Тень над Камнеградом

Детективы попросили у Марты карту города. Старушка, не проронив ни слова, бесшумно удалилась и вскоре вернулась из библиотеки, неся в руках свиток пожелтевшего пергамента. В это же время Элиза, закончив свой скромный завтрак, отставила пустую тарелку. Она аккуратно вытерла губы льняной салфеткой, и её рассеянный взгляд, скользнув по столу, зацепился за плотный лист.

Ричард согласно хмыкнул и развернул плотный пергамент на всю столешницу. Карта была великолепной. С подробным планом улиц, обозначением кварталов и даже крошечными значками мастерских.

— Смотри, — Элиза ткнула пальцем в центр. — Мы здесь, в верхней части города. Гильдия каменщиков... вот она, в Каменном квартале. Это север-северо-восток.

— А пристань... — Ричард провёл пальцем по синей ленте реки, — ...вон там, на юге. Это противоположный конец города.

Они склонились над картой, почти соприкасаясь головами. Разговор стал деловым, быстрым.

— Идти сначала к Горту или на пристань? — спросил Ричард, доставая из поясной сумки свинцовый карандаш.

— К Горту. Он ближе. И если он что-то знает про болота, то это может дать нам ниточку к бондарям.

— Логично. Тогда так: выходим отсюда, проходим через Рыночную площадь... вот здесь... — он поставил жирную точку грифелем прямо на пересечении двух улиц, — ...и сворачиваем в Каменную арку. Это самый короткий путь.

Элиза кивнула и тоже сделала пометку на карте.

— А вот здесь, у моста через канал, нужно быть начеку. Там всегда толпится всякий сброд.

— Принято.

Они ещё несколько минут молча изучали переплетение улиц, запоминая повороты и возможные укрытия. Когда план был готов, Ричард свернул карту и убрал её в тубус.

— Что ж, — он встал из-за стола и поправил выбившуюся рубашку. — Пора нанести визит вежливости мастеру Горту. Надеюсь, он окажется более разговорчивым, чем все остальные.

Элиза поднялась следом.

— Вчера мы видели лишь часть проблемы. Сегодня мы идём за её корнями.

Детективы спросили про Кира. Марта, не поднимая глаз от вязания, лишь коротко кивнула в ответ:

— С первыми лучами солнца. Уехал в Цитадель.

Они вышли из поместья и тут же окунулись в суету улицы. Прохладный утренний воздух был густо замешан на запахах: мокрого камня, свежего хлеба из ближайшей пекарни и едкой вони из сточной канавы. Город встретил их привычным гулом: скрипом телег на мостовой, надсадными криками грузчиков и зазывалами у торговых рядов.

Следуя намеченному маршруту, они пересекли шумную Главную площадь, ловко лавируя между повозками и прохожими. Затем свернули в узкий, прохладный проулок, где высокие дома почти смыкались над головой, закрывая небо. Здесь звуки города стали глуше, сменившись гулким эхом собственных шагов.

Вскоре этот каменный коридор вывел их к тупику, который заканчивался массивными воротами Гильдии каменщиков. Каменная арка входа была увенчана тяжёлым гербом с перекрещенными молотками, а сами створки, сбитые из толстых дубовых досок, не уступали в прочности крепостной стене. Ричард решительно постучал тяжёлым дверным кольцом по дубовой створке. Долгое время за воротами царила тишина, нарушаемая лишь далёким стуком молотков где-то во дворе. Наконец послышались тяжёлые шаги привратника.

Дверь со скрипом приоткрылась ровно настолько, чтобы в щели показалась половина хмурого лица под надвинутым капюшоном.

— Чего надо? — проскрипел голос из-за двери.

Элиза сделала шаг вперёд. Её голос прозвучал холодно и властно:

— Нам нужен мастер Горт по делу чрезвычайной важности.

Привратник смерил их недоверчивым взглядом с головы до ног.

— Мастер занят. Приходите позже... или никогда.

Он уже начал закрывать дверь, но Ричард успел просунуть сапог в сужающуюся щель.

— Мы не уйдём, — прорычал он так, что привратник невольно отшатнулся. — И если ты сейчас же нас не впустишь, я разнесу эту калитку к чертям собачьим!

Угроза подействовала. Ворота со стоном распахнулись шире. Привратник молча кивнул им следовать за собой через мощёный двор к приземистому зданию конторы.

Оказавшись внутри сумрачного помещения, детективы увидели мастера Горта раньше, чем он заметил их. Он стоял спиной к ним у высокого окна и смотрел на строящийся фасад нового здания через подзорную трубу. Мужчина средних лет, невысокого, коренастого сложения. Его макушка была идеально гладкой и блестящей, как отполированный морем голыш, и на ней плясали отблески света от настенных факелов. Несмотря на ранний час он был бодр и подвижен. Одетый в простую, но добротную рабочую одежду: кожаный фартук, прожжённый в нескольких местах искрами, и плотные штаны, он выглядел как человек, для которого честный труд является главной добродетелью. От него исходило ощущение надёжности, казалось, на этого человека можно положиться в любом деле, от поднятия тяжестей до сохранения секрета.

Однако это впечатление порядочности слегка портил его взгляд. Из-под кустистых бровей на мир смотрели маленькие, живые глазки. В них постоянно плясали лукавые искорки, выдававшие не злобную хитрость, а скорее природную смекалку и умение находить выгоду в любой ситуации. Он был из тех людей, кто всегда знает, где лежит забытый кошелёк, но никогда не возьмёт его сам, а лишь укажет на него за небольшое вознаграждение. Его голос звучал мягко и обтекаемо, словно он действительно пытался обойти острые углы в разговоре, как река обходит валун, не желая вступать в прямой конфликт.

— Я слушаю вас. И надеюсь, у вас действительно веская причина отрывать меня от работы.

Ричард, видя, как привратник, бурча стал удаляться, быстро произнёс:

— Мы пришли по рекомендации управляющего городом. По личному поручению Кира Ворта.

Услышав это имя, Горт, который уже начал хмурить брови, мгновенно преобразился. Его лицо расплылось в широкой, почти радушной улыбке, а в глазах-щёлочках заиграли те самые лукавые искорки.

— Что же вы сразу не сказали! — воскликнул он, суетливо вытирая руки о фартук. — Проходите, проходите же! Для друзей господина Ворта у нас всегда найдётся минутка. Да и для дела, я так понимаю, время есть?

Детективы переглянулись. Они не знали, что связывало этого простоватого на вид мастера с всесильным управляющим, но его внезапная готовность к сотрудничеству была им на руку.

Горт провёл их в небольшую контору, заваленную чертежами и образцами камня, и с видимым удовольствием начал рассказывать.

Мужчина, обрадованный внимательными слушателями, окончательно забыл о своей обычной осторожности. Он подошёл к единственному окну конторы, из которого открывался вид на город, и широким жестом развёл руки, словно пытаясь обнять весь Камнеград и нависающую над ним громаду.

— Вы смотрите на неё? — с придыханием спросил он, и в его голосе зазвучали нотки благоговейного трепета. — Великая Гора. Она не просто фон для нашего города. Она — его плоть и кровь! Горная порода, из которой сложен каждый дом, каждая стена, каждый мост, — это её дар!

Он повернулся к детективам, и его маленькие глазки горели фанатичным огнём. Перед ними стоял уже не просто каменщик, а жрец своего каменного культа.

— Вы спрашиваете, давно ли стоит город? — продолжил он. Детективы ничего не спрашивали. Но мужчина не унимался. — Лет сто пятьдесят назад здесь были лишь скалы да дубовый лес. Но всё началось именно с этого места. С нас. С Гильдии каменщиков! — он ударил себя кулаком в грудь, где на фартуке виднелся герб с молотками. — Наши предки, первые мастера, пришли сюда не просто так. Они увидели в этой серой скале не преграду, а возможность. Они начали разработку горной породы. Пробили в горе первые шахты. Это был адский труд! Но тот камень, что они добывали, был чистейшим.

Глаза Горта сияли от гордости, когда он описывал становление своего ремесла.

— Они продавали его по всей стране. Именно те первые каменщики принесли первое богатство в эту долину. На эти деньги был заложен первый камень городской стены. Богатство города росло вместе с его стенами. Мы, — он снова ткнул пальцем в герб на своей груди, — мы построили этот город из её сердца! И всё, что вы видите вокруг, это наша заслуга.

Он замолчал, тяжело дыша от переполнявших его эмоций. В конторе повисла тишина, нарушаемая лишь далёким стуком молотков из мастерских. Ричард и Элиза переглянулись. Они увидели перед собой не просто ремесленника, а человека, чья жизнь и личность были полностью поглощены историей и величием своего дела. Для Горта камень был не просто материалом. Он был святыней.

Элиза, делая вид, что внимательно слушает историю о первых шахтерах, скользнула взглядом по столу. Под чертежами она заметила стопку накладных...

Увлечённый собственным рассказом, Горт, казалось, совершенно забыл, для чего детективы вообще пришли. Он с гордым видом сел за свой массивный стол и, не церемонясь, одним движением руки смел в кучу на край столешницы стопку чертежей и конторских книг, освобождая место.

Детективы, воспользовавшись паузой, вежливо поблагодарили его за столь увлекательную историю. Горт расплылся в довольной улыбке, похожий на кота, которому только что почесали за ухом. Он горделиво приосанился, явно ожидая дальнейших похвал своему ремеслу. В конторе повисла очень странная и неловкая пауза: гости ждали продолжения разговора о деле, а хозяин, похоже, считал беседу оконченной и просто наслаждался произведённым эффектом.

Ричард, прочистив горло, первым нарушил это молчаливое недоумение.

— Удивительно, — вежливо вставила Элиза, возвращая его к реальности.

— Мастер Горт, — начал он, возвращая собеседника с небес на землю. — Вы так прекрасно рассказали нам об истории города. Но нас интересует более... практический вопрос. Что вы можете рассказать о добыче на болотах?

Горт на секунду задумался, словно пытаясь переключить мысли с вековой истории на текущие дела. Его лицо приняло деловое выражение.

— На болотах? — переспросил он. — О, это давняя история. Там много десятилетий собирают ил и торф. Но в последнее время, благодаря старому управляющему, а затем и уважаемому Киру Ворту, добыча увеличилась в разы.

Он снова оживился, найдя новую тему для похвалы.

— Кир Ворт, как только вступил в должность, сразу же подтвердил все лицензии и даже расширил зону добычи. Он понимает нужды города и важность наших материалов. Благодаря ему у нас есть и необходимый нам ил в достатке, и, что немаловажно, больше рабочих мест для тех, кто готов заниматься этим нелёгким трудом.

В его словах звучала искренняя благодарность, но Элиза уловила главное: Кир Ворт не просто знал о добыче, он был её главным покровителем. Он не остановил процесс, когда начались проблемы, а наоборот, усилил его. Это делало управляющего центральной фигурой во всей этой грязной истории.

В голове у Элизы и Ричарда эти два факта — «проблемы на болоте» и «увеличение добычи» — никак не хотели складываться в единую картину. Если в деревне свирепствует неизвестная хворь, а земля становится ядовитой, то любой здравомыслящий человек первым делом приказал бы прекратить все работы и запечатать топи. Но Кир Ворт поступил ровно наоборот. Он не просто проигнорировал опасность, он удвоил ставки. Это могло означать одно из двух: либо он знал, что болезнь не представляет угрозы для его планов, либо... болезнь была частью этих планов. Детективы молча переглянулись, мысленно отметив эту нестыковку как новую, жирную зацепку.

Тем временем Горт продолжал нахваливать управляющего. Его голос стал ещё более доверительным, словно он делился великой тайной.

— Да, сейчас у него трения с нашим главой, — отмахнулся Горт. — Тот слишком горд и надменен, не видит дальше своего носа. Но Кир... Кир Ворт — это человек дела. Он мыслит масштабно, на благо всего Камнеграда. И он умеет быть благодарным.

Он на секунду замолчал, словно собираясь с духом, а затем подался вперёд и понизил голос до заговорщицкого шёпота.

— Именно он помог мне. Вы же видите, я всего лишь прораб. Но благодаря Киру... — Горт сделал паузу, гордо выпрямившись на стуле. — Он замолвил за меня слово перед советом. Он увидел во мне не просто исполнителя, а человека, который понимает суть камня и города. Именно Кир Ворт поспособствовал моему назначению на должность помощника главы гильдии. Без его протекции я бы так и остался простым десятником в шахтах.

В его взгляде, обращённом на детективов, читалась безграничная преданность. Теперь стало ясно, почему одно лишь имя управляющего открыло перед ними все двери. Горт был обязан Киру Ворту всем своим нынешним положением и карьерой. И этот долг верности заставит его молчать о чём угодно.

— Это всё очень интересно, — Ричард подался вперёд, опираясь локтями на стол. — Но давайте к сути. Зачем вам столько ила? Что вы с ним делаете?

Горт, польщённый вниманием, снова оживился. Он встал из-за стола, подошёл к небольшому стеллажу и взял с него два увесистых бруска. Один был обычным серым камнем, тяжёлым и пористым. Второй, сделанный из смеси с илом, выглядел иначе: он был темнее, с перламутровыми прожилками, и казался обманчиво лёгким.

— Смотрите, — он протянул бруски детективам. — Это и есть ответ. Мы берём наш лучший гранит, смешиваем его с добытым илом по особому рецепту и... получаем это. Легкий, плотный, почти неразрушимый строительный материал. Некоторые даже считают его магическим.

Он с любовью посмотрел на тёмный брусок.

— Из него строят усиленные фундаменты для самых важных зданий: башен Цитадели, домов знати в Верхнем городе. Такое основание не даст дому просесть даже на самой зыбкой почве. А это, как вы понимаете, стоит очень, очень дорого. Гильдия процветает.

— Значит, вам нужен ил, — медленно произнесла Элиза, возвращая брусок. — И торф.

— Верно. Торф — это топливо для печей, где мы обжигам известь и сушим смеси. А ил — это основа. Его доставляют в больших дубовых бочках прямо с болот, чтобы он не засох по дороге.

Ричард резко выпрямился. В его глазах блеснул огонёк понимания.

— Дубовых бочках... — повторил он. — А кто их делает?

Горт просиял, довольный, что его так хорошо понимают.

— Вот мы и подошли к сути! Конечно, бондари! Наше сотрудничество с Гильдией бондарей — это основа всего предприятия. Мы не могли бы работать без них. Они поставляют нам бочки для ила, чаны для смешивания растворов... Это симбиоз! Каменщики строят город, а бондари дают нам тару для нашего главного сокровища. Мы забираем у них всё, что они производят.

Элиза кивнула. Картина сложилась в единую, чёткую схему.

1. Бондари на Речной пристани делают бочки.

2. Эти бочки везут на болота, где их заполняют илом и торфом.

3. Затем повозки везут драгоценный груз обратно в город.

4. Гильдия каменщиков использует ил для создания дорогого строительного материала.

Взаимосвязь была абсолютной. Даже пугало, как все гладко складывалось. Если остановить бондарей — остановится добыча ила. Если остановить добычу — остановится строительство в Верхнем городе. И в центре этой паутины, дергая за все ниточки, стоял Кир Ворт. Детективы переглянулись. Их следующий визит был очевиден. Именно туда детективы хотели пойти по утреннему плану на Речную пристань.

— Премного благодарны за рассказ, мастер Горт, — Ричард поднялся. — Вы очень помогли следствию.

Когда они вышли на улицу, шум города показался им оглушительным.

— На пристань, — коротко бросила Элиза, плотнее запахивая плащ. — Пора поговорить с бондарями.