том, что чувствует к ней Арон. Или, точнее, о том, что она вдруг начала чувствовать в ответ.

Но мысли не складывались в логические цепочки. Она не могла — не хотела — дать этому чувству имя. Ещё нет. Но что-то между ними изменилось. Возможно, навсегда.

Арон отпустил её руку, как будто прикосновение вдруг обожгло его. Слишком долго держал. Арон резко дёрнул поводья. Дракоптица вскинулась и сделала крутой разворот, мягко огибая громадное дерево.

— Мы на месте, — бросил он коротко, почти грубовато. Но в голосе слышалось напряжение, как будто он тоже что-то почувствовал — и сейчас всеми силами пытался это отсечь.

У подножия дерева их уже ждала фигура в тумане — высокая, прямая, с распущенными белыми волосами. Андора стояла в проёме между корнями, как будто выросшая из самого дерева.

Когда Джена спрыгнула с дракоптицы и сделала шаг вперёд, что-то внутри щёлкнуло — воспоминание.

Ярмарка в Грандоре. Свет, музыка, толпа. Тогда Андора была иной — яркой, чуть наивной. Она тогда подарила Джене кулон дружбы, тепло улыбаясь, сказав:

«Это наша традиция. Дарить подарок другу!»

Теперь же… Андора была спокойной, почти молчаливой, величественной, и от неё веяло властью над чем-то гораздо большим, чем угощения на ярмарках.

Джена сдерживала злость. Воспоминания о том дне всё ещё жгли изнутри.

— Андора, — сказала Джена, чуть склонив голову в знак уважения и натянув лёгкую улыбку. — Спасибо, что приняли нас.

Ведьма коротко кивнула. Потом перевела взгляд на Кирэла, которого Арон осторожно уложил на землю. Уголок её губ едва заметно дрогнул.

— Ну, он ещё дышит, — сказала она тоном, в котором невозможно было понять, то ли это сухое констатирование, то ли шутка. — В нём тьма…зачем он тут?

— Он мой… — Джена споткнулась на слове, — … друг. Ему нужна помощь.

Андора задержала взгляд на девушке на мгновение дольше, чем следовало. Губы сжались в тонкую линию, но она ничего не сказала. Только обернулась к кривому проёму между корнями и, чуть помедлив, бросила:

— Идём. Сердце дерева ждёт.