Книга Пока мир ещё держится - читать онлайн бесплатно, автор Ольга Канаева. Cтраница 10
Пока мир ещё держится
Пока мир ещё держится
Оценить:

Рейтинг: 4

Пока мир ещё держится

– Зато я, к сожалению, знаю. И к ещё большему сожалению не я один, – он искренне посмотрел в глаза своему собеседнику.

Доэрти даже огляделся по сторонам после этих слов.

– Но откуда? – спросил он тихо и взволнованно.

Есть! Брешь начала расширяться!

– Откуда не так важно. А важно, что я не ищу её. Только предупреждаю, что другие здесь не так бескорыстны. И только и ждут, когда вы совершите ошибку.

– Я вам не верю. Уходите, – эст снова закрылся, но семя уже было посажено.

– Как скажете! Но помните: я вам не враг. Доброй ночи!

А после оставалось только наблюдать. И усилия дали свои плоды: партия была разыграна, как надо. Той же ночью Доэрти выдал себя сам. Как человек, бросающийся при пожаре спасать самое ценное, эсторинец отправился к своему тайнику, едва только шум в лагере стих. Место оказалось не особо оригинальным: небольшой прямоугольный свёрток, обёрнутый тканью, был прикреплён ко дну одной из повозок. Так ведь и по дороге его потерять недолго!

Впрочем, и новый тайник был не лучше: эст переложил книгу на дно ларя с ветошью и прочей не очень нужной в дороге чепухой. Лиирийн не рискнул сразу вынуть оттуда сокровище: здесь для уверенности необходимо было терпение. И эти последние дни в бездействии стоили ему огромных усилий. Наконец, спустя трое суток, он позволил себе попытку извлечь книгу из ларя.

До самого конца маг боялся, что хитрый эсторинец как-то обведёт его вокруг пальца. Поставив своих чапару на стражу, он быстро обыскал повозку. К счастью, он ошибся: небольшой томик в тёмном переплёте, магически защищённый от сырости и времени, вскоре оказался у него в руках. «Поверь, мне жаль с тобой так поступать, у тебя будут из-за меня серьёзные неприятности. Но выбора у меня нет», – думал Лиирийн, пряча находку за пазуху.

Бахиша велел своим слугам выдвигаться немедля, пока никто не успел их хватиться. Пхубу при этом посмотрел на него укоризной. Этот глупец явно успел проникнуться симпатией к некоторым из местных. Но сейчас было неподходящее время, чтобы преподать ему урок. Лиирийн мимолётно пожалел, что Чагу, брат этого недовольного, так рано истратился в пещерах. Тот бы никогда себе такого не позволил.

Теперь они ехали вперёд, всё дальше от злополучных мест. Скоро холодный данийский климат сменится на привычное ему приятное тепло. И можно будет не таскать на себе такую кучу тряпок. А пока у Лиирийна было время обдумать свои действия, и решить, как ему быть дальше.

***

Далеко на юго-востоке в священном Вишамвираде садилось солнце. Влажная взвесь в воздухе окрасила солнечные лучи в ярко-красный цвет. Сегодня всё небо полыхало оттенками багрянца. Аламиир, молодой учёный, отложив перо, устало посмотрел за окно: так давно он не видел, как солнце уходит на покой за край земли. А ещё лучше – в воду, расцвечивая её сотнями розовых лоскутков. Здесь из-за влажности оно каждый день медленно пропадало из виду в серой дымке у горизонта.

В его родном Трае закаты были другими: морские ветра уносили сырость прочь, и можно было в ясную погоду наблюдать, как солнце опускается прямо в море. Аламиир скучал по этим моментам, хоть в остальном домой и не рвался.

Не так уж много хорошего он там оставил. Не скучал он ни по родителям, слишком много от него ожидавшим, ни по шестерым сёстрам, из зависти всё детство превращавшим его жизнь в ад. А здесь, в столице, он хотя бы был занят, сыт, и в целом доволен своей жизнью и главное – делом. Здесь он встретил Ваашира.

Пожар на небе быстро догорал, и изрезанные силуэты коэновых пальм за окном уже сливались с чернотой неба. Надо было зажечь свет, и снова приниматься за работу.

– Чури, пожалуйста, засвети ваамвит, – обратился Аламиир к чапару, возившемуся с бумагами позади него. Вставать самому категорически не хотелось.

– Конечно, – ответил тот, и вскоре комната осветилась холодным голубоватым светом, исходящим из огранённых в виде полусфер кристаллов, вделанных в стены то тут, то там. Стало уютней, хоть обстановка кабинета в целом к тому и не располагала.

И вечер сегодня не предвещал ничего особо приятного. Хотя Ваашир всегда говорил, что не бывает неважной работы, что каждая мелочь – это вклад в общий успех, Аламиир сегодня склонен был сомневаться в его правоте. Скучнейший месячный отчёт лежал перед ним на столе: что, куда и сколько потрачено, сколько человеко-часов выработано каждым чапару, бахишей и прочее, прочее до бесконечности. И главное – ещё больше половины надо переписать на чистовую, чтобы сдать его завтра куда следует!

Несмотря на не такой уж большой, в сущности, опыт соприкосновения с бюрократией бесконечных Отделов того-сего, составлявших основу деятельности Бахишаара, Аламиир уже успел убедиться, что наверняка никто даже и не заглянет в эту писанину за пределами комнат, в которых она была создана. Однако всё это аккуратно переписывалось, подшивалось и копировалось. А после отправлялось прямиком в архив на веки вечные. О, эти архивы! Они были огромны! И, как он подозревал, докопаться до правды даже там было не всегда возможно. Если она там вообще была.

Отвлёкшись на размышления, бахиша не заметил, как сделал ошибку. Очередную. Он отругал себя за невнимательность и поднёс руку к листу: неверная буква тут же испарилась. Перевернув руку, Аламиир внимательно изучил свою ладонь: вся её поверхность была испещрена следами чернил от прошлых описок.

«Пожалуй, пора помыть её, а то скоро убирать лишнее будет некуда». Аламиир исполнил задуманное и вернулся за стол. Только вот мысли никак не желали возвращаться к опротивевшему отчёту. Вместо этого они упрямо блуждали вокруг последних событий, основательно потрясших всю Иставеру.

Энвиид Ваамшир был мёртв. По правде, точно никто ничего не знал, но судя по слухам, вероятность этого была велика. «А значит, анташи теперь передерутся за его пост, это ясно, как то, что стопы Первайта омыл великий Океан. Я бы поставил на Лаартира: у него везде глаза и уши. С другой стороны, он уже достаточно стар. Улшуулу моложе, и ему легко повлиять на народ через жрецов. Но как маг он слабоват на фоне остальных. Нет, я решительно не знаю, что думать!»

Аламир потёр виски.

Можно было бы узнать мнение Ваашира по этому вопросу. Но Аламиир чувствовал, что сейчас может быть не лучшее время для расспросов. Его наставник выглядел встревоженным с тех пор, как с севера пришли нерадостные вести. «Он, как всегда, видит больше, чем доступно мне, – думал Аламиир. – Пока никто не может ни подтвердить, ни опровергнуть смерть Энвиида, анташи не решатся на прямые действия. Но ведь ничто не помешает им уже сейчас начать двигать фигуры по доске. Это-то наверняка и тревожит Ваашира!»

Почти тридцать лет стабильности в стране, управляемой сильной рукой старого антари, к сожалению, подошли к концу. А значит, многое может поменяться не только в Анташааре. Он и Бахишаар всегда были неразрывно связаны между собой, и перемены могли коснуться их сильнее, чем им бы того хотелось.

Ваашир много лет строил свой проект, часто испытывая недостаток финансирования и признания его необходимости. А о пользе его часто забывали, отвлекаясь на более насущные вещи. Например, очередное празднование. Кто знает, как отнесётся к ним новая власть? Их дело считалось весьма непрестижным. Прозаическим. Будет ли им позволено продолжить работу?

В последнее время Аламииру казалось, что он, в конце концов, смог подобраться ближе к своей цели: доступной и простой технологии уплотнения почвы по типу той, которая использовалась в городских канализациях данов. «Горячая» технология, как при строительстве дорог, совершенно не подходила для подземных работ. Если, конечно, маг не желал запечь себя заживо. Здесь нужно было что-то простое, действенное и без использования огня. И главное (не для Аламиира, конечно, а для тех, кто наверху утверждал сметы) – чтобы эта технология была дешёвой. И у него уже была пара весьма перспективных мыслей на это счёт. А потому было бы крайне обидно свернуть всё сейчас, когда цель становилась всё ближе.

И ещё обидней в этой ситуации тратить так много своего времени на скучные, никому не нужные отчёты. И, кстати, вот они – так никуда и не делись, пока Аламиир пребывал в размышлении о судьбах мира! Кипа бумаг по-прежнему лежала перед ним на столе. И, издав страдальческий вздох, бахиша снова взялся за перо.

Глава 14

Принц Кольтон Торнхельм с неудовольствием смотрел на свой новый костюм: шили его в большой спешке и по старым меркам, а потому он вышел великоватым. Штаны пришлось сильно затянуть на поясе. И спасал ситуацию только удлинённый, до колен жилет, прикрывающий это безобразие. Вся одежда на нём, включая рубашку, была глубокого кобальтового цвета, называемого в Данваллене «оттенком скорби». Этот цвет никогда не шёл ему, и это не улучшало настроения.

Кольто ещё раз взглянул на себя в зеркало: лицо заметно осунулось, брови угрюмо сведены вместе. Но хоть волосы смотрелись прилично, спасибо Кайе.

«И всё же, ты выглядишь слишком нарядным для человека, не сумевшего уберечь собственного брата. Для того, кто отнял у всех надежду на то, что он может быть жив», – подумал он, отворачиваясь от своего отражения.

Ему оставалось только надеть данкоут и закрепить на жилете цепочку, украшенную по случаю поминальной службы несколькими тёмными сапфирами. И можно было отправляться.

Но Кольто медлил. И дело было вовсе не в том, что ему не хотелось проводить брата в последний путь, как полагается. Его злила одна вещь, и это был отнюдь не плохо сидящий костюм. Именно из-за этого он огрызнулся на ни в чём не повинного слугу. Поэтому мял сейчас в руке прекрасный тёмно-синий коут в тонюсенькую серебристую полоску.

Кольто знал: они ему не поверили. И сложно было винить их в этом. Если бы сам он не видел всё собственными глазами, то тоже вряд ли сумел бы сразу понять, что правда, а что нет. И это было обиднее всего. Лишь ещё один человек видел то же, что и он, и сумел выбраться живым. Только никто сейчас не станет слушать эсторинца, даже если он трижды прав.

Воспоминания помимо воли понесли его туда, куда он больше всего боялся вернуться. В тот день, после которого уже ничего не будет прежним..

Над Локнагаром в то утро висела лёгкая туманная дымка. Они стояли в широкой долине, пролегавшей меж двух линий высоких холмов. Уже давно рассвело, и лагерь активно готовился к атаке.

Не сказать, что хоть кто-то хорошо провёл эту ночь. До утра вокруг лагеря полыхало пожарище, устроенное магами. Небо было красным, а пламя уничтожало всё живое на несколько миль вокруг. Но без этого было никак. Лес не подпустил бы их к горе и на сотню шагов. Сейчас, однако, всё стихло. Магам нужно было восполнить силы перед новым рывком: слишком многое сегодня зависело от них.

Воздух насквозь провонял дымом, и этот запах впитался в волосы и одежду. От него невозможно было скрыться. Кольто мельком взглянул в сторону горы. Теперь, когда лес не закрывал её, она выглядела выше, чем раньше. И даже отсюда на ней видно было движение. Вся она как будто дышала. Напротив, замок Одишем на вершине выглядел мирно и неподвижно в лучах восходящего солнца. Но это было обманчивое впечатление. Он вздрогнул от понимания того, что сегодня им придётся забраться туда.

Пора было собираться. У своего шатра он попрощался с сестрой. Кольто сердился на неё за решение приехать сюда: это казалось ему опасной блажью с её стороны. Но он знал, что его раздражение не продлится долго. Скоро он снова уступит её обаянию, как уступил и брат, когда эта девчонка уговорила его взять её с собой, чтобы она могла помогать с ранеными.

Стараясь не смотреть в сторону Одишема, Кольто двинулся в шатёр, где, переговариваясь между собой, уже готовились к битве его товарищи. Он поправил стёганку, и оруженосец помог ему надеть панцирь. Прочно скреплённые между собой металлические пластины обеспечивали отличную защиту и позволяли свободно двигаться. Пока оруженосец застёгивал наплечники, принц с беспокойством отметил, что, хотя все уже были здесь, один набор доспехов так и стоит нетронутым.

– Эй, Барго, ты Эда сегодня не видел? – спросил он у Баргенталя Гиффара, своего давнего приятеля и храброго рыцаря.

– Нет, не видел. Опаздывает, похоже, – беззаботно ответил тот. Но глаза у него были безрадостные.

Вскоре все закончили одеваться. Кольто со злостью отметил, что Эд так и не объявился. Группками и поодиночке рыцари отправились к месту сбора. Розрой уже был там: высокий и величественный, как всегда. Кольто решил, что наверняка брат пришёл одним из первых, как и полагается тому, кто поведёт остальных за собой. Братья кивнули друг другу, Роз улыбнулся, и Кольто невольно ему ответил. А потом заметил неподалёку Венселя и тоже поспешил поздороваться: тот полночи воевал с деревьями, и с утра они ещё не виделись.

После всех приветствий Кольто занял место в отряде и огляделся: армии выстраивались в боевые порядки под своими знамёнами. Вот справа от него полк эсторинской пехоты в синем. Красивые, ровные ряды. Позади лучники проверяют свои тетивы, считают стрелы. Впереди небольшая группа в чёрном и сером – иствайрские стихийники. Эти пришли почти без войска, лишь с группой телохранителей. Но их убойная мощь сама по себе была достаточной поддержкой для всей сегодняшней миссии. Слева – альверисские воины во главе с самим Тандасом. Предводитель ренаскоров явился один, не взяв с собой никого из помощников. «Мне бы такую уверенность в своих силах!» – подумал принц.

Но основную массу сборного войска составляли, конечно же, славные данвалленцы. Их зелёные табарды заполонили все вокруг, и Кольто был горд оказаться в их рядах. Сегодня бесчисленные часы тренировок, множество турниров и поединков смогут принести, наконец, настоящую пользу. И ему сегодня выпала особая честь: идти бок о бок с храбрейшими рыцарями страны, защищая брата в ударной группе.

Когда всё было готово, войска выдвинулись вперёд. Не было ни красивых речей, ни торжественного построения. Все и без этого знали, что стоит сегодня на кону.

Год назад в замке Одишем, возвышающемся над южными вершинами Локнагарского плато, стали пропадать люди. Места здесь уединённые, и народу вокруг живёт немного. Поначалу этому не придали значения, мало ли кто куда отлучился. Но четвёртым исчез кастелян замка, и эту потерю уже нельзя было игнорировать.

Искали везде, но так и не нашли никаких следов. Пропавшие будто растворились, оставив после себя брошенные на середине дела.

Люди, а вслед за ними и животные продолжили пропадать один за другим. Теперь если кто куда и шёл, то только группами и только по жёсткой необходимости. Несмотря на это, за две недели замок наполовину опустел.

И тогда из подземелий, из соединённых с ними пещер, показалось оно. Чёрная, липкая, непроницаемая тьма начала медленно расползаться вверх, сочиться из колодца во дворе прямо посреди бела дня. Оставшиеся жители в панике покинули замок, бросив всё нажитое. И никто из них потом толком не мог объяснить природу увиденного. Лишь тот ужас, который им довелось пережить. И ни один из них даже за плату не согласился вернуться туда в качестве проводника.

Местный ландор, хозяин замка, всё равно послал туда два отряда один за другим: первый полностью пропал, из второго вернулись лишь два человека. Потрёпанные, исхудавшие, они вышли к людям во многих милях от Одишема. Понять что-то из их речей было сложно. Они лишь чуть ли не в точности повторяли слова жителей замка. И слова эти были «ожившая тьма».

И ландор принял единственное разумное решение: отправил весть в Стонхарт. Именно тогда Кольто и узнал об этой истории, знатно всколыхнувшей умы столичных жителей.

За то время, пока приехала высокая комиссия, окрестные леса успели опустеть: исчезло большинство животных и птиц. Неизвестная зараза расползалась с горы, постепенно захватывая всё живое. Пока забили тревогу, пока власти смогли среагировать, полностью испарилось население многих деревень вокруг злосчастного замка.

Королевство зашевелилось: власти ставили патрули, вывозили людей, перекрывали дороги. Но зло всё равно распространялось быстрее. Многие мили территорий успели опустеть к тому моменту, как удалось эвакуировать тех, кто ещё остался цел, и установить хоть какую-то границу.

Была и ещё одна страшная находка: зло поглотило не только людей и животных. Казалось, сама почва вокруг замка пропиталась каким-то неведомым ядом. Ни одна группа, отправленная на разведку, не сумела даже подойти к нему. Растения преградили им путь. Лес вокруг сделался непроходимым, все дороги и тропы заросли с невероятной скоростью.

Очевидцы рассказывали, что вся природа в тех местах приняла странные, искажённые формы. При попытках разведчиков расчистить путь деревья, словно длинными пальцами, хватали людей и душили их в своих объятьях. И с каждым днём эта живая, враждебная к людям зона становилась чуть больше.

Что это было такое? Что за напасть, взявшаяся ниоткуда? Никто не знал. Но всё чаще и чаще звучало вокруг одно слово, повторяемое тревожным шёпотом: аномалия. Иного слова для неё и не было.

Нигде в описанной истории Данваллена не встречалось ничего подобного. Как ни бились маги и учёные над этой загадкой, но так и не сумели понять природу этого явления. И тогда король Розрой вместе с главой Магической Гильдии призвал на помощь соседей. Послания разлетелись во все концы Ланды. На зов откликнулся Эсторин. Откуда в Стонхарт прибыл учёный, утверждавший, что у них есть древние документы, описывающие подобный случай, произошедший в глубоком прошлом, и способ борьбы с такой напастью.

Кольто точно не знал, о чём шла речь в этих документах. Но из того, что просачивалось за пределы закрытых совещаний, понял, что для успеха миссии необходимо прямое участие избранных: тех, кто держал в руках власть в государствах, а следственно, и равновесие этого мира. И что им придётся лично проникнуть туда, где всё началось – в замковые подземелья Одишема, чтобы провести какой-то ритуал, прекращающий действие аномалии.

Конечно, по мнению самого Кольто, затея эта выглядела глупо и рискованно. Однако и дело это было, прямо скажем, беспрецедентное. Угроза росла каждый день, и ни одно известное средство пока не помогло даже задержать её распространение. Розрой как-то признался в разговоре, что этот план, возникший из неясных до конца свидетельств прошлого, был для всех без малого равен жесту отчаяния. Но что было поделать, если мудрый эсторинец был уверен: иных вариантов у них не было.

Не все были, как и Кольто, согласны с таким положением дел. Но, пока сильные мира сего вели переговоры и спорили, безымянное зло нанесло удар в самое сердце Стонхарта. Прямо из дворца был похищен единственный сын короля – десятилетний принц Линдаль.

В тот день наследник и его новый приятель, молодой эсторинский учёный, мирно читали в саду. Всё произошло стремительно: стража услышала лишь один крик. Подоспевшие через несколько секунд телохранители успели только отбить у двух последних тварей ещё сражавшегося за свою жизнь Доэрти. Но принца уже и след простыл. А эсторинец после этого заболел странной хворью.

Именно тогда человечество впервые столкнулось со слугами тьмы: по воспоминаниям очевидцев они выглядели искажёнными, страшными тенями, напоминавшими уродливое подобие человека. Позже маги и учёные разработали теорию о том, что эти твари были созданы чьей-то злой волей из похищенных в окрестностях Одишема людей. Но точно этого подтвердить никому не удалось. Они появились лишь один раз, а потом бесследно сгинули. Лишь иногда наблюдатели могли видеть тени этих фигур недалеко от границ аномалии.

Враг оказался ещё страшнее, чем всем казалось до этого момента: он сумел спланировать и провести такую сложную миссию очень далеко от места своего появления. А значит, людям противостояло не просто бесформенное нечто, не чистая энергия, и не сила природы, а неизвестный, но враждебный разум.

После этого дня все возражения и разногласия были забыты. Мир был готов объединиться против общей угрозы. И вот они сегодня здесь: лучшие из лучших, стальной кулак Ланды, готовый обрушиться на головы врагов. Если они у них есть.

Их ударная группа состояла из лучших воинов всех государств: здесь был цвет рыцарства данов, сильнейшие маги Иствайра, отборные отряды эстов и Альвериса. Вели её сам король Розрой, Тандас Дариан и Энвиид Ваамшир – избранные, те, от кого зависела судьба континента.

Верховный дукар Эсторина от участия воздержался, сославшись на преклонный возраст, здоровье и свой статус выборного чиновника. Всех эти причины вполне устроили. Вместо него в отряд вошли двое учёных: старый и молодой, ранее привезших ценные сведения в Данваллен.

По плану они должны были до поры оставаться в центре построения, защищённые со всех сторон солдатами. Поначалу сопротивления не было: выжженная земля не давала тварям возможностей устроить засаду или напасть исподтишка. Так что, войска продвигались быстро, но впереди был ещё долгий подъём на гору.

Когда они зашли уже глубоко на выжженные территории, нападение произошло внезапно и оттуда, откуда его ждали меньше всего. В какой-то момент Кольто почувствовал, как неприятно зашевелилась под ногами земля, а уже через секунду его лодыжку обвил толстый коричневый отросток. Он мгновенно сжал его ногу так сильно, что, если бы не поножи из чистого аркстила, его кости вряд ли выдержали бы такое. Принц среагировал быстро: меч с силой врезался в змееподобное тело врага. И всё же, ему пришлось нанести несколько ударов, прежде чем он сумел освободиться.

Кольто огляделся. Рыцари и маги пытались отбиться от неожиданного противника: всё вокруг уже было усеяно отрубленными и обожжёнными кусками странных отростков. Но из-под земли появлялись всё новые. «Да это же корни леса! – внезапно осенило его, – Они сумели выжить в пожаре!»

Люди сражались храбро, но не всем повезло, как ему: вокруг появились первые раненные. Принц заметил неподалёку Венса с окровавленной головой и рукой, безвольно повисшей вдоль тела. Кольто пожалел, что не оказался рядом с другом чуть раньше. Он не мог видеть, что происходит дальше от него, но, судя по звукам, прочие части столкнулись с той же проблемой. По воздуху разносились звуки битвы.

Розрой что-то крикнул Энвииду. И пожилой маг указал на двоих своих собратьев. Они вышли вперёд вместе с магами поддержки: пара высоких людей в чёрных одеждах, один с золотыми, другой с голубыми узорами. Двигаясь в такт, они быстро принялись уничтожать корни вокруг ударной группы, не давая им даже подняться из-под земли. Кольто впервые видел работу иствайрских магов такого уровня. Это впечатляло. Они действовали слаженно и точно. И оставалось только порадоваться, что они воюют на одной стороне.

Через несколько минут ударный отряд, отделавшийся небольшими потерями, готов был выдвинуться дальше. Что бы ни происходило в других местах, у них была своя задача. Они и так слишком задержались внизу, даже до подножия было ещё далеко. Кольто, отбивавшийся по дороге от случайных корней и лоз, с сожалением отметил, что наступление изрядно затормозилось. Встреченные ими отряды в большинстве своём потеряли строй: люди сражались отдельными группами, а иногда и вовсе поодиночке.

Но их группа, ведо́мая опытными командирами, уверенно продвигался вперёд. Под защитой стихийников, периодически сменявших друг друга, они шли по направлению к горе. Впереди их прикрывал также не потерявший строя альверисский элитный полк.

Вокруг появились первые трупы: задушенные, истерзанные, или наполовину затянутые под землю люди лежали на земле то тут, то там. У Кольто по спине побежали мурашки при виде этих бедняг, но то ли ещё ждало их дальше. Войска даже не столкнулись ещё со слугами тьмы, как их теперь называли в народе.

И они не заставили себя долго ждать: отряд уже подходил к началу дороги, ведущей от подножия горы к вершине, как с небес раздались жутковатые клокочущие крики. И тут же сверху на них обрушилось множество тёмных крылатых силуэтов. Многие вскрикнули в ужасе: среди атакующих войска птиц в воздухе кружили…

– Эй, это что, люди с крыльями? – крикнул стоявший рядом с Кольто первый меч страны, Дальтан Коггель.

Да, ничем другим это быть не могло. Всё вокруг заполнялось паникой: птицы беспорядочно бросались вниз, царапая лица, заставляя опускать головы. А крылатые тени в это время выхватывали из толпы то одного, то другого солдата и, подняв повыше, швыряли их вниз. Не отставали и корни.