– Три – это хорошо, – обрадовалась ведьма. – Давай-ка их все сюда.
Корди вынул из-за пазухи метательные ножи и передал Сагитте.
Ведьма добавила к ним свой собственный кинжал и поочередно воткнула все четыре клинка в землю там, где был начерчен круг, по четырем сторонам света.
– А это зачем?
– А тебе разве учитель не объяснял, для чего может служить нож? Так что не задавай глупых вопросов, а лучше тоже спать укладывайся. Куница твоя небось храпит уже.
– А ты? – спросил Корди, немного обиженно.
– А я еще посижу, присмотрю за костром. Попозже лягу.
«Если всё будет спокойно», – добавила она про себя.
* * *
Ночью Корди внезапно проснулся с неприятным, тревожным чувством. Словно что-то его разбудило.
Вьюрк жалобно поскуливал в котомке.
Сагитта сидела у костра и поддерживала слабый огонь. Рядом в землю был воткнут ее меч, и в клинке отражалось дрожащее пламя, как бы усиливая свет костра.
– Ты чего не спишь? – спросил Корди.
Ведьма не успела ответить: где-то рядом, в непроглядной темноте болота, раздался громкий вздох. Или стон.
– Что это? – вздрогнул Корди.
– Тише, – шикнула на него Сагитта. – Он пришел…
– Кто? – сипло выдавил парнишка. По спине загулял мерзкий холодок.
– Молчи. Нам он ничего не может сделать. Главное – не выходить за круг. И огонь чтобы не гас…
Корди громко сглотнул и стал затравленно озираться по сторонам. Но за пределами круга стояла кромешная тьма.
Внезапно слева, где начиналась топь, раздался тяжелый чавкающий всплеск. Потом еще один, еще, еще – всё ближе, ближе… Кто-то шел прямо по трясине, приближался к их лагерю!
Юный ваннах помертвел. Широко распахнутые глаза невольно смотрели туда, откуда раздавалось зловещее хлюпанье.
А оно звучало уже совсем близко. И вот уже не слышно плеска воды – только тяжелая поступь. Кто-то вышел из топи прямо к их костру!
Корди вскочил, весь дрожа и не отрывая взгляда от темноты, скрывавшей неведомого пришельца.
Еще пара шагов – и повисла жуткая тишина. Слышалось только приглушенное поскуливание Вьюрка.
Сагитта даже не повернула головы, хотя тот, кто явился из болот, стоял у нее за спиной, в каких-то трех-четырех саженях.
А ваннах ощутил на себе чужой мертвящий взгляд, от которого цепенело всё тело.
И тут раздался голос Сагитты.
– Уходи, – спокойно, но твердо сказала она, не оборачиваясь.
Корди даже не понял сперва, к кому она обращается: к нему или к незваному гостю?
Но Сагитта повторила, на этот раз громче:
– Уходи. Здесь тебе нечем поживиться.
За спиной у нее раздался недобрый утробный вздох.
– Уходи, – в третий раз произнесла ведьма.
И тут уши Корди пронзил жуткий, злобный смех пришельца. У ваннаха кровь застыла в жилах. Но спустя пару мгновений послышались тяжелые шаги, а потом вновь чавкающий плеск.
Ночной гость уходил обратно в топь, зловеще похохатывая. Этот нечеловеческий смех еще долго слышался с трясины, но постепенно всё-таки затих.
Корди перевел дух.
– К-кто… кто это был? – выдавил он.
– Ложись спать, – ведьма подняла на него взгляд и устало улыбнулась. – И не бойся ничего.
«Да я и не боюсь», – хотел было сказать парнишка, но понял, что не стоит понапрасну храбриться: ведьма всё равно видит его насквозь. У него до сих пор дрожали колени…
Остаток ночи Корди так и не мог заснуть: лежал и вслушивался в ночные звуки. Со стороны болота то и дело слышались всплески, какая-то возня, иногда доносилось чье-то невнятное бормотание, будто кто-то переговаривался то тут, то там. Больше всего пугали смешки, время от времени разносившиеся над трясиной. А один раз прокатился такой хохот, что парнишку чуть в воздух не подбросило.
Но Сагитта продолжала сидеть у костра и, казалось, не проявляла никаких признаков беспокойства. И Корди как-то стыдно было перед ней за себя и за свой страх…
Только под утро он кое-как забылся.
* * *
Мужчина средних лет с проседью в густых, когда-то черных как смоль волосах и аккуратной бородкой мерил шагами просторную комнату. Лицо у него было хмурое, брови сдвинуты. Иногда он останавливался у массивного письменного стола и что-то записывал в толстой тетради, а потом возобновлял движение. Через некоторое время он замер у висящей на стене карты Ведьминого Болота. С минуту внимательно ее изучал, потом щелкнул пальцами. Из-за двери вынырнул человеческий скелет и, услужливо скалясь всеми тридцатью двумя зубами, протянул хозяину пергаментный свиток. Тот развернул его и в сотый раз начал перечитывать древние иероглифы.
В комнате нарисовался некий субъект очень маленького роста – не выше трех локтей.
– Ну? – вяло поинтересовался он, жуя яблоко. – Есть сдвиги, Белион?
– Ни-ка-ких, – делая паузы между слогами, выговорил человек с бородкой. – Я всё не могу понять, что за место описывается в свитке… Но оно точно где-то во владениях ведьм!
– Ясно. Похоже, в ближайшее столетие я могу спать спокойно: не думаю, что ты найдешь его.
– Ладно, не каркай! – Белион поскреб затылок. – И всё же где оно может быть?..
* * *