Книга Пока мир ещё держится - читать онлайн бесплатно, автор Ольга Канаева. Cтраница 9
Пока мир ещё держится
Пока мир ещё держится
Оценить:

Рейтинг: 4

Пока мир ещё держится

Ещё в деревне, когда напряжение от тяжёлого перехода уже спало, Кайя нашла время подойти к лагерю иствайрцев. Они стояли особняком на краю посёлка. Девушка увидела их: двоих мужчин и одну женщину, занятых своими делами. Женщина чинила какую-то одежду, а помогший Кайе мужчина что-то готовил на костре. Высокий Лир не делал ничего. Так, по крайней мере, это выглядело со стороны.

Кайя не знала, как себя вести, и как начать разговор, но к ней подошёл уже знакомый ей маг. Он обратился к ней с несколькими словами на данийском, которые она сумела понять, как:

– Добрый день! Чем вам помочь?

Кайя объяснила, как смогла, что пришла поблагодарить его за то, что он помог ей подняться, когда она упала во время атаки. Мужчина среагировал странно: он тут же оглянулся на сидящего позади Лира. Но тот лишь молча смотрел за происходящим. И только после этого маг ответил:

– Я должен был, вот и всё.

Кайя так не считала: вокруг было много других людей, но вступился за неё именно он. Но спорить она не стала. Так они и познакомились. Выяснилось, что мужчину, сопровождавшего Лира, зовут Фубу, а женщина представилась Зухи.

Фубу был невысоким и каким-то неприметным, что ли, человеком. В его лице будто не за что было зацепиться. Но улыбался он по-доброму, и это Кайе нравилось. А глядя на Зухи Кайя почему-то подумала, что у неё, должно быть, была тяжёлая жизнь, таким суровым было её грубоватое, простое лицо. Но и она вела себя вполне благожелательно.

Их начальник, правда, оказался совсем не Лиром. Так его окрестили её данийские товарищи, большие любители сокращать все подряд имена. Но подчинённые назвали Кайе его полное имя: Лиирийн Ирваштар. И она почувствовала, что лучше отнестись к этой информации серьёзно.

Фубу также рассказал ей, что их четвёртый товарищ, погибший в пещере, приходился ему родным братом. Никто из них не говорил по данийски достаточно хорошо, чтобы поднимать более сложные темы. Но Кайе показалось, что эти люди страдают от своей вынужденной изоляции не меньше, чем Дори, такой же чужеземец в этой стране. Да и, по правде, не меньше, чем она сама.

С тех пор она с удовольствием общалась с Фубу и Зухи на привалах. Говорили как могли: половину жестами, половину словами на ломаном данийском. Лир, как продолжала его звать про себя Кайя, в их разговорах не участвовал, но внимательно наблюдал за происходящим.

На Земле всё было весьма напряжённо в последние две недели: больницы, анализы и прочее. А путешествие по Ланде меж тем продолжалось так же неспешно. Группа продвигалась всё дальше вглубь страны, и местность вокруг постепенно становилась более обжитой.

Кайя с интересом рассматривала всё, что её окружало. Растительность стала разнообразнее: поля перемежались с рощами лиственных деревьев с удивительно светло-зелёной листвой. Вдоль дороги часто можно было встретить заросли кустов с круглыми красными ягодами, уже налитыми цветом. Местные предупредили её, что они, к сожалению, не съедобны.

Но больше всего Кайе понравились высокие, стройные деревца с гладкой желтоватой корой. Ветви их были длинными и гибкими, как плети: этим они немного походили на иву. Но листочки на них были круглыми и глянцевыми. На ветру они красиво раскачивались, словно бусы, нанизанные на нитку. «Это велена – хорошее деревце, у него вкусный сок. Мы любили пить его детьми», – объяснил ей Венс.

Дорога по мере приближения к столице из просёлочной превратилась в нечто совершенно другое. Теперь под колёсами их повозок было ровное, твёрдое, без единого видимого стыка светлое полотно. Кайя даже попробовала поковырять его пальцем из любопытства, но оно совершенно не поддавалось. Не без помощи окружающих, она смогла разобраться: это была магически проложенная дорога. Насколько она сумела понять, процесс чем-то напоминал переплавку песка в стекло, только в совсем других масштабах. Вот уж и правда чудеса магии!

Кайя всё лучше понимала данийскую речь, но пока ещё с трудом подбирала слова, если нужно было выразить мысль более сложную, чем «передай ложку». Она чувствовала, что ей очень не хватает книг, чтобы как можно скорее восполнить пробелы в своих знаниях о мире и языке. Но она понимала, что учиться читать в такой обстановке будет очень трудно, а потому идею о книгах пока пришлось оставить на потом.

Постепенно, по мере продвижения, от группы отделялся то один, то другой человек: они спешили вернуться домой после тягот военной жизни. И никто уже не спрашивал ничьего разрешения. В конце концов, их осталось около двадцати человек, включая неизменное иствайрское трио.

Больше всего оживление от предстоящего возвращения было заметно по Альде: девушка чуть не пела от радости. И как ни странно, Эд также изрядно повеселел. Кайя тоже не могла не проникнуться общим настроением предвкушения. Как бы ни приятна была дорога, а за четыре с лишком недели пути она успела её порядком утомить.

Одним вечером группа въехала в городок, расположившийся на берегу тихой, тёмной речки. Островерхие крыши домов отражались в почти неподвижной с виду воде. Решено было сделать здесь остановку на пару дней, чтобы набраться сил перед финальным рывком до столицы. После ужина в приличной городской гостинице все сидели за столами и слушали, как весельчак и умница Гамес травит какие-то байки из жизни городской стражи.

Все смеялись, но Кайе скоро стало скучновато: она по-прежнему мало что могла понять в общем веселье. От нечего делать, она рассеянно рассматривала всё вокруг. Взгляд её зацепился за кудрявую шевелюру Эда, сидевшего справа от неё. Привычным взглядом профессионала Кайя оценила, как же сильно он оброс. Было похоже, что ножницы не касались его волос как минимум несколько месяцев. Непроизвольно протянув руку, она коснулась одного из завитков: Эд тут же повернул к ней голову.

– Эд, ты не хочешь прийти ко мне постричься? – начала она раньше, чем он успел что-нибудь спросить. – А то ты зарос, как мамонт.

– Не понял.

– Знаешь салон на углу Роджерс и Блейк стрит? Я там работаю. Заходи завтра часиков после десяти, народу будет немного.

Эд озадаченно спросил:

– Ты уверена?

– Абсолютно. Мне будет несложно, – твёрдо ответила Кайя. И на том разговор был окончен.

Но уходя в свою комнату через некоторое время, она поняла, что, кажется, непроизвольно спровоцировала бурю. Альда и Эдвард стояли в углу зала и явно о чём-то спорили. Лица у обоих были напряжённые. Вздохнув, Кайя отвернулась от чужой драмы: что бы там ни происходило, ребята должны решить это между собой. «Но, думаю, мне не стоит завтра ждать его прихода».

Однако она ошиблась. Он появился на пороге салона ровно в десять часов. Садясь в кресло, Эд выглядел скованным, и Кайя включила режим «профессионала»:

– Похоже, ты очень давно был в парикмахерской?

– Так и есть. Машинка – лучший друг мужчины, – немного неловко пошутил он.

– Вот и отлично, что вы уже знакомы. Мы с ней ещё встретимся. Но сначала придётся помыть голову.

– Это обязательно?

– Да, и без лишних возражений, – Кайя почувствовала, что они как будто поменялись ролями. Теперь она говорила Эду, что делать, а он вынужден был подчиняться беспрекословно. Чувство было забавное.

Эдвард молча выдержал процедуру мытья, но как только она взялась за ножницы, не выдержал и подал голос:

– Только я не знаю, что мне нужно!

– Зато я знаю. Доверишься мне? – Эд кивнул. – Тогда расслабься уже наконец.

Кайя хотела придать волосам максимально практичную форму. В то же время стричь слишком коротко она не решалась: слишком хороши были, по её мнению, светлые завитки.

Она отделила волосы на макушке от остальных, и ножницами придала им нужную длину, как раз достаточную, чтобы образовать красивое колечко.

Между делом она спросила:

– Я, кажется, побеспокоила вчера Альду. Теперь она будет ревновать тебя ко мне?

– Не принимай на свой счёт. Это она так вообще себя ведёт, не только с тобой.

Ну ладно, хоть так. А то ей всё же было малость стыдно за себя.

– Но ты всё же пришёл сегодня, – сказала Кайя, не отрываясь от работы.

– Потому, что это решать только мне. И не будем об этом.

Высушив волосы, она как следует поработала машинкой: сильно укоротила затылок и виски. Оформив линию роста и выведя плавный переход длины между затылком и макушкой, Кайя остановилась, чтобы оценить свою работу.

Получилось хорошо, и хватит надолго, прежде чем всё отрастёт. То, что нужно при его ритме жизни.

– Я закончила, – сказала Кайя, начиная сметать в кучку остатки волос на полу. – Тебе нравится?

Эд рассматривал своё отражение с разных сторон.

– Да, – наконец сказал он с удовлетворением. – Хорошо вышло! Спасибо!

– Приходи повторить через пару месяцев.

– Сколько я должен?

– Нисколько. Начальства нет, а Пэм меня не выдаст.

Кайя закончила с уборкой, но Эд не спешил уходить.

– Ты выглядишь так, будто тебе это нравится, – сказал он, – и у тебя отлично выходит.

– Нравится, даже очень. Должна же быть и от меня какая-то польза, раз уж я не могу таскать тяжести, как ты.

– Не знаю, кто вбил тебе в голову, что польза должна измеряться именно так. Не ценишь ты себя, – отражение Эдварда в зеркале нахмурилось.

– Я… – Кайя отвела глаза, – у тебя очень красивые волосы, жаль было так коротко их стричь…

Теперь замялся и Эд. Расстались неловко. И неловкость эта сохранялась между ними ещё несколько следующих дней.

Сцена эта не укрылась от глаз всегда внимательной Пэм. Они работали вместе с самого первого дня Кайи на этом месте, и девушки часто болтали о жизни, хотя их отношения никогда не выходили за пределы салона. И сейчас, когда Эдвард ушёл, а других пока посетителей не было, они сидели и пили чай с печеньем.

– Давно я тебя такой мечтательной не видела! Не влюбилась, часом? – ехидно спросила у Кайи коллега.

– И в кого же это? – рассмеялась девушка. Пэм прекрасно знала всё о её отношениях с Крейгом.

– А хоть бы и в этого кудрявого красавчика, который только что здесь был. Твой знакомый?

– Да ты что выдумала! – Кайя бросила в Пэм смятой салфеткой. – Это Эд, мы… на пробежке познакомились… И у него девушка есть, красивая, как актриса! Мы с ней, вроде как, тоже знакомы.

– Ууу… Жаль! А мне показалось, что вы так мило флиртовали…

– Ничего мы не… – осеклась Кайя, такой нелепой показалась ей сама эта мысль. – Тебе всё кажется что-то со скуки!

И, немного посмеявшись над ситуацией, девушки разошлись по рабочим местам.

На следующий день в Ланде Альдарин смотрела на Кайю волком. Это было до того заметно, что мужчины старались обходить стороной их обеих. Долго так продолжаться не могло, так что после обеда Кайя улучила момент и отозвала принцессу в сторону.

– Альда, прости меня, если я тебя обидела!

Принцесса молчала и даже отвернулась.

– Ну пожалуйста, пойми! Я ничего такого не имела в виду! Просто я парикмахер, и не могу видеть, когда у кого-то волосы в таком беспорядке!

– И что это вообще должно значить? – Кайя поняла, что произнесла «парикмахер» по-английски, не зная данийского аналога.

– Это значит, что моя работа – делать людям причёски.

Альда внезапно заинтересовалась:

– И ты что, так на жизнь зарабатываешь?

– Ну да… – смутилась Кайя. – А хочешь, я и тебя могу постричь?

– Женщины не стригутся! – отрезала принцесса. Её волнистые волосы действительно спадали ниже пояса.

– Ты меня не так поняла! Я длину не трону, но сделаю так, чтоб они красивей лежали.

Удивительно, но Альда, в конце концов, согласилась, хоть и с недоверием. И на следующий день Кайя принесла с собой всё нужное для работы, учитывая, что придётся обходиться без электричества.

Когда Кайя закончила, Альда разглядывала себя, не скрывая восхищения. Волосы теперь смотрелись пышнее, а локоны обрели чёткую форму. Так простенький каскад сотворил на её голове маленькое чудо. Кроме ножниц, Кайя принесла с собой средства для ухода за вьющимися волосами и объяснила принцессе, как их использовать. Заканчивая объяснения, она сказала улыбаясь:

– Ну вот, а потом, когда вы с Эдом поженитесь, то сможете родить сколько захотите красивых кудрявых детишек!

Конечно, так она хотела бы сказать, но ограниченный запас данийских слов ей этого не позволил. Как смогла, Кайя объяснила свою мысль, и Альда в ответ рассмеялась. Кажется, она её правильно поняла. Кайя внутренне выдохнула: похоже, конфликт был исчерпан.

После этого постричься захотели все: не остался в стороне даже Дори. За несколько месяцев походной жизни мужчины изрядно обросли. И если с бритьём они худо-бедно справлялись, то волосы их давно потеряли всякий приличный вид. Кайе пришлось, конечно, пожалеть об отсутствии машинки, но даже с одними ножницами она смогла сделать многое. Она провела за работой несколько часов: укоротила щетинистые густые волосы Венса, рыжеватые и мягкие – Кольто. Только Дори она наотрез отказалась стричь коротко: ему она сделала полудлинную стрижку. И теперь все парни выглядели просто отлично.

– Спасибо! Это много значит, – потихоньку сказал ей принц.

А на следующий день группа выдвинулась в путь: впереди их ждал последний отрезок пути.

И тем же вечером с Кайей внезапно заговорил Лир. Господин Ирваштар послал за нею Фубу, когда все расположились вечером на привал. Кайя очень смутилась: Лир всё ещё оказывал на неё странное действие. Но отказываться от встречи она не стала.

– Прости, что я раньше не шёл на контакт с тобой, – начал маг без долгих приветствий. Его данийский был очень чистым, не таким, как у его помощников, – но нам приходится быть здесь очень осторожными.

– Почему? По-моему, все здесь ведут себя очень приветливо.

– С тобой да, но у нас совсем другая ситуация, – Лир отвернулся, глядя теперь в сторону темнеющего неба.

– Может быть, я могу чем-то вам помочь? Может, поговорить с другими? Я уверена, что можно всё решить. Ни вы, ни они не плохие люди.

– Так и есть, никто из нас не плох. Но обстоятельства накрепко разделили нас. И не думаю, что разговоры тут помогут, – со вздохом ответил маг. – Но всё же есть кое-что, что ты могла бы для меня сделать.

Кайя вопросительно поглядела на него.

– Видишь ли, здесь есть ещё один человек, который находится в той же ситуации, что и мы…

– Вы про Дори? – догадалась Кайя.

– Да, и мне бы очень хотелось поговорить с ним. Но я не могу – за ним почти всё время кто-то приглядывает. Нас держат друг от друга подальше. – голос у Лира был прекрасно поставленный и тёк, как ручей. – Но я всего лишь хочу сказать ему, что он не один. Что нам было бы хорошо держаться друг друга, если мы хотим добраться до своей родины. Ведь нам с ним, в конце концов, по пути.

Кайе не поняла, почему Лиирийн поднял этот вопрос лишь сейчас, но, возможно, раньше в этом просто не было необходимости.

– Чем я могу помочь вам?

– Просто отведи его в сторону ото всех, чтоб мы могли поговорить. Он доверяет тебе и придёт.

Кайя согласилась: эта просьба не показалась ей странной. И вскоре ей удалось привести Дори на встречу с Лиром. Они говорили недолго, буквально несколько минут, она не слышала о чём. А после разошлись. Дори был, как ей показалось, слегка встревоженным, но не более того. И Кайя вскоре перестала думать об этом случае.

Столица приближалась. Это было видно по всему: города и деревни всё плотнее стояли вдоль дороги. Дома в них были выше и богаче, чем прежде. Да и сами дороги стали гораздо шире. Все радовались скорому возвращению домой, и только Кольто выглядел с каждым днём всё мрачнее.

– Что-то не так? – не выдержав, спросила его Кайя.

– Нас не встречают, – коротко ответил принц.

– Это значит, что нас не ждут?

– Как раз наоборот.

Это всё, что ей удалось вытянуть из него. Но Кайя видела, что лицо его полно мрачной решимости.

Путь их был почти окончен. Утром последнего дня в дороге, даны обнаружили, что иствайрская группа куда-то исчезла за ночь. Никто, впрочем, особо не опечалился. Только Дори казался подавленным, но молчал, и Кайя не знала, что это значит. «Может, переживает, что его не взяли с собой? Видно, они тогда не договорились».

С первыми закатными лучами они, наконец, достигли сердца Данваллена. Стонхарт стоял на берегу огромного озера, пламенеющего в лучах низко склонившегося к земле солнца. Город, раскинувшийся на широкой, чуть холмистой равнине, был увенчан возвышающимся надо всем замком. Видно его было издалека. Отсюда Стонхарт походил на иллюстрацию к средневековому роману, и Кайе не терпелось поскорее попасть туда. Но, к сожалению для неё, тьма как раз опустилась на землю, когда они достигли городских ворот. Ей не удалось ничего толком рассмотреть: в памяти остались лишь размытые картинки широких, освещённых улиц.

Вскоре пришла пора прощаться с дорожными товарищами. Кайя крепко обнялась с Анис, тепло помахала Гамесу и остальным своим знакомым. И уже вшестером они, наконец, достигли королевского дворца.

Глава 13

Лиирийн Ирваштар и двое его чапару пробирались на юг так быстро, как только могли. Они двигались почти без отдыха: бахиша нещадно подгонял своих слуг и днём, и ночью. Как назло, погода испортилась, сделалась сырой и холодной прямо посреди лета, что не добавляло дороге ни капли прелести. Лишь оказавшись на расстоянии нескольких дней пути от Стонхарта, Лиирийн позволил всем немного расслабиться. Если бы за ними отправили погоню, она бы наверняка уже их настигла. А это значило, что он не ошибся, и эст не стал поднимать тревогу сразу после их ухода.

В каком-то городе, попавшемся им на пути, ему удалось весьма выгодно обменять защитный амулет от огня (практически израсходованный) на пару велтранов вместе со сбруей. Конечно, эта сделка могла навести на их след, но Лиирийн надеялся, что искать их на этом направлении, если и будут, то далеко не в первую очередь. Здесь было мало хороших дорог. И морем или рекой добираться было бы быстрее.

Потому он и избрал этот путь – как самый неочевидный. А альверисские скакуны, не знавшие усталости, значительно облегчали им дальнейшее путешествие.

Дорога предстояла нелёгкая: через западные отроги Крига, а потом вдоль кромки Валтрияра, по местам почти диким и иногда опасным, и дальше – до самого Вишамвирада. Можно было добраться до Эйдена, а там пересесть на корабль, как обычно и делал путешественники, но Лиирийну не терпелось скорее ступить на родную землю после долгого отсутствия.

Он страшно устал от данов: шумных, фамильярных, с их каркающим языком и глупой привычкой упрощать всё до предела. Да и время не терпело. Из того, что он успел услышать в пути, новости о поражении и смерти Энвиида наверняка успели разлететься повсюду. А это значит, что Анташаар уже пришёл в движение. Пять семей, в руках которых было сосредоточено основное могущество Иставеры, наверняка уже вступили в борьбу за власть. И он, Лиирийн Ирваштар, должен был встать один против них всех.

«Отец, ты оставил меня почти без преимуществ!» – в который раз сокрушался про себя Лиирийн. Он был молод, не имел ни влияния, ни связей, ни денег... Во если бы отец захотел, он мог бы... Лиирийн обрывал себя сам каждый раз, как эти мысли закрадывались к нему в голову: он не имел никакого права усомниться в том, что Энвиид всегда знал, как лучше для него. И если он тянул с какими-то вещами, значит, на то была особая причина.

Как были у него и веские основания для того, чтобы скрывать своего наследника в Бахишааре, второй по силе магической касте Иставеры, до самого конца. Для главы государства, антари, слишком очевидно было, кто перестал бояться после несчастья, так внезапно поразившего его старшего сына. И младшим своим ребёнком он рисковать совершенно не хотел. И пусть сын его жил вдали от него большую часть времени, пусть ему, потомку славного рода Бха, приходилось изображать из себя простого чиновника, но так он хотя бы был в безопасности.

В целом свете теперь только Лиирийн знал, кто он такой. Мать его давно покинула этот мир. Теперь ушёл и отец, а больше ни одна живая душа не была посвящена в эту тайну.

Во время их последней встречи отец передал ему долит, признак человека, облечённого верховной властью Иставеры. Принимая его из рук Энвиида, Лиирийн почувствовал, как по телу проходит волна могущества. И как же сильно ему не хотелось держать долит у себя, даже временно! «Я так хотел быть с тобой в битве, но твоим желанием было сохранить мою жизнь во что бы то ни стало. И, хотя ты оставил мне свой знак, но видит Первайт, как же этого мало для того, чтобы мир воспринял меня всерьёз!»

Главной силой его была его собственная кровь. Силой, которую никто не смог бы оспорить – кровь того, кто по своему рождению уже имеет право на место в Анташааре. Но примут ли его как того, кто был избранником последнего антари? Нет. На это не было и надежды. Нет завещания – нет и прав. Конечно, был ещё Аждгихар… Но над тем, как правильно разыграть эту карту, ещё стоило как следует подумать. Вещь эта была опасной, плохо предсказуемой. И при этом могла бы показать некоторым серьёзность его намерений.

Но вот как до него добраться? Этого Лиирийн пока не знал. И потому сейчас Лиирийну нужны были любые преимущества.

Именно поэтому, вместо того чтобы отправиться прямиком домой, он терял время, путешествуя в компании данов. Никто из них, похоже, даже не подозревал, какое сокровище всё это время скрывалось рядом. Но не таков был он сам: отец посвятил его в тайну, скрытую под обложкой древней книги. Именно она должна была стать ключом к победе на севере. И пусть пока не стала, кто знает, как всё повернётся дальше. В любом случае, это был единственный источник.

Знал его ценность и молодой эсторинский учёный: недаром он вынес книгу как величайшее сокровище из самого сердца бойни, в которую превратилось затеянное данами сражение. Ещё одна их глупость, стоившая слишком дорого. Но хотя бы кое-что Лиирийн из этого мог получить. Он успел увидеть книгу в руках Доэрти, когда тот впервые вернулся в лагерь после поражения. Но было это лишь однажды, а потом она таинственным образом исчезла.

После этого он обязательно должен был узнать, где спрятана книга. Но даны следили за ним слишком пристально, а эсторинец ни разу ничем не выдал себя. Первайт, однако, не оставил своего слугу и практически подтолкнул его к возможности разузнать, что да как.

Девушка – так называли её даны (в Иставере такая бы давно была замужем и имела бы уже нескольких детей), прибилась к ним сама. Странная, чужая для всех. Лиирийн долго наблюдал за ней, пока не понял: она была идеальна, чтобы помочь ему в задуманном. Такая наивная, открытая и ничего не знающая о мире вокруг. Уговорить её было нетрудно.

Гораздо сложнее всё обстояло с эстом, здесь Лиирийну пришлось пустить в ход всю свою изобретательность.

– Хорошего вечера! – вежливо начал он.

– Что вам от меня нужно? – этот с самого начала был настороже. Хотя, почему – непонятно. Видно, и ему передалось настроение всеобщего недоверия,укоренившееся среди выживших.

– Не стоит сразу закрывать дверь перед тем, кто стучит в неё с добрыми намерениями.

И, хотя Лиирийн улыбался самой открытой из своих улыбок, эсторинец лишь молча смотрел на него в ответ.

– Я думаю, мы с вами не так сильно отличаемся друг от друга.

– И в чём же мы похожи? – пока он точно не собирался сдавать позиции. Лагерь данов негромко гудел где-то в стороне, а Лиирийн меж тем продолжил:

– Мы оба застряли на этой прокля́той земле. И оба наверняка одинаково хотим вернуться домой, – хотя бы здесь он чувствовал, что до конца честен со своим собеседником.

– И?

– И, я знаю, – тут он подошёл к самому сложному, – что нас объединяет ещё одно беспокойство… Я думаю, мы оба не хотим, чтобы ценные знания попали… не в те руки.

Эст не выразил беспокойства, но бахиша видел, как он сжал челюсть: значит, в этой стене появилась первая трещина.

– Я не знаю, о чём вы говорите…

Никакой уверенности в тоне, поза закрытая, напряжённая. Надо было осторожно нажать ещё: