Весна

Лишь ближе к полудню следующего дня Скоонджа увидел нарядные башенки замка красной повелительницы. Леди Бертаал умевшая хорошо приумножать и так своё немалое состояние поощряла всю свою многочисленную родню так же развиваться. Её замок давно уже стал чем-то вроде частного колледжа, где старшие обучали младших. Превратиться в полноценную академию не давало значительное удаление от столичного побережья и как следствие малая населённость драконами вокруг замка. Почти вся красная и бурая аристократия нынешнего времени училась и учится в гимназиях Владычицы. И хоть молодой гвардеец здесь был совсем ненадолго, и учиться тут не собирался – в этой конечной остановки его небольшого воздушного корабля он старался видеть добрый знак.

Но сначала он распорядился подвести воздушный катер к замковому пирсу. Следовало разгрузить всё, что было куплено и заказано красной семьёй из сердца страны, а так же столичные подарки. Встречать вместе с кладовщиками вышел лорд Лиип. Скоонджа встречал его на балах в столице много раз и был с ним хорошо знаком. Красный и чёрный дракон красиво поклонились друг другу и погладили друг друга краешками своих правых крыльев. В сложном драконьем обществе по тому, как приветствовали и прощались самцы и самки, можно было понять об их отношении друг к другу, равно - и об отношении их кланов, семейств или гнездовий. Крылья берёг любой дракон, и подобное приветствие означало либо большую теплоту, дальше были только объятия, либо высокую степень доверия. Практичный красный лорд, что был Первым супругом леди Бертаал, видел в молодом, упрямом и умном юноше уже члена королевской семьи. Он достаточно неплохо за прошедшее время узнал Саам, и её намерения насчёт Скоонджи читал хорошо. Всё семейство Бертаал были ярыми роялистами: для них цвет дракона не имел никакого значения, важна лишь безопасность их Матриарха. Поэтому для далеко неглупого лорда Лиипа юноша был желанным гостем тут и полезным знакомым при дворе королевы драконов.

Сам искушённый в интригах гость это прекрасно понимал, равно, как и знал, что преданность клана Бертаал искренняя безо всякого лицемерия, как могло бы показаться несведущим. Практичные красные богачи может не всегда действовали в рамках закона, но были крепким столпом, поддерживающим любые действия королевской семьи. И касался своим крылом большого красного он так же со всей возможной теплотой.

- Мир вам высокий лорд, я вижу, вы отдыхаете?

- Спокойствия и тебе, молодой лейтенант, да, я в отпуске. Кругозор без меня уж, как-нибудь не рассыплется за это время, - усмехнулся хозяин замка.

- Я лечу по приказу владыки Фаацина дальше на север. Могу ли я рассчитывать на кров в вашем замке до утра? - хоть красный супруг Саам намеренно не оповестил Бертаал о госте, но Скоонджа был уверен в том, что услышит в ответ.

- Вне всякого сомнения, юный драах, мы рады таким гостям, - зубы Лиипа блеснули на солнечном свету, - Уверен, что по пустякам владыка не стал бы посылать лейтенанта дворцовой гвардии,… отрывая его от любимых занятий.

Скоонджа вспыхнул. Хотя их сложные отношения с Икиисой давно стали анекдотами у аристократов и простых жителей по всему материку, он не мог к этому привыкнуть до сих пор. Однако, держать удар он умел:

- Вы правы, высокий лорд, и для того чтобы заниматься ими по праву, мне это право должно заслужить. И мне оказали честь, предоставив возможность сделать это, - ответил чёрный дракон с достоинством, снова изящно поклонившись.

Лиип одобрительно кивнул, молодой самец был вышколен, и среди высокой аристократии это считалось добродетелью. В мире драконьих интриг, выдержка и острый ум были в почёте. Но он не был бы собой, если бы бросил провоцировать гостя. У хозяина замка уже была пара идей в голове на этот вечер. Впрочем, он был уверен в юноше, но развлечений во владениях Бертаал было немного, и упускать подобную возможность он не хотел. Отточенный взмах большого красного крыла пригласил гостя внутрь замка. Драконы прошли в холл. Не смотря на внешнюю декоративность это по-прежнему было основательное крепостное укрепление, где декорации и отверстия в решётчатых перилах были удобными амбразурами для защитников, а небольшой бельэтаж был не только местом для прогулок и картинной галереей, но и великолепной площадкой для контратак крылатых воинов. В отличие от огромного роскошного дворца Матриарха, древний замок Великой леди Бертаал был в осаде дважды. Первый раз при тиране чёрных Дэймоосе, второй – при его сыне Коодэе. Первый даже взял его штурмом, в конце концов, - но был вынужден сразу покинуть его из-за подозрительно вовремя прибывших значительных сил красных драконов во главе с отцом Фаацина - Цииннадом, понеся серьёзные потери, как при осаде, так и при спешном отступлении. Этим событием ознаменовалось завершение Чёрного Потопа. Плодородный Сол-Сол был спасён от разрушения и все полурослики признали в красных драконах своих защитников и лордов. Началась эпоха возвышения красных драконов.

Первым делом Лиип привёл юношу на третий этаж своего большого дома к дверям рабочего кабинета Бертаал. Пухлая красная дракона не заставила себя ждать и почти сразу вышла навстречу гостю. Она протянула ему правое крыло, к которому осторожно прикоснулся носом и лбом Скоонджа. Владычица любила и уважала “мальчика”, не раз убеждаясь в его талантах воспитания самых маленьких. Трое её собственных младших птенцов, что учились в настоящий момент в Величайшей, опекались когда-то молодым нянем. А так же ещё и трое детей её родственников. Двадцать лет для драконов – мизерный срок и для великой леди Скоонджа по-прежнему оставался очаровательным драконьим хранителем.

- Мир тебе, юноша, я рада приветствовать тебя в моём доме. – У Бертаал были большие жёлтые глаза с хитрющим и шкодным взглядом, которые в настоящий момент с теплотой смотрели на чёрного дракона. Леди имела очень серьёзное образование как экономическое, так и эзотерическое. Владычица являлась магистром Стихий и авгуром Завесы, то есть была признанной очень сильной шаманкой. Обманываться видимой неуклюжестью пухлой и весьма приятной на вид, самки было бы серьёзной ошибкой. Да и далеко не каждая женщина могла стать наложницей Патриарха красных драконов. И она была единственной, кто, где-то через сотню лет, отказалась от этого права, предпочтя патриарху его верного телохранителя. Фаацину нравилась Бертаал, и он ценил своего богатыря и поскольку их взаимные чувства были искренни, да и подходили они друг к другу идеально – он благословил их с Лиипом союз, отпустив свою наложницу. Лорд Лиип и леди Бертаал обладали схожими характерами, любили различные интриги и игры и являться Первым супругом великой красной драконы, чемпион и бывший богатырь Патриарха имел все возможные основания.

- Мира вам, великая леди, для меня честь увидеть вас снова, - в отточенных движениях красивого и хорошо сложенного молодого самца Бертаал видела Джаана, отца Скоонджи. С последним, в бытность ещё послом при дворе Саам, она общалась нередко. Тот уважал могущественную дракону и заигрывать с ней никогда не пытался, понимая, что это не его уровень. Поэтому, хоть Бертаал видела его не самую изящную подрывную деятельность в столице, в штыки посла Тирании она никогда не воспринимала. К тому же, кто она такая чтобы вмешиваться в дела собственной королевы. А уж в интеллекте своего Матриарха великая леди никогда не сомневалась. Джаан очень ценил это, и своему сыну так же привил уважение к драконам клана Бертал… и осторожность при общении с хитрым и очень могущественным семейством.

Бертаал приглашающим жестом крыла увлекла гостя за собой на второй этаж, где была замковая библиотека. До обеда было ещё далеко, а важного гостя занять было нужно. Машинально другим крылом она провела по шее своего мужа, тот так же машинально развернув своё, большое – нежно укрыл им супругу. Пара так и пошла прижимаясь друг к другу. Скоонджа шедший сзади, ощутил укол зависти, представив рядом с собой так Икиису.

Чета Бертал завели юношу в библиотеку и усадили на удобный диван. Лиип извинился и отошёл отдать необходимые распоряжения, касательно гостя, а леди предложила Скоондже партию в шахматы, попутно расспрашивая его о различных столичных делах. В этом плане гвардеец был идеальным источником новостей для Бертаал. У него была отличная память, он был внимателен и умел думать самостоятельно. Прилетел карликовый красный дракон Ефиаал – личный дворецкий Великой леди. Уменьшенные драконы изредка, но вылуплялись из-за каких-то генетических аномалий. Хоть и обладая малыми телами, обычно они имели светлый ум, и в основном хорошо выживали даже в суровых землях Запада. Устраиваясь зачастую слугами, либо шпионами. Карликовость не наследовалось, и если такому дракончику-самцу удавалось найти себе партнёршу, то птенцы у них рождались вполне нормальными. Самки же откладывали мелкие пустые яйца. Впрочем, миниатюрные самки рождались исключительно редко, аномалия затрагивала в основном мужчин. Дворецкий принёс бочонок с вином и два фужера для играющих, и, отвесив поклон - удалился.

Скоонджа неосознанно волей откупорил бочонок, чем удивил не только Бертаал, но и самого себя. Изначальным драконам, за редкими яркими исключениями, крайне плохо удавался ментальный телекинез и почти никогда – настолько тонкий. Очевидно, издевательства над его разумом золотого короля с его кремовой дочерью стали приносить интересные результаты. Удивление, которое Скоонджа не успел спрятать, заметила хозяйка. Обычно маска вежливости сына Джаана была незыблемой и у Бертаал уголки губ дёрнулись наверх. Да… её госпожа явно умела выбирать драконов… а так же умела жертвовать ими когда это было необходимо.

Но дальше гвардеец рисковать не стал и разлил вино в фужеры вполне традиционно – лапами. После этого сделал очередной ход фигуркой башнезверя, вырезанной из кости этого же большого животного. Игра была лишь фоном, драконы больше общались. Самка мягко спрашивала, самец вежливо и по существу отвечал. Бертаал, в первую очередь, интересовали спор короля клана Каэр-Рун Двалин-Дорсы с нею и её прямой госпожой, владычицей Самфааной. Они касались непосредственно её владений. Дворфы хотели получить в аренду часть плодородных земель в Сол-Соле, но столкнулись с сопротивлением как местных полуросликов, самой Бертаал, а так же и Самфааны, которая всегда внимательно слушала, что говорит её народ. Обиженные гномы, напирая на равенство Младших Рас, в Матриархате, решили оспорить решение. Фаацин не любивший конфликты предложил Бертаал и старшей дочери решить всё миром, но на этот раз уже возмущённые женщины обратились к Саам за окончательным решением.

Скоонджа знал ответ и рассказал, что поскольку Матриарх отсутствовала, то вердикт выносил её первый супруг. Икиир твёрдо указал на то, что земли принадлежат народу полуросликов, а те в своё очередь, поклялись в верности красной драконице Самфаане и её великим лордам, включая великую леди Бертаал. Они имеют неотъемлемое право на собственную родину. Равно как дворфы имеют права на собственные крепости.

Великая леди довольно опустошила фужер. Юноша налил ей ещё. Король Двалин-Дорса был упрям и терпелив, но являлся отличным партнёром в делах, так что Бертаал планировала навестить дворфов лично и по совету Фаацина всё же разрешить возникшие вопросы без продолжения скандалов. Но сейчас важно было лишь то, что Семейство Сам подтвердило родовое право своих семейств-феодалов, не создав опасный прецедент.

Дальше были уже менее серьёзные вопросы. Великая леди поинтересовалась временем возвращения королевы в столицу. Обычно Саам старалась быть в столице ко времени проведения одного из четырёх балов в году. Скоонджа тут мог только предположить, что Матриарх вероятно вернётся до Бельтейна. Всё же весна только вступала в свои права, на деревьях проклёвывалась яркая нежная зелень и на ивах пушились их серёжки. Но, разумеется, собеседники не знали о планах своей королевы. Аарю увидеть они могли бы и на балу, как обычно и было, для этого не требовалось отправляться в небезопасное путешествие до негостеприимного дома Крыльев Печали. Во всяком случае, это очевидно была серьёзная причина, которая потребовала присутствия Матриарха всех драконов лично.

Поинтересовалась хозяйка замка и успехами своих детей, тех которые воспитывались в столице. Скоонджа давно не видел старших, но полагал, что у них всё хорошо. Лиибета была самкой впечатляющих физических данных, которая охотно училась и тренировалась, и имела все шансы стать чемпионкой красных драконов в будущем. Беер, сын от второго супруга великой леди – зелёного дракона Беериди, интересовался механикой и инженерией и грезил себя учёным-исследователем при Академии Бурь. Это был ладный болотный дракончик, хоть и не имевший и признаков богатырской стати своей сестры, но имевший приятную внешность своей матери, а так же незаурядный ум. Его отец был прославленным ювелиром, чьи украшения и артефакты покупали даже паладины Ордена Света, обычно в лучшем случае, сторонящиеся драконов. И наконец самая младшая дочь Бертаал, от всё того же мастера Беериди – Бееритл. У девочки был сильный сколиоз, но в течение трёх лет благодаря терпению и заботе Икиисы осанку птенцу удалось выправить. Кем вырастит эта ещё ясельная девица – истребительница овсянки на молоке, с красно-розовой чешуёй, никому ещё не было известно, но тридцатилетнего птенчика Икииса вместе с другими своими подопечными, научила базовой грамотности и манерам. И только после этого великая няня Матриарха Маатафлёр отпустила прошлую смотрительницу дворцовых ясель Иляяй в Дымные Пики, убедившись в серьёзном отношении инфанты к своим обязанностям. Выздоровевшую Бееритл можно было вернуть домой к матери, благо своими гимназиями семейство Бертал гордилось по праву, но леди Бертаал решила, что ясельный период девочка полностью проведёт под боком у Матриарха и под присмотром её кремовой дочери. Подобные привязанности могущественных наставников к малышке очень пригодятся ей в будущем. К тому же красная владычица очень часто бывала в Величайшей, и дочь постоянно видела свою пухлую мааму, получая от неё и заботу и ласку. Икииса же получала за эти дополнительные полсотни лет шестьдесят пять шестёриков от Бертаал. Инфанта и так была загружена и если бы драконица оставила дочь на попечение девушки без оплаты, (в чём формально не было нарушений, принцесса Драхескара была в любом случае обязана пройти тренировки и обучение в Инкубаторе и Яслях) то её бы не поняли другие придворные.

Один наполненный магией семёрик. Тот, что достался семье Бертал от Аарко, великая леди отдала Икиисе за исцеление Бееритл и уже прошедшие с нею занятия. Саам повелела оставить отданную ею когда-то для Аарко фамильную монету, созданную прародителем Дооном, дочери, для её собственной будущей сокровищницы.

Скоонджа впервые за беседу улыбаясь, подробно рассказал всё, что знал о юных драконах. Время протекло быстро, и хозяйка увлекла за собой гостя в столовую. Близился обед, после которого юношу уже более бы не беспокоили, позволяя ему набраться сил перед путешествием уже на собственных крыльях.

В зале замка заканчивали накрывать на стол три драконочки, под руководством Ефиаала. Все три были в строгих аккуратных розовых фартучках с такими же по цвету чепцами на головах. Но если первые две девушки, бурая и красная, были просто симпатичными, то лесная просто приковывала к себе взгляд.

Женщина была несколько крупнее своих сородичей. Грива у неё была изящно уложена под серым чепцом, из-за чего простой головной убор служанки больше напоминал княжескую корону. Длинная мордочка с чуть более светлыми щеками и большие, с густыми ресницами глаза, что положены лесному драконовому роду. Их красно-карий взор смотрел приветливо и был наполнен внутренней силой. Обладая оперением и шерстью цвета морской волны её горло, грудь и животик так же были светло-зелёными. Фартук горничной прикрывал её бёдра, но даже так Скоонджа видел точки там, где серая ткань касалась сосцов. Весьма немалых. Самец непроизвольно сглотнул, отстранённо подумав, что по сути это аномалия, но этот атрибут млекопитающих драконов нравился абсолютно всем видам. Впрочем, выкармливать молоком можно было всех птенцов. Оно никогда не вызывало аллергии среди драхов. Практичные драконы этим пользовались, нанимая лесных кормилиц по всему Драхескару.

- Это мои горничные, Инеея и Паапинт. И моя гувернантка Дзиина-Ти, - представила всех троих Бертаал. С выверенным жестом крылом в сторону гостя она продолжила, – Наш гость, Скоонджа, принц домена Падшего Камня, гвардеец Матриарха всех драконов и телохранитель её дочери.

Всё три драконы изящно поклонились, но даже тут книксен лесной самки оказался на порядок совершеннее. Во время красивого поклона через ухоженную шерсть проглядывались могучие мышцы. «Да… эта явно не даст себя съесть…» - вяло подумал поражённый гость, делая при этом не менее изящный поклон.

Подошедший лорд Лиип привёл с собою своего второго соложника – болотного дракона Беериди. Мастер был в рабочем комбинезоне и в тонких перчатках, и обедать не собирался, но поприветствовать Скоонджу пришёл. Оба довольно давно знались и нравились друг другу и с удовольствием обнялись. Ювелир спешил доделать заказы в столицу, которые бы доставил к королеве дирижабль, что привёз сюда юного гвардейца, поэтому сразу после пары-тройки шутливых фраз, второй супруг Бертаал откланялся и вернулся в мастерскую.

Все уселись за стол, включая необычную гувернантку великой леди. Горничные тихонько удалились. Скоонджа по возможности максимально скрытно наблюдал за женщиной, стараясь при этом не терять из виду самих хозяев. Неспешная беседа о местных новостях и быте мешала анализу. Однако чёрный дракон кое-какие выводы сделать смог. Во-первых, слишком могучей была и выглядела эта дракона, чтобы быть простой гувернанткой при птенцах в замке. Несомненно, великая леди имела власть управлять и более сильными слугами, чем эта очаровывающая лесная самка, но вероятнее всего её истинное предназначение было не в воспитании молодого поколения. Во-вторых, Скоонджа слишком много времени провёл с Икиисой и понял, что эта женщина – псионик, что было обычным для лесных драконов. Но вот границ её сил он понять не мог. Но подозревал что они немалые.

Вспоминая арканы из «Евлужианского Кодекса общения Пси» юноша постарался возвести более-менее приемлемую защиту. Для чёрного дракона это было ненатурально, но в голове у заученного правящими волшебниками самца творилась такая каша, что он решил, что хуже от попытки уже не будет. Кажется, что-то даже получилось, и он даже мыслить стал связно. Так. То есть она уже влияла на него? Видимо она что-то прочла в его глазах и виновато опустила взор и ушки, безмолвно извиняясь перед гостем, удивлённая тем, что он вообще был в состоянии заметить её манипуляции. Гость обиженно и тихо фыркнул, вызвав инфракрасный румянец у лесной самки. Внешне расслабленная Бертаал увлечённо объедающая козлятину, однако, этот инцидент заметила и интерпретировала правильно, очень холодно посмотрев на свою гувернантку. Та нервно сглотнула. Лиип сделал вид, что ничего не заметил и поставил второй бочонок с дворфским пивом.

Далее обед пошёл вполне обыденно, не считая того, что теперь гость периодически ловил на себе взгляд волевых карих глаз гувернантки наполненных искренним и живым любопытством. Скоондже было не по себе. Он знал этот тип женщин. Могущественных и не стесняющихся применять свои силы направо и налево. То, что непростительно истинным драконьим владыкам, но тут была лишь гувернантка. Однако молодой самец очень сомневался в подлинности её профессии. Она выглядела не прислугой, а вполне наоборот. С такой статью, манерами и благородным экстерьером лесных - у неё у самой должны быть слуги. Вероятно, она работала на семью Бертал, но однозначно - не прислуживала.

Тем временем обед подошёл к концу и супруги вежливо откланялись. Бертаал собралась лететь в Каэр-Брахен за крупной партией пива, доставив на продажу дворфам огромное количество тюков с овечьей шерстью. Лорду Лиипу предстояло взять на себя управление замком в отсутствие супруги. Беериди улетел на катере Скоонджи обратно в столицу – отвезти уже выполненные заказы и набрать новых. В Величайшей благородный ювелир держал крупный магазин.

Хозяева ушли по своим делам, а гувернантка вызвалась проводить Скоонджу в его комнату, как велел ей лорд Лиип. Юноша сразу насторожился. Никто не стал бы беспокоить гостя до вечера. Дракону предстоял сложный и длительный перелёт в дикую территорию лесных доменов, и ему требовалось набраться сил, и желательно хорошо выспаться. Хозяева, сами, будучи опытными путешественниками это понимали и, накормив гостя, предоставили ему уютное ложе. Без посторонних. Ужин ему так же принесли бы прямо в комнату. А где-то ближе к утру дракон бы покинул замок для продолжения своей миссии. Наличие этой женщины говорило о том, что как минимум лорд Лиип был не против скрасить отдых своего гостя, которого ценил. Либо делал это намеренно, что было вполне в его характере.

Драконы неспешно шли по коридорам замка. Дзиина-Ти, видя что гость задумался, тактично помалкивала, не стесняясь показать себя в лучшем виде, плавно перемещаясь и так же плавно водя хвостом из стороны в сторону. Принц задумчиво смотрел на атлетическую фигуру лесной самки, размышляя – стоит ли ему принять предложение хозяина замка, благо он видел и чувствовал, что гувернантка неравнодушна именно к его виду. Сканировать его она более не пыталась, но имея такую внешность и опыт – легко соблазнила бы и мрачную замковую стену, вдоль которой они шли.

- Леди Дзиина, вы ведь близкий родственник матриарха гнездовья Ти? – наконец Скоонджа прервал молчание. Женщина, хоть и думающая в этот момент совершенно о другом, вопросу не удивилась, напомнив этим Саам. Ту было невозможно застать врасплох. Впрочем, любой искусный псионик неплохо предугадывал такие вещи.

- Это так, ваше Высочество. Я её мать. – Гувернантка с живым интересом разглядывала большущими карими глазами ошарашенную физиономию гостя и была не обманута в ожиданиях. Скоонджа от неожиданности запутался в передних лапах. Встав обратно с ошарашенным видом, он не знал, что говорить дальше. Довольная Дзиина снова красовалась перед ним, и смятённый гость был близок к тому, чтобы сдаться в объятия этой необычной самке. Но он был упрямым драконом и смог сдержаться. Но маску бесстрастной вежливости на свою драконову морду, надеть снова он никак не мог. Его миндалевидные жёлтые глаза с настороженным взглядом, в которых таилась необычная дикая энергия, теперь внимательно смотрели на женщину. Той очень понравился этот взгляд, настолько, что она почувствовала влагу между задних ножек. Но всё же объяснила гостю:

- Гнездовье Ти даже во времена экспансии красных драконов сохранило независимость благодаря хорошим отношением между нами и ими. Нам поставляли товары, что производили Младшие и сами драконы. Мы в основном лечили красных. Иногда - охотились для них. Но Цииннада не стало, а его сын сошёлся с самкой из Донов, как ты сам знаешь. Все Доны очень властолюбивы и из вашей столицы от нас потребовали вассалитета. Мы отказались в очередной раз, дело шло к открытому конфликту. Но мы сумели договориться. Я стала служить красным драконам, а моя дочь стала матриархом. У моего народа не так много хороших вещей и наверняка – изрядно недостатков. Но свою свободу мы ценим очень высоко, о, чёрный юноша.

Скоонджа в ответе понял далеко не всё, вся речь этой странной гувернантки была пронизана намёками и отсылками, а времени на обдумывание уже не было. Они дошли до комнаты. Хитрая самка, выдвинувшись вперёд, открыла перед ним дверь, изящно своим пернатым крылом приглашая его вовнутрь. Теперь он не мог оставить её за порогом и обречённо зашёл следом за самкой. Дзиина не скрывала своей заинтересованности в том, что желает согреть гостю ложе, причём делала это мастерски и непринуждённо. Самка была весьма красива и умела подать себя в лучшем виде. Но чувствуя смятение и неуверенность гостя – дополнительно попыталась ещё раз соблазнить его принудительно, отчасти - потому что он имел силу заметить её влияние и выставить в неприглядном свете перед Берталами.

И на его сознание обрушился безжалостный ароматный цветочный вихрь из неестественно нежных чувств…

«Одно из любимых его воспоминаний. Икииса решила проверить на практике всё, что старательный самец зазубрил о совершенно чуждых для него вещах. Она посадила своего телохранителя на круп и подвернула ему его хвост, оборачивая вокруг ног. Спросила ли удобно ему, на что он ответил, что рядом с ней ему было бы удобно даже висеть на хвосте. Девочка, у которой на мордочке загорелся тёплый румянец, строго напомнила, что это не игра и Скоонджа вздохнул, снова собираясь с мыслями.