Сага о Слиянии душ. Книга 1. Всадник дракона
Это была пустая угроза – Леонид едва ли был способен придержать свой член, чтобы помочиться. Но Джай знал, что людей казнили и за меньшие провинности, чем любопытные взгляды на членов королевской семьи. Похоже, краткое утреннее примирение закончилось. Его статус сына своего отца значил не так уж много…
Пиршественный зал находился недалеко от покоев Леонида и был построен в те времена, когда бывший император еще мог переваривать сытную пищу. Двойные двери были открыты, и за ними Джай увидел, что в зале собрались не только представители королевской семьи данчан.
Мужчины и женщины из Данска заполнили половину зала, они сидели за длинными столами с кружками в руках. Даже в столь ранний час многие были уже пьяны, потягивали эль и громко смеялись. Точно так же, как и данский охотничий отряд, они были одеты в прекрасные меха, несмотря на жар от потрескивающего камина в большом зале.
– Их вельможи, – пробормотал Леонид. – И их генералы.
Джай вкатил старика в зал по широкой дорожке, разделявшей помещение надвое. Помимо данчан, здесь также присутствовала и местная знать, блиставшая всем великолепием, которое могла предложить Сабинская империя. В крое и материях одежд отражались все культуры, поглощенные сабинянами. Тонкие шелка из юго-восточных колоний и драгоценные камни из пустынных провинций выставлялись на всеобщее обозрение. Клинки из голубой стали, изготовленные в кузницах Дамантина, висели на поясе у каждого сабинского полководца. Даже блюда, роскошные и приправленные специями, прибыли из дальних уголков империи, наполнив зал ароматом кардамона и паприки.
Это была грандиозная демонстрация силы, и Джай уже предвкушал остатки еды, которые он съест позже, какими бы холодными они ни были.
– Леонид! – раздался чей-то громкий голос.
Джай в недоумении уставился на Ивара, вставшего из-за высокого стола в конце зала, футах в пятидесяти от них, где он сидел со своей дочерью. Ивар жестом подозвал бывшего императора поближе, и Джай послушно подкатил коляску к иноземному королю.
– Садитесь рядом со мной! – Ивар похлопал по скамейке между собой и дочерью. Джай втащил Леонида по небольшому пандусу и усадил его за стол.
Леонид одобрительно хмыкнул и отпихнул руки Джая; тот встал и занял свое место позади бывшего императора.
– Ваши сын и внук опаздывают. – Ивар налил Леониду красного вина. – Но я не возражаю. Хочу поужинать именно с вами. – Он наклонился ближе, и Леонид поднял подбородок, чтобы встретить взгляд короля. – Сколько раз мы сражались? – спросил Ивар.
Леонид жестом велел Джаю поднести кубок и сделал большой глоток, причмокнув губами, прежде чем ответить.
– Только один раз. Давным-давно. Тогда ты был еще щенком. И, насколько помню, проиграл.
Ивар прищурился, но в его глазах появился блеск, который подсказал Джаю, что он находил этот диалог забавным. Тем не менее Джай увидел, как рука Эрики успокаивающе легла на руку отца. Иноземный король был человеком, склонным выплескивать свою ярость.
Ивар расслабился и усмехнулся.
– Не проиграл, а тактически отступил. Конечно, тогда вы были всего лишь начинающим правителем жалкой полоски сельскохозяйственных угодий. А теперь посмотрите-ка! – Он указал на тяжелые серебряные приборы. – С тех пор по уважительной причине мы не воевали. Вы, сабиняне, мне не по карману. Как и это вино. Кого здесь нужно поколотить за кувшин медовухи? – выкрикнул Ивар, и слуга поспешил за спиртным. Теперь улыбнулся и Леонид. – Медовуха… Напиток, который согревал меня в походах, – склонил голову Ивар.
– Прикажу отправить тебе бочонок моей лучшей медовухи. Сомневаюсь, что она тебе понадобится, – осталось не так уж много походов. За исключением Великой степи, конечно.
И тут, к удивлению Джая, пристальный взгляд короля обратился к нему.
– Эй, мальчик! Ты похож на степняка. Кто ты такой?
– Я Джай, сын Рохана, лорд король, – низко склонил голову Джай.
Лицо Ивара вытянулось. Он сделал паузу, и Джай догадался, что это был редкий момент, когда тот обдумывал свои следующие слова.
– Мы с твоим отцом много раз сражались на нашей границе. Он был великим воином и хорошим человеком. Мне было грустно услышать о его смерти. – Ивар глубокомысленно кивнул сам себе, погрузившись в воспоминания. – Рохан был одним из великих, – наконец продолжил он. – Мы вымирающий род, Леонид. Эпоха войн закончилась. А с этим браком начнется век мира.
Леонид вздохнул и сделал еще глоток вина.
– Я нисколько об этом не жалею, Ивар. За это я и боролся. Помнишь, как было раньше? Мелкие дрязги, бесконечные враждующие государства со всех сторон. Крестьянину не удавалось сохранить плоды своего труда дольше одного сезона, прежде чем их растаскивали собственные правители для своих воинов или захватчики во время набегов.
Ивар хмыкнул, наполовину соглашаясь.
– Я расширил свое королевство, а вы основали империю. Мы выполнили свою работу. Сегодня мы заключили крепкий мир. Пусть следующее поколение его сохранит.
Он взглянул на Джая, который по-прежнему стоял над плечом Леонида.
– Сядь, мальчик, ты ставишь меня в неловкое положение.
Джай замешкался, и лицо Ивара внезапно потемнело.
– Я не позволю тебе нависать над моим плечом! Сядь и составь компанию моей дочери! В любом случае, долго стоять тебе не придется.
Несмотря на угрозу, Джай ждал, надеясь, что Леонид его проинструктирует. Эрика подвинулась, освободив место, и он почувствовал, как она потянула его на скамью.
– Сядь, – шепнула принцесса, – пока он не разозлился…
Глава 12
Джай чувствовал, как все взгляды устремились на него, но он знал: выбора нет. Юноша схватил со стола салфетку и держал ее как щит, надеясь, что любой, кто его заметит, подумает, что он сел, чтобы вытереть Леониду рот. При появлении Константина или Тита он встанет – вряд ли Ивар изобьет его до полусмерти с прибытием сабинской королевской семьи.
Юноша старался не поднимать головы, лишь подался вперед и искоса взглянул на Ивара. Но ничего не увидел, потому что внимание великого короля было полностью сосредоточено на Леониде, они оба склонили головы друг к другу и вели тихую беседу.
– У вас всегда так… вычурно?
Джай повернулся, и сердце замерло в груди. Эрика смотрела прямо перед собой, ее лицо под вуалью было непроницаемым. Он подождал, гадая, обращалась ли она к Леониду.
– Джай, верно?
Она говорила с ним.
– Да, принцесса, – прошептал Джай.
Он посмотрел налево и увидел, что девушка еще не повернулась к нему. Но из-под вуали снова раздался ее голос:
– Ты принц? – спросила она. – Если ты сын Рохана… Почему носишь одежду слуги? Я видела тебя на охоте. Тит сделал это, чтобы опозорить вас?
Джай сглотнул и повторил ответ, который давал на многие подобные вопросы за годы, проведенные на побегушках у Леонида.
– Как пленный, я нахожусь на службе у сабинян. Мои старшие братья – настоящие принцы, поэтому они слуги только на словах: пируют с Титом, охотятся с ним… и при этом служат ему, как и все его подданные. Но моя мать была наложницей, и я последний в роду Рохана. Меня едва ли можно считать принцем. Поэтому я служу Леониду.
Эрика на мгновение замолчала.
– Это сабинская трусость, – наконец произнесла она, и в ее словах сквозило презрение. – Когда я стану императрицей, мы будем защищать границы силой наших воинов, а не приставляя мечи к горлу детей.
Джай изо всех сил старался сдержать улыбку, но покраснел из-за того, что его назвали ребенком: Эрика едва ли была намного старше его.
– Что мне рассказывать вам о сабинском дворе? – Джай надеялся сменить тему. – Скоро вы окажетесь в его центре.
Эрика фыркнула.
– Здешние женщины похожи на кукол. Их лица раскрашены, и они носят такую одежду, в которой я бы задохнулась. Где девушки-воительницы? Почему ни одна из них не носит оружия?
Джай опустил голову.
– На этот вопрос я не могу ответить. Так было всегда. Мне говорили, что женщины степи сражаются бок о бок с мужчинами, как, например, женщины вашего королевства. Но здесь я никогда не видел ничего подобного. Кроме того, местным женщинам не позволено возглавлять свои дома.
Эрика положила руки на стол. Они совсем не походили на руки принцессы: ногти были обгрызены до мяса, а пальцы казались такими же мозолистыми, как и его собственные.
– Я не стану расхаживать по дворцу, как павлин в сабинском саду!
Ее слова прервались, когда распахнулись огромные двери. Джай едва не вскочил на ноги, но застыл на месте от открывшегося ему зрелища.
В зал вошел дракон, сопровождаемый группой данских дворян. Молодой дракон.
Зверь был едва ли больше некрупного пони, но это было самое красивое существо на свете: чешуя цвета полированной бронзы мерцала в свете факелов, а большие темные глаза казались почти щенячьими.
– О! – воскликнул Ивар, одним прыжком перепрыгнув через стол. – Приданое моей дочери пожаловало!
Он прошел в центр зала и, к удивлению Джая, протянул руку, чтобы почесать зверя под мордой. Дракон издал глубокий одобрительный рык, остановился и поднял голову, чтобы Ивару было легче дотянуться до его шеи.
– Этот малыш родился от дракона моей покойной жены и моего собственного. Первый новорожденный за целое поколение. Если Тит не сможет связаться с ним душой, он будет принадлежать моему внуку.
Его слова вызвали у Эрики недовольный возглас, и Джай не понял, было ли это раздражение или отвращение. Дракон последовал за Иваром обратно на возвышение для стола, запрыгнул с ленивой грацией и устроился под его сиденьем, как обожающий хозяина щенок.
Король достал из кармана кусок вяленого мяса, и зверь схватил его, проглотил и тихо заурчал от удовольствия. Джаю стало интересно, правдивы ли легенды об огнедышащих драконах. Он на всякий случай поджал ноги.
– Золотой, – прозвучал из-за спины лукавый голос Тита. – Подходящий цвет для первого дракона династии сабинян. Возможно, так и поступим. Сменим наш герб с грифона на дракона. Что скажешь, отец?
Джай оглянулся и с ужасом увидел, что император и его наследник только что вышли из боковой двери позади него. Юноша вскочил на ноги.
– Возможно, со временем, – ответил Константин, нахмурившись при виде Джая.
Джай бросился выбираться из-за стола и в спешке едва не перелетел через скамью. Он быстро встал за плечом Леонида, и Тит подошел, чтобы сесть на его место. Сына императора, одетого в великолепную пурпурную мантию с золотой филигранью, украшали все подобающие его положению регалии. Золотистые волосы Тита, как обычно, были зачесаны назад по моде придворной знати, что делало их цвет более темным.
Даже его глаза были подведены темным карандашом, это выделяло их голубой цвет на фоне бледной кожи. Но Титу никак было не скрыть ни слабый подбородок, ни поросячий вздернутый нос.
Прежде чем сесть, принц демонстративно вытер салфеткой деревянное сиденье, а затем бросил ее к ногам Джая. Ледяной взгляд завершил представление, и Джай вздохнул спокойно, лишь когда Ивар отодвинулся от Леонида, а Константин занял место короля рядом со своим отцом.
С бешено бьющимся сердцем Джай ждал первых слов Тита Эрике. Но их не последовало. Вместо этого принц наклонился, обращаясь к отцу:
– Пойдем завтра еще на охоту?
Услышав это, Константин изогнул идеально очерченную бровь, затем отвернулся, что-то тихо пробормотав Ивару.
– Поздоровайся со своей невестой, мальчик, – прорычал Леонид. – Тебя не воспитывали дикарем.
Услышав это, Тит покраснел, и его лицо исказила вспышка гнева. Только теперь будущий император соизволил заговорить с Эрикой, лицо которой оставалось непроницаемым.
– Где твой дракон? – спросил он.
Это был вопрос, а не приветствие, но Эрика вежливо склонила голову.
– Она охотится, лорд принц, – ответила девушка. – В этом у вас с ней много общего. Прямо сейчас она лакомится жирным оленем, пойманным в лесу к востоку отсюда.
Тит замер, нахмурив брови, отчего на лбу образовалась глубокая складка. Затем наклонился ближе, и Эрика отпрянула. Любви с первого взгляда между ними явно не возникло.
– Ты чувствуешь это? Через связь?
Эрика кивнула, но едва успела вдохнуть, чтобы ответить, как Тит прервал ее, резко взглянув на Джая.
– Приведи Магнуса, подтирка! – рявкнул Тит. – Он мне нужен. – Джай на секунду тупо уставился на него. Магнуса? Зачем Титу понадобился командир Гвардии грифонов? Пауза вызвала еще больший гнев. – Шевелись, пока я не избил тебя до полусмерти!
Джай поспешно отступил на несколько шагов, чтобы оказаться подальше от Тита.
– Сам я не пробовал связаться душой со зверем, – продолжил Тит. – С драконами это тоже опасно, так ведь? Многие погибают при попытке, как с другими животными?
Джай не стал дожидаться ответа Эрики, понимая, что и так слишком медлит с выполнением приказа Тита. Магнус только что занял свое место в дальнем конце стола вместе с другими важными генералами и членами большой семьи династии сабинян.
Сама мысль о том, чтобы приблизиться к этому человеку, приводила Джая в ужас. Несмотря на это, он поспешил к мужчине и нерешительно прервал его задумчивое молчание.
– Лорд-командующий, – прошептал Джай. – Принц… э-э-э… просит вас подойти.
Магнус что-то пробурчал в ответ, а Джай рассматривал его покрасневший затылок, когда мужчина медленно повернулся.
– Прочь с дороги, щенок! – прорычал Магнус, приглаживая свои длинные рыжие волосы.
Джай посторонился, когда огромный мужчина поднялся со скамьи, и держался в паре шагов позади, когда Магнус направился к Титу.
Командир наклонился (из-за высокого роста ему пришлось согнуться почти вдвое, чтобы его голова оказалась на одном уровне с головой принца).
Последовал разговор шепотом, который Джай не разобрал. Магнус вздохнул, затем поклонился и отошел со словами:
– Как пожелаете, мой принц.
Он повернулся к Джаю и ткнул в его сторону пальцем, похожим на сосиску.
– Иди за мной! – прорычал Магнус, направляясь к дверям кухни.
Джай решил, что ему нужно что-то принести, и молча последовал за мужчиной, успев лишь мельком увидеть, как Эрика развернулась и встала. Он успел сделать всего несколько шагов, как его резко втащили в дверной проем; юноша ощутил жар печей.
Джая подняли за шиворот и прижали к каменной стене, словно щенка.
– Посмел сидеть на месте принца? – прорычал Магнус, загородив Джаю весь обзор своим лицом. – Думал опозорить его перед невестой?
– Я… – успел произнести Джай, прежде чем на его шее сомкнулись крепкие тиски.
– Давненько я не убивал степняков, – прошипел Магнус, приблизившись к нему, словно любовник. Джай даже почувствовал запах его духов. – Твоей смертью я буду наслаждаться.
Глава 13
От удара мясистой ладони Магнуса у Джая зазвенело в ушах и едва не лопнула барабанная перепонка. Боль сопровождалась потемнением в глазах, разум Джая пытался отключиться от внезапности происходившего. Юношу оторвали от стены и схватили за шиворот.
Его, как в тумане, протащили по жаркой кухне, а затем вытянули на уличный холод, и, пока волокли через двор, он цеплялся ногами за булыжники в поисках опоры.
Воротник, скрученный в огромном кулаке Магнуса, душил его, и Джай схватился за горло, задыхаясь уже в полубессознательном состоянии.
– Пожалуйста, – прохрипел он. – Я не могу…
– Оставь мольбы, мальчик, – рассмеялся Магнус, встряхивая его, как цыпленка. – Они тебе еще пригодятся.
Погода портилась, над головой сгущались черные грозовые тучи. Это редкое для Джая зрелище каким-то образом прорвалось сквозь туман боли и смятения, застилавшего зрение.
Затем юноша увидел огромный шпиль Орлиного гнезда, напоминавший песочные часы. Эта колонна возвышалась над всеми остальными зданиями города, даже над величественными стенами императорского дворца. Грандиозное сооружение стояло на пике утеса, на котором расположился Лациум. Его вершину можно было увидеть только в самые ясные дни, потому что она часто была скрыта облаками.
Даже сейчас, когда Джая подтаскивали все ближе, он не мог ее разглядеть. Видел лишь огромную впадину, прорезавшую сердцевину гнезда, с единственной платформой, подвешенной на цепях.
Джай мечтал побывать на священных тренировочных площадках на вершине башни. Мечтал оказать Константину какую-нибудь великую услугу и получить право попытаться связаться душой с птенцом грифона.
Но сейчас он смотрел на башню с ужасом, ибо помнил казни так называемых рыцарей-предателей, хотя тогда был еще совсем ребенком. Десять безымянных наездников обвинялись в заговоре с целью захвата власти – во всяком случае, так гласила история. Суд был быстрым и проходил за закрытыми дверями. Затем в тот же день рыцарей сбросили с вершины башни.
Конечно, никто, кроме Гвардии грифонов, не знал, кто они такие, и не видел, как их привязывали к убитым животным. Лишь их товарищи лицезрели момент, когда их столкнули с края. Но Джай слышал их крики, когда они падали вниз, и видел красные брызги, когда тела ударились о землю. После падения первого рыцаря Джай сразу же отвернулся.
Подобные зрелища нелепо контрастировали с красотой дворца – с его садами, фонтанами и важно вышагивавшими павлинами. Но император недолго будет императором, если его подданным время от времени не напоминать об их месте и смертельных последствиях отступления от него.
Теперь Джай знал, что он станет еще одним примером. Еще одним телом, которое соскребут с прилегающей площади, как напоминание степнякам, кто на самом деле ими правит… Его втащили в тень башни, и Джай мельком уловил жалостливые взгляды зевак. Юноша едва заметил, как начала подниматься деревянная платформа. К этому времени перед глазами все расплывалось от слез, и только грохот и лязг огромных черных цепей говорил о том, что платформа движется вверх.
– Твой брат однажды сказал, что ты мечтаешь полетать, мальчик, – прошептал Магнус ему на ухо. – Я видел, как ты все время крутился у наших столов. Не волнуйся, скоро полетишь, я уверен!
Еще ребенком Джай удивлялся сакральному святилищу Гвардии грифонов, настолько секретному, что даже Тит не мог туда проникнуть, пока не станет императором. В свое скудное свободное время Джай вызывался прислуживать в столовой, прислушиваясь к едва уловимым подробностям. Очевидно, он не остался незамеченным.
Давление на шею ослабло. Теперь, когда бежать было некуда, кроме как через край постоянно поднимавшейся платформы, Магнус разжал пальцы, позволив Джаю сделать долгожданный беспрепятственный вдох.
– Отпустите меня, – прохрипел Джай, вытирая глаза. – Пожалуйста. Я всего лишь выполнял приказ!
Магнус усмехнулся, и его мягкий веселый смех резко контрастировал с жестокостью, которую Джай видел в глазах мужчины.
– О, отпущу, – прошептал он, обдавая горячим дыханием ухо Джая. – Когда свешу тебя с обрыва за шею.
Джай не нашелся с ответом. Хотя сердце бешено колотилось, а желудок сводило от тошноты, он был ошеломлен видом Лациума и распахнул глаза при виде огромной покатой равнины, раскинувшейся перед ним. К этому моменту платформа поднялась намного выше самых высоких шпилей и куполов города.
Джай никогда не находился так высоко; прохладный ветер над городом вызывал мурашки на коже. Его мечты были полны таких фантазий – увидеть хоть раз мир с высоты птичьего полета. Даже в этот момент величайшего отчаяния юноша пожирал зрелище глазами. Теперь, когда его смерть была неизбежна, сам воздух казался слаще, а краски мира – ярче.
Он сделал еще один глубокий вдох, затем еще и еще. В любой момент он ожидал, что платформа остановится – и Магнус снова сдавит ему шею. Но они поднимались все выше, и ближайшие шпили дворца казались молодыми деревцами, колыхавшимися в тени огромного дуба, а он сидел на его вершине.
Затем внезапно повеяло холодом, и все вокруг стало белым. Они вошли в облачный пейзаж, и туман подействовал на Джая успокаивающе, как целебная мазь, покрывшая его тело и превратившая ужас в изумление.
Но и это начало исчезать, мир стал ярким и голубым, а вид на Лациум скрылся за огромным облачным покровом. Казалось, что Гвардия грифонов жила в другом мире, ближе к сабинским богиням солнца и луны.
К этому времени Джай уже слышал лязг механизма платформы наверху, хотя Магнус не делал никаких движений. Он полагал, что здесь, на самой вершине, бежать было некуда.
На мгновение у юноши возникло искушение броситься к краю, чтобы лишить Магнуса удовольствия. Но Джай отбросил эту мысль, едва она пришла ему в голову. Он будет бороться до последнего вздоха…
Лязг прекратился, и Магнус мясистой рукой развернул Джая лицом в другую сторону. И там, перед ним, предстало святилище Гвардии грифонов. Орлиное гнездо.
Глава 14
Орлиное гнездо имело форму огромной птичьей ванны, основную часть которой составлял толстый шпиль с поднимавшейся платформой. Шпиль был сделан из огромных гранитных колонн, поддерживавших террасу в форме тарелки на его вершине.
Именно на этой террасе Джай сейчас и споткнулся. Руку ему больше никто не заламывал, вместо этого Магнус вцепился в его волосы.
Глаза наполнились слезами от боли – Магнус едва не содрал с него скальп, – но даже это не помешало Джаю любоваться открывшимся перед ним видом.
Терраса была похожа на дворцовые купальни с горячими источниками, которые Леонид когда-то часто посещал, пока не решил, что от жары у него ломит кости.
Белые, желтые и черные мраморные плитки с глубокими прожилками простирались от края до края большой круглой террасы, а из множества горшков и подвесных корзин свисала зелень. Воздух был холодным, но, когда Магнус толкнул Джая на пол, мраморный камень, к которому беспрепятственно прикасалось солнце, оказался теплым.
В центре террасы находился пологий бассейн с водой – невероятное озеро шириной в сотни футов. В его середине стояло здание, похожее на плавающий храм. Место, судя по всему, было тщательно охраняемой тайной. Сильный пинок Магнуса подтолкнул Джая к длинному мраморному мосту, который вел через воду к зданию. Юноша поразился многочисленным колоннам, карнизам и замысловатой резьбе, изображавшей парящих грифонов и людей в доспехах.
Но даже этот храм был не самым необычным из увиденного. Потому что вокруг озера – и в нем самом – находились стражники Гвардии. Мужчины ходили без стеснения голыми или носили лишь набедренные повязки, прикрыв интимные места. Они купались на мелководье мраморного пляжа, омываясь в воде.
Джай видел в основном стариков и молодых учеников, которые только начинали свое обучение. Рыцари и оруженосцы в это время патрулировали территорию, особенно с учетом того, что у ворот стоял легион Ивара. Что касалось самих грифонов и чамрошей, то они, судя по всему, сидели на своих насестах, встроенных в ствол башни. Джай надеялся увидеть птенцов, потому что они представляли собой необычное зрелище, но похоже, этому не суждено было сбыться. Единственным признаком присутствия каких-либо летающих зверей были далекие силуэты, кружившие над горизонтом.
Это было всего лишь мгновение изумления, прежде чем страх сжал его сердце, словно в кулак. Джай попытался успокоить дыхание и сморгнуть слезы.
Таинственность увиденного казалась одновременно благословением и проклятием. Теперь он знал, что не уйдет отсюда живым. Пришлось вступить в переговоры.
– Магнус, умоляю… Я могу быть полезен здесь, я могу…
Джая пнули между ног, и волна тошнотворной боли пронзила низ живота. Чтобы его не вырвало, юноша свернулся калачиком на мраморе, таким образом заработав себе несколько секунд передышки.
– Здесь нет пленных, мальчик! – прогрохотал Магнус, кивнув проходившему мимо старейшине. – И нет таких паршивых слуг, как ты!
Пока он говорил, Джай заметил нескольких самых юных учеников – мальчиков не старше семи лет, которые носили ведра к растениям и поливали их. Другие терли спины пожилых воинов; из-за шелушившейся кожи вода отливала серым. Эти мальчики были работниками Орлиного гнезда, их судьба здесь еще не была определена.
Магнус снова схватил Джая за волосы и рывком поставил на ноги. Он подтолкнул его вперед, и Джай затопал по мрамору моста.
Только тогда он увидел рыб, плававших в мутной воде. Сначала это были всего лишь оранжевые и желтые силуэты. Затем Джай разглядел их длинные усы, разинутые рты и то, как они копошились на дне огромного бассейна.
На Джая упала тень от храма, и Магнус закрыл ему глаза ладонью. Это был всего лишь короткий путь через бассейн, и жестокий мужчина явно не собирался показывать Джаю больше дозволенного.
И все же Джай увидел кое-что сквозь щель между пальцами Магнуса. Только мельком, до того, как ему снова закрыли обзор. Подростки, на этот раз постарше, сидели, скрестив ноги, в огромных пустых залах. У их ног лежали чамроши, чьи головы покоились на коленях хозяев.
Юноши (вероятно, оруженосцы) делали то, что делали со своими тотемами все мужчины и женщины – дышали душой.